Чтение онлайн

– Это не обязательно. Не переживай.

– Хорошо. Спасибо.

Мужчина услышал это и притих. Застыл с сигарой в руке, вспомнив слова поганца Дивера.

Итан настолько был сломлен, что благодарил его. Благодарил. После всего, что случилось. После вранья, тайн, после всех этих лет недопонимания… как ни в чём не бывало и от сердца.

– Прости меня. – выдавил Ричард судорожно. – Я… я виноват. Знаешь, мы так боимся совершить большую ошибку, что совершаем мелкие, более трагичные.

Итан не смотрел на него. Смотрел перед собой… сидел и видел себя - того маленького девятилетнего мальчишку, играющего с конструктором у камина.

– Ты так сильно любил её, - только лишь задумчиво проговорил он.
– Как ты с этим справился?

– Я и не справился. Держу это здесь… - тронул Ричард свою грудь.
– Это просто нужно пережить.

– А как смог?

– Даже не знаю. Но было ужасно трудно. А потом появилась Оливия и… Кстати, - отец посмотрел на сына и грозно прищурился. – Ещё раз обидишь её, мы очень сильно поругаемся. Понял?

Итан взволнованно задышал и взглянул на него в ответ:

– Она рассказала тебе?

– Что она рассказала мне?

– Ээ, ну… что-то.

– Ничего она мне не рассказывала. Я просто прошу тебя.

– А-а… - с облегчением протянул Итан.
– Хорошо. Да, больше никогда, обещаю.

– Так-то. – одобрительно кивнул Ричард и сунул в рот сигару. – Она любит нас – придурков, нужно это ценить. Она не мать тебе, но…

– Мать. – поспешил уверить его парень. – Мама. Вторая, самая настоящая.

– О, - удивлённо округлил глаза тот. – Можно я ей об этом скажу?

Итан прыснул… даже растрогался. И кивнул. А потом спросил, попросил рассказать о том, как они познакомились и Ричард поведал необычную, забавную историю своего покорения.

– Мы с тобой уже тогда остались вдвоём, без мамы. Пару месяцев… а может месяца три, точно не помню. Грустно было. И вот, я улетел на очередную встречу, вернулся уставшим, нервным. У нас в здании фирмы был небольшой косметический ремонт… мой кабинет тоже красили - пару стен. Был вечер… я голодный, злой, захожу, а там всё накрыто целлофаном, воняет краской и девушка на лестнице в респираторе, размахивает валиком на палке. Кругом брызги, банки, а на моём столе… Я в ужасе вижу всё это и смотрю на стол, на котором важные договора! Ёп…

Отец вцепился себе в волосы и изобразил ужас.

– Я так орал, ты бы меня слышал.

Итан засмеялся. Прекрасно представил.

– Она напугалась, даже чуть не упала с этой своей хлипкой стремянки. Я велел ей проваливать, возвращаться через час, а сам бегом проверять всё ли уцелело, и не заметил, как она спустилась и сбежала в испуге.

Короче, с бумагами всё оказалось в порядке. Я уехал. Вернулся на следующее утро, открываю двери и просто охереваю - на всю новёхонькую стену жирно, красной краской намалёвано «Козёл»!

– Да ладно! – смеялся Итан. – Офигеть…

– Да! «Козёл»! О, нет слов, что было после… Я уволил секретаршу. Потом принял обратно, конечно, извинился, но я уволил её и всех, кто попался тогда на глаза.

Я неделю сидел за столом и пялился на эту надпись. Не мог поверить… Это я-то?! Я?

Ну, в принципе, она, возможно, в чём-то и была права, но… Никто никогда мне не говорил это в лицо!

Признаюсь, мне стало стыдно. Я поехал в это самое агентство, хотел извиниться. Стал объяснять в приёмной, кто именно мне нужен, но барышня так и не поняла и позвала хозяйку. И представь, кого я увидел? Хозяйкой оказалась та сама девушка! Я узнал её по испуганным глазам. Она и сейчас испугалась, решила, что я приехал разбираться.

Не дала мне и слова сказать, стала прогонять… сказала, чтобы я не тратил время, а подал в суд, если хочу. Сказала, что ни за что на свете не станет больше работать со мной, ни за какие деньги, и ничего не будет исправлять.

И вот она кричит на меня, машет руками, а я стою и думаю, какая же она красивая…

«Не хотите кофе?» - спрашиваю, как полный идиот. Она удивлённо уставилась на меня. А потом послала к чёрту. – Ричард замолк… и улыбнулся. – Она меня до сих пор посылает. Никто не умеет делать это так, как делает она.

Я вышел тогда на улицу… помню чувство обиды. Она обидела меня… Меня! Я, правда, расстроился. И тут оглядываюсь по сторонам, смотрю, на углу «Макдоналдс»[3]. Ну, я пошёл и… - он усмехнулся и подмигнул сыну. – Я, может, и хам, конечно, но умею вовремя это правильно признать. Я вернулся с двумя стаканами. На одном было написано «самая сердечная в мире», на другом – «козёл». Она так смеялась. Сразу меня простила.

Я не ожидал, что она так мне понравится. Одинокая, с головой погружена в своё любимое, небольшое дело. Сначала наши встречи были короткими… мы беседовали, она говорила о живописи, а я смеялся над фамилиями и я много жаловался на тебя. Она была терпелива, давала советы, но у меня всё равно ничего не выходило. А потом это стало чем-то более важным, нужным нам обоим. Давно такого со мной не было. Рядом с ней… мне просто было хорошо рядом с ней. А когда вдруг… - запнулся Ричард. – В общем, беременность была неожиданной.
– сказал он и замолчал, а Итан смущённо хмыкнул:

– Нда… Умеешь ты делать детей.

– Это правда, – улыбнулся мужчина. – Надеюсь, ты не унаследовал от меня этого странного обстоятельства.

– О, ну-у… – сконфужено приподнял брови сын.
– Обычно я осторожен.

– Мм… хорошо.

– Нура… она пьёт таблетки.

– Ох, ясно. Просто, если вдруг…

– Если вдруг, то я… Безусловно, я сделаю, всё правильно.

– А, ага. Да, нужно делать всё правильно. Я так и хотел. И сделал. Я не мог не предложить ей выйти за меня, понимаешь? Она стала частью моей жