Чтение онлайн

Кстати, в коллекции Romeo Gigli 2004 года отразилась гамма утонченного цветового решения, использованного Ромео при создании коллекции одежды того же сезона. Черно-красно-золотое великолепие притягивает взгляд, оставаясь при этом корректно-ненавязчивым. И формы, и материалы, и отделка – все носит на себе отпечаток тонкого вкуса своего создателя. Особое внимание и покупателей, и специалистов привлекла модель солнцезащитных очков под номером RG 60904. Ее сразу же назвали вещью повышенной комфортности: линзы этого варианта «одежды для глаз» выполнены из поликарбоната и являются легкими и ударопрочными. На них даже царапину оставить – большая проблема! Кроме того, RG 60904 предоставляют 100 %-ную защиту для глаз; обычные модели оберегают человека только от прямого попадания солнечного света, а новинка от Джильи – еще и от лучей, бьющих сбоку. Этому способствует особая конструкция очков, при которой часть расширенного заушника превратилась в линзы. Казалось бы, простое решение. Но вот пришло оно в голову только одному человеку из множества, занятых производством оптики.

Итак, модельер и дизайнер с удивительно лиричным именем продолжает уверенно царить на Олимпе итальянской и мировой моды. Сегодня у него немало планов относительно дальнейшей профессиональной деятельности; ни один более или менее значительный показ одежды в мире не обходится без участия Джильи. Мастер охотно берется за создание все новых и новых вещей, оттачивая и шлифуя свой собственный Высокий Стиль – тот, который начал вырисовываться еще в годы учебы дизайнера в архитектурном университете. Судьба перевернула все с ног на голову, дав возможность одному из многих стать звездой? Или это желание целеустремленного человека найти свой собственный путь в жизни заставила Судьбу пересмотреть свои планы в отношении талантливого итальянского паренька? Кто знает! Одно можно сказать с уверенностью: то, что Джильи все же не стал архитектором, позволило сегодня миллионам людей искренне любоваться работами дизайнера.

Французский модельер, дизайнер, один из законодателей моды середины XX века. Талантливый менеджер, преобразовавший традиционный Дом моделей в транснациональную индустрию, сделав тем самым Высокую моду доступной миллионам. Награжден премией «Оскар» (1947 г.) в области моды. Автор книг «Я – модельер» (1951 г.) и «Кристиан Диор и я» (1956 г.).

«Публика покидает салон, а я думаю о платьях. В эту минуту, не ведая своего будущего, они висят на вешалках, брошенные, словно карты после выигранной партии. И мне хочется сесть перед ними, посмотреть на них, на все сразу, и сказать им: спасибо!» – писал К. Диор, признанный Наполеоном, Александром Великим и Цезарем моды. Всего десять лет жизни он посвятил созданию одежды, но и этого с лихвой хватило, чтобы стать национальным героем и символом не сломленной Франции.

Путь Кристиана к фантастическому успеху начался 21 января 1905 года. Он был вторым ребенком преуспевающего владельца завода удобрений и председателя многочисленных обществ Мориса Диора и его супруги Мадлен Мартен. Среди крепко сбитых братьев Реймонда и Бернара и сестер Жаклин и Женетт (позже она взяла имя Катрин) Кристиан выглядел хрупким неженкой с миловидным личиком и необыкновенно живыми, слегка раскосыми глазами. Он был паинькой и никогда не конфликтовал с родителями: с малолетства решив не входить в отцовский «плохо пахнущий» бизнес, мальчишка заразился материнской страстью к цветам и с удовольствием занимался садом в Гранвиле. Веселый, любознательный, он рос непревзойденным выдумщиком и затейником. Но пожалуй, сильнее всего это проявлялось в дни ежегодных карнавалов. Тут его фантазия не знала границ: привычные платья пастушек, Пьеро и Коломбин блекли перед его оригинальными костюмами. Чего только стоил изготовленный для сестры наряд Нептуна: корсаж из ракушек, юбочка из соломки. Но родители не были склонны поощрять художнические дарования сына. Они мечтали о том, чтобы он стал дипломатом, и поэтому Кристиан оставил мечту изучать архитектуру в Школе художеств и поступил в Высшую школу политических наук (1923 г.).

