Чтение онлайн

В центре типичного римского здания находится атриум — закрытое помещение, со всех четырех сторон окруженное колоннадой, поддерживающей перекрытие. В центре крыши было отверстие для стока дождевых вод — комплювий, а под ним, в середине двора, обширный бассейн прямоугольной формы, имплювий, огражденный невысоким парапетом. Колонны портиков и перекрытия не сохранились, но от них осталось много архитектурных фрагментов, обнаруженных при раскопках атриума. Полы портиков были украшены мозаичными вымостками. С трех сторон изображены сцены охоты на диких зверей: бегущие животные и преследующие их охотники, вооруженные копьями. Особенно выразительна фигура леопарда, держащего в пасти голову растерзанной им лошади.

Наиболее богато украшена западная сторона атриума. Центральное панно здесь разделено на четыре клейма, заполненных изображениями на мифологические сюжеты: Пирам и Фисба, Дионис и Икарий, Посейдон и Амимона, Аполлон и Дафна. Самая большая из них изображает Диониса, передающего людям свой дар — виноделие. Слева — фигуры сидящих Диониса и нимфы Акме, увенчанных венками из виноградных лоз. В центре — Икарий, царь Аттики, первый человек, которого Дионис научил возделывать виноград и изготовлять вино. Он представлен лысым и бородатым тучным старцем, его облик напоминает изображения силенов. Икарий ведет в поводу двух быков, запряженных в повозку, нагруженную мехами с вином. Справа композиция завершается фигурами двух полуобнаженных опьяневших людей: один упал, другой стоит над ним, шатаясь. Над всеми фигурами обозначены их имена. Над пьяницами — выразительная надпись: «Те, кто первыми пили вино». Мозаика очень точно, в деталях, передает миф о том, как Дионис подарил Икарию за гостеприимство виноградную лозу, научил его виноградарству и виноделию. Икарий угостил вином двух пастухов, а их друзья, еще не знавшие действия вина, решили, что Икарий отравил пастухов, и убили его.

Другая композиция рассказывает историю двух влюбленных — Пирама и Фисбы. Придя первой на свидание с Пирамом, Фисба испугалась львицы и убежала, потеряв свой шарф. Пирам увидел, как львица терзает шарф его возлюбленной, и решил, что Фисба погибла. В отчаянии Пирам покончил жизнь самоубийством. Узнав об этом, Фисба также лишила себя жизни. Автор мозаики объединил в своем изображении разновременные мотивы: слева представлена Фисба, в страхе убегающая прочь, в центре вверху — львица, терзающая ее шарф. Пирам, спокойно лежащий справа, видимо, еще не знает о случившемся. Он изображен в традиционной позе речного бога, с рогом изобилия в правой руке, опирающейся на опрокинутый сосуд, из которого вытекает вода. Зато фигура Фисбы в противовес спокойной позе Пирама полна движения: художнику удалось передать на ее лице охватившие ее страх и смятение. Богата цветовая гамма мозаики: дополняющие друг друга коричневые и синие тона одежд, яркими красными пятнами выделяются обувь девушки и рог изобилия.

Столь же динамична последняя сцена — Аполлон и Дафна. Бог в стремительном движении настигает Дафну, которая, чтобы спастись от преследования, превращается в лавр.

Западный портик атриума не случайно был украшен богаче других. Через него попадали в самую большую комнату дома, служившую парадным помещением — таблинумом. Ее пол также выложен богатым мозаичным ковром. Центральная часть, изображающая сцены сбора винограда, сохранилась плохо. Но живые детали вызывают восхищение: птицы, клюющие ягоды, пышные, закручивающиеся стебли винограда с птицами и плодами.

Вдоль восточной стены таблинума расположена еще одна мозаичная картина с изображением триумфа Диониса. Именно с этой мозаики, случайно открытой в 1962 году, и начались раскопки этого здания, получившего название «Дом Диониса». Бог вина едет на колеснице, запряженной двумя пантерами, его сопровождают обычные спутники: козлоногий Пан, менады и силены, играющие на различных музыкальных инструментах. С обеих сторон эту композицию обрамляют изображения братьев Диоскуров с конями.

В «Доме Диониса» сохранилась еще одна комната к северу от атриума, пол которой украшает мозаика с изображением Ганимеда, похищаемого орлом. Великолепно передан полет могучей птицы, сильный размах ее крыльев, на темном фоне которых вырисовывается светлая хрупкая фигурка мальчика.

Еще одно из помещений виллы можно было бы назвать залом «Матери-Земли и Времен года». В центре напольной мозаики — Мать-Земля, рядом с ее головой — кувшин, из которого течет вода. Осень увенчана короной из листьев, Весна — короной из цветов, Лето — из колосьев пшеницы. Между Временами года — изображения птиц, растений, корзин с фруктами.

Во время археологических раскопок на вилле было сделано множество находок: осколки амфор, кухонная утварь из глины, глиняные идолы, светильники, железный меч и каменные алтари. Но самой интересной находкой была амфора, наполненная серебряными тетрадрахмами эпохи Птолемеев. Монеты относятся к III–I векам до н. э. и были найдены под мозаичным полом на глубине 45 см.

Недалеко от «Дома Диониса» находится «Вилла Тесея», на одной из мозаик которой изображена схватка Тесея с Минотавром, а на другой — первое купание Ахиллеса. Археологи полагают, что это мог быть дворец римских проконсулов, правивших Кипром с 58 года до н. э. до 395 года н. э.

«Дом Диониса» и другие виллы были разрушены двумя страшными землетрясениями 332-го и 342 года, когда сильно пострадал весь город. Возможно, это и явилось одной из причин переноса столицы Кипра в Саламин, который быстрее оправился от урона, причиненного землетрясением.

Римляне буквально дневали и ночевали в своих цирках — Колизее и других поменьше. Эти сооружения до сих пор остались непревзойденными по своим масштабам. Не случайно именно в Древнем Риме был изобретен бетон. Только этот материал придавал необходимую прочность трехметровым аркам, поддерживающим мраморные сиденья громадных «центров развлечений».

Хотя название Колизей вошло во все справочники как общепринятое, со знаменитым строением оно почти никак не связано. Оно происходит от искаженного в средние века латинского слова colosseus, которым римляне называли статую Нерона. Позже это слово разделили на два — collies eum, которые можно истолковать как «его холм» или «холм сатаны».

Когда-то на этом холме стоял Золотой дом Нерона, превосходивший по роскоши все римские дворцы. Он был отделан чистым золотом, украшен драгоценными камнями и перламутром. Потолки столовой были покрыты пластинами из слоновой кости, из вращающихся вверху специальных трубок источались самые изысканные ароматы. Но главной достопримечательностью этого ансамбля была возвышавшаяся среди сада 30-метровая бронзовая статуя самого Нерона в позе легендарного Колосса Родосского. У подножия монумента по велению императора было создано искусственное озеро с соленой водой с тем, чтобы оно походило на море.

Судьба императора Нерона сложилась трагично. В 68 году, страшась заговорщиков, Нерон бежал из Рима, а затем покончил с собой, не желая стать жертвой окруживших его убийц. Спустя год после его смерти в Рим возвратился полководец Веспасиан. Он тут же был провозглашен императором, утвердив правление новой династии Флавиев.

Судьбу Золотого дома Нерона Веспасиан решил просто: дворец был полностью разрушен, огромная статуя расплавлена, и в 75 году на месте озера был заложен первый камень фундамента еще более величественного «колосса» — амфитеатра Флавиев. Он должен был стать настоящим символом имперской власти и показать римлянам, что отныне император будет заботиться обо всех гражданах и их развлечениях.

До Колизея более привычными были вполне светские заведения, такие как театры Бальбы, Марцелла, Помпея, рассчитанные на определенное число зрителей — от восьми до пятнадцати тысяч. Римские театры, как правило, строились на ровном месте, и для сооружения гигантского наклонного полукруга зрительских мест использовались сводчатые конструкции. А чтобы зрители могли попасть на свои места, сооружалась специальная система радиальных лестниц и кольцевых кулуаров. Помимо этого, римляне увеличили размеры и усложнили конструкцию сцены, которая тянулась почти на всю ширину полукруга зрительской части. Так театр превратился в строение, окруженное со всех сторон стенами одной высоты, а многоярусный фасад сцены поднялся до верхнего ряда зрительских мест.