Чтение онлайн

В марте 1801 года Павел I был убит. Его сын Александр первое время стремился приблизить к себе Кутузова – 30 июня 1801 года назначил его Санкт-Петербургским военным губернатором. Буквально тут же к этой должности добавилась должность инспектора Финляндской инспекции и «управляющего гражданской частью» Выборгской губернии. Большую работу Михаил Илларионович вел в Воинской комиссии, которая вырабатывала предложения по сокращению расходов на содержание армии. Кутузов относился к прогрессивной части этой комиссии, выступавшей, к примеру, за отказ от неудобного обмундирования, треуголок, париков у солдат.

В августе 1802 года император резко охладел к Михаилу Кутузову. Точных причин опалы полководца историки не могут назвать до сих пор. Говорится, например, что Кутузов был осведомлен о неблаговидной роли Александра в заговоре против отца, поэтому молодой самодержец и стремился удалить генерала из столицы. Верится в это с трудом, поскольку, откровенно говоря, о том, что Александр связан с убийцами своего отца, знал весь высший свет. И не только в Петербурге, но и в Берлине, Вене, Париже. Скорее, дело в каких-то интригах – неудачных со стороны Кутузова, удачных со стороны его противников. Александр мог быть недоволен двуличностью генерала, раскрыть его лицемерие в каком-то вопросе. Не стоит, наверное, и говорить об инакомыслии Михаила Илларионовича. Не был он революционером и пламенным искателем правды. Так или иначе, но уже с этого времени мы можем говорить об откровенной неприязни, которую питал Александр к полководцу, пользуясь при этом взаимностью, только с меньшей долей откровенности. Неприязнь эта только усилилась после Аустерлица, а не возникла из-за него.

Итак, как часто повторяют отечественные историки, в сентябре 1801 года Кутузов «совершенно неожиданно» был отстранен от должности столичного губернатора и инспектора Финляндской инспекции. Более того, в связи с вымышленной болезнью он был «уволен от всех должностей» сроком на один год. Осенью 1802 года Кутузов без жены и детей отправился в вынужденное изгнание в свою деревню Горошки Волынской губернии, где прожил более трех лет.

В 1803 году опять начались военные действия между Францией и Англией. Британское правительство стремилось сколотить новую антифранцузскую коалицию, поскольку не только его беспокоило возвышение Наполеона и расширение французской экспансии. В новую коалицию вошли Австрия, Россия и Швеция. Пруссия колебалась.

На Россию и Австрию возлагалась задача разгрома войск Наполеона на суше. На 1805 год строились масштабные и не слишком реальные планы наступлений одновременно в долине Дуная, в Северной Италии и Тироле. Австрия выставляла три армии. Самая сильная из них (около 140 тысяч) двинулась в Италию. Вторая армия – Германская (около 80 тысяч) под командованием эрцгерцога Фердинанда (а фактически – генерала Макка) – выдвигалась по долине Дуная к границе Баварии и затем после переправы через Инн выходила в район крепости Ульм, где должна была ожидать русскую армию. Третья армия – Тирольская (50 тысяч), – двигаясь между двумя первыми, имела задачу в случае необходимости оказывать им поддержку. Таким образом, силы коалиции были распылены. Более того, главные силы были сосредоточены на второстепенном направлении. Наполеон же долго готовил в Булони огромную армию для переправы через Ла-Манш. Узнав о движениях союзников на востоке, он резко изменил план и бросил всю свою булонскую группировку через Францию навстречу армии эрцгерцога Фердинанда.

Тем временем две армии собрала и Россия. Во главе одной из них – Волынской – стоял генерал Буксгевден, а командовать другой – Подольской – и обеими армиями сразу был вызван опальный Михаил Кутузов. Как в свое время Павел вызвал Суворова, так и теперь для борьбы с теми же французами его сын призвал Кутузова. Михаилу Илларионовичу вручили уже разработанный план: несмотря на звание главнокомандующего русскими армиями, он был фактически поставлен в подчинение сразу двум императорам, да и австрийскому генштабу. Кутузов, ознакомившись с планами, предложил свою альтернативу. По его мнению, русской армии нужно было быстро идти на Прагу, а затем через Адебург прямо к Рейну. Таким образом, он предлагал как можно скорее перенести военные действия на территорию Франции. Но план движения, определенный Венской конференцией, изменен не был. Кутузову было предписано идти указанным маршрутом по составленному графику к реке Инн.

Таким образом, русской армии предстояло совершить длительный марш от юго-западных границ России в Австрию. Австрийские силы уже пошли в трех указанных выше направлениях. Наполеон получил прекрасный шанс встретиться с австрийцами в районе Ульма до подхода русских. Булонская армия и армия Кутузова, таким образом, устроили заочное соревнование – кто быстрее доберется до Ульма. Вот только армию Наполеона отделяло от этой цели на 400 километров меньше. Так что, как ни старался Кутузов ускорить передвижение своих колонн, он был обречен на неудачу. В двадцатых числах октября 1805 года русская армия, перейдя баварскую границу, подошла к реке Инн и остановилась у города Браунау. Здесь закончился двухмесячный марш, который сам по себе по скорости и организации являлся подтверждением высокого полководческого искусства Кутузова. Русской армии оставалось несколько переходов до соединения с австрийцами. Но французы уже достигли цели. Наполеон совершил обходной маневр против армии Макка, отрезал ей пути к отступлению и под угрозой полного уничтожения принудил к капитуляции. Армия Макка перестала существовать. Это была страшная катастрофа, которая резко изменила план действий Кутузова.

Для его армии создалось чрезвычайно сложное положение. В пяти переходах от нее вместо австрийцев находилось 150 тысяч французов. Справа – Дунай, слева – Альпы, позади до самой Вены никаких резервов. Армия Буксгевдена двигалась в Австрию, но пока была только у Варшавы. Вот здесь-то Михаилу Кутузову, воспитаннику молниеносного и сокрушительного Суворова, пришлось действовать как бы вопреки стратегии этого великого полководца. Михаил Илларионович решил отступать. Начался удивительный марш русских Браунау – Ольмюц [46] , во время которого Кутузову пришлось проявить всю свою хитрость, умение сосредотачиваться, не упускать из виду даже мелочей. Правильно организованное отступление в военном искусстве занимает едва ли менее почетное место, чем правильно организованная атака. А уход русской армии от Наполеона в 1805 году считается образцовым отступлением, замечательным стратегическим марш-маневром.

Теперь уже императоры предоставили Кутузову полную свободу действий. Единственное их требование заключалось в том, чтобы он защитил Вену. Русский полководец решил отводить свои войска для соединения с армией Буксгевдена. В его распоряжении было 35 тысяч русских и около 15 тысяч австрийских солдат. Наполеон, естественно, рассчитывал как можно скорее встретиться с Кутузовым и разбить его. Как только стало известно, что французская армия выступила из Мюнхена, русские в ночь на 26 октября, разрушив переправы через Инн, оставили Браунау и отошли на восток. Наполеоновские войска устремились за отходившей русской армией. Большая их часть – корпуса Даву, Сульта, Ланна, гвардия – была двинута по дороге на Браунау; другая часть – корпуса Бернадота, Мармона и Баварский корпус – в направлении на Зальцбург для обхода русских справа. Основные усилия французский император сосредоточил по правому берегу Дуная, с тем, чтобы прижать противника к реке, окружить и уничтожить.

На военном совете в Велье Кутузов предложил, отступая по долине Дуная, используя речные преграды Трауна и Энса, измотать противника, затем перевести войска на левый берег Дуная, не связывая их защитой австрийской столицы. Здесь, на левом берегу, по мнению полководца, необходимо было организовать прочную оборону, подтянуть русские и австрийские войска и затем перейти к наступательным действиям. Этот план был принят.

Первое серьезное столкновение французов и русских произошло у Ламбаха на реке Траун 31 октября. Арьергард русской армии, которым командовал Багратион, отразил неоднократные атаки конницы Мюрата. Выполнив задачу, Багратион отступил вслед за главными силами русской армии к городу Энс. Вдоль правого берега реки Энс русские построили полевые укрепления. Здесь они собирались держать позицию столько, сколько можно. Наполеон тем временем направил войска в обход левого фланга русской армии и, перебросив у Линца на левый берег Дуная корпус Мортье, стремился сжать ее плотным кольцом. В свою очередь, русские навязали неприятелю бои у Амштеттена (здесь Багратион и Милорадович нанесли большой урон Мюрату), Мелька, Санкт-Пельтена. У последнего из этих населенных пунктов русские неожиданно для противника резко повернули на север и перешли Дунай у города Кремс.

Положение изменилось в лучшую для русских сторону. От французов их отделяла водная преграда. В тяжелом положении оказался переправленный до того корпус Мортье. У города Дюрнштейн войска Кутузова при огромном численном перевесе разгромили этот корпус. Мост у Кремса был разрушен. Наполеон должен был надолго застрять на правом берегу Дуная. Единственный оставшийся мост в Вене был уже заминирован и прекрасно охранялся. По крайней мере, так казалось. В результате преступной небрежности австрийцев этот мост был захвачен французами. (Наполеоновские генералы обманули охрану, объявив, что Франция с Австрией уже подписали мир!)

Наполеон двинул через Вену по дороге на Цнайм войска Мюрата с корпусами Ланна, Сульта и дивизией Удино с целью перерезать пути отхода русской армии. В то же время Бернадотту было приказано готовиться к переправе через Дунай для удара по русским с тыла. Кутузов же вместо обороны переправы через Дунай и ожидания подкреплений вынужден был уходить, чтобы избежать сражения со все еще значительно превосходящими силами противника. Его войска форсированным маршем двинулись на Брюнн (Брно). На Цнаймскую дорогу в качестве заслона был выдвинут все тот же неутомимый и отважный Багратион с шестью тысячами солдат. Он должен был задержать своего вечного визави Мюрата, двигавшегося наперерез русским. 16 ноября у Шенграбена между этими противниками (с участием Сульта, Ланна и Удино) произошла ожесточенная битва. Багратиону удалось задержать здесь французов, что позволило всей армии выйти из-под удара и соединиться с войсками, подходившими к Ольмюцу.