Впрочем это «был хитрый способ» продолжать вести такой образ жизни, какой он хотел. Война и одиночество в Гранвиле остались позади. Париж был прекрасен. Кристиан облюбовал легендарный кабачок богемы «Бык на крыше» и просиживал там днями, обрастая друзьями, как деревце по весне листьями. Ватага талантливых сорванцов: композитор Анри Core, художник Кристиан Берар, поэт Макс Жакоб, актер Марсель Эрнан, писатель Андре Френьо, модельер Жан Озен, декоратор Жорж Жеффруа и, конечно, Кристиан Диор будут хранить верность юношескому братству и на протяжении всей жизни приходить друг другу на помощь. Вот только все друзья быстро найдут себя в мире профессий, а Кристиан, с детства владеющий фортепианной техникой и композиторскими задатками (он написал несколько пьес), напрочь забыл о собственном таланте рядом с Core и практически перестал рисовать, преклоняясь перед Бераром. «Восхищения и дружбы вполне хватало для моего счастья», – писал он впоследствии. От природы медлительный и невозмутимый, всегда недовольный своей внешностью (хотя поклонниц в юные годы у него было предостаточно) Диор оставался душой сплоченной компании. Родители, огорченные его безынициативностью и провалом выпускных экзаменов, а значит, и дипломатической карьеры, даже начали подыскивать ему невесту. Они так никогда и не узнали о нетрадиционной ориентации их сына.

В 1928 году Кристиану удалось уговорить родителей субсидировать открытие частной картинной галереи, организованной им вместе с художником и актером Жаком Бенжаном. Их детище быстро приобрело известность и солидную репутацию, но ненадолго. После помешательства брата Бернара в 1931 году на Кристиана обрушились подряд смерть матери и разорение отца, ударившегося в биржевые спекуляции. Семейство Диор лишилось всех средств к существованию. Отец с младшей дочерью был вынужден искать приют у брата, а затем у своей бывшей прислуги в крестьянской лачуге. Кристиан какое-то время продержался за счет распродажи картин. Ему даже хватило средств посетить СССР с группой архитекторов, где он был потрясен «облупленными фасадами дворцов, пустыми витринами магазинов и чудовищной нищетой». Вернувшись в Париж, он нашел приют у друзей, ведя безнадежные поиски «неинтересной работы» и живя впроголодь. Организм не вынес истощения, и Кристиан заболел туберкулезом. На лечение у него не было ни гроша, и тут на помощь ему пришло братство. На средства друзей он выехал в туберкулезный санаторий в Пиренеях, а затем на остров Ибица. «Это затворничество вдали от Парижа пробудило во мне глубокое и неведомое доселе желание создать что-либо собственными руками». С этим настроением Кристиан возвращается в столицу, где при помощи художника мод Жана Озена и профессионального модельера Макса Кенна обучается технике живописи. Его эскизы моделей идут нарасхват, особенно котируются рисунки шляпок.

В 1935 году Диор уже известен в крупных Домах мод Валуа, Риччи, Скиапарелли, Молинэ, Баленсиаги, Пату. Он не успевал рисовать: в списке заказчиков фигурирует полсотни клиентов – пошивочные мастерские, меховщики, модистки, газеты («Фигаро»), журналы мод («Вог»). 30-летний Кристиан был счастлив: работа по душе, собственный дом, приглашение на должность штатного модельера от Робера Пиге. Его платье из рогожки с выступающей оборкой нижней юбки произвело сенсацию, как и костюмы к спектаклю «Школа злословия». И вновь – стремительное развитие карьеры было приостановлено Второй мировой войной. Призванный на фронт Диор на протяжении семи месяцев «странной войны» служил в трудовой армии и так воспылал любовью к земледелию, что после мобилизации отправился в деревушку Каллиан к отцу: выращивал овощи и продавал их с сестрой на рынке. Ковыряться в земле ему долго не позволили. Редактор «Фигаро» А. Шаван предложила ему сотрудничество и через несколько дней с восторгом рассматривала пакет рисунков – «целую коллекцию большого мастера». С 1941 по 1946 год Диор с блеском работал в первоклассном Доме моделей Люсьена Лелона и мечтал о самостоятельности и творческой независимости.

В 1946 году Кристиан получил престижное предложение от самого богатого человека Франции – текстильного магната и конезаводчика Марселя Буссака: оживить фирму «Филипп и Гастон», но он не чувствовал в себе сил «воскрешать мертвых». В очередной раз согласовав свои поступки с гадалкой мадам Делаэ, Диор, паникуя от собственной смелости и упрямства, убеждает Буссака финансировать Дом моделей «Диор». В мгновение ока робкий и нерешительный Кристиан превратился в «маленького генерала»: он беззастенчиво сманивал лучших специалистов, перевербовывал чужих клиенток. Еще до открытия дома на авеню Монтень, 30 многочисленные друзья и феи рекламных отделов «Харпере Базар», «Вог», «Фигаро» шумно возвестили публике о рождении «нового потрясающего модельера».

Но прежде чем Кристиан явил Парижу первую коллекцию одежды, мир вдохнул запах духов «Мисс Диор», созданных совместными усилиями кутюрье и Сержа Эфтлер-Луиша. Кстати, фирма «Кристиан Диор Парфюм» приносила прибыли, намного превышающие доходы от модельного бизнеса.

За несколько месяцев Кристиану удалось создать мощную мыслящую в унисон команду: Жак Руэ – финансовый директор, Мица Брикар – мадам Стиль и Муза Императора, Маргерит Карре – фея иглы и управляющая швейными мастерскими, Реймонда Зенакер – «министр внутренних дел и второе “Я” Диора». Они были рядом от первых дней работы и до последних минут жизни своего патрона, безоговорочно веря в его гений. Сам Кристиан писал: «Все же могу признаться, что, если бы меня спросили накануне демонстрации первой коллекции, “Нью лук”, на что я рассчитываю, я наверняка не стал бы говорить о революции. Я не мог предвидеть приема, какой был ей оказан, я совсем об этом не думал, я только старался сделать все как можно лучше».

Показ первой коллекции произошел 12 февраля 1947 года в Париже, где суточная норма хлеба равнялась 200 г, и был похож на дивный сон. Послевоенная Франция очнулась от спячки, отринула тяготы жизни. По подиуму шествовала подчеркнуто-романтическая женственность, лукавая и чувственная, воплощенная грация, уверенная в себе, – ошеломляющее видение. 90 моделей, построенные на двух силуэтах, скромно названных Диором «Венчик» и «Восьмерка», произвели переворот в мире Высокой моды и с легкой руки редактора «Харпере Базар» К. Сноу открыли дорогу стилю «нью лук» – «новый облик», «новый взгляд». «Диор возвратил мечту оскудевшему миру», – писал «Вог». Успех был ошеломляющим. Лучше всего о своем детище сказал сам модельер: «Мы оставили за собой эпоху войны, форменной одежды, трудовой повинности для женщин с широкими плечами боксера… Я рисовал женщин, напоминающих цветы, нежно выпуклые плечи, округлую линию груди, лианоподобные стройные талии и широкие, расходящиеся книзу, как чашечки цветка, юбки».

Диор вернул женщинам женственность, а Франции – звание законодательницы моды. Благодаря ему модели от кутюр стали задавать стиль, который потом в упрощенном виде заполонил все города. Женщины из всех слоев общества боготворили модельера. Конечно, появиться в оригинальном платье «Диорама» на улице никто бы не рискнул: подол его черной шерстяной юбки в окружности достигал 40 метров, а вот в упрощенном варианте – с удовольствием. Диор «одел» всех: от герцогинь Виндзорской и Мальборо, от Марлен Дитрих и Авы Гарднер до женщин, вынужденных собственными руками шить себе платья в стиле «нью лук». Еще никогда слабая половина человечества так не стремилась поспеть за модой. Одна коллекция сменялась другой: «Взлет», «Зигзаг», «Крылатая», «Иллюзия», «Объятие», «Изгиб», «Ландыш», «Тюльпан». Стиль один, но какая безграничная фантазия, как самобытна каждая именная модель: «Влюбленная», «Синий бал», «Приключение», «Каприз», «Дикарка», «Грешница», «Болеро»! Цена эксклюзивных моделей достигала миллиона франков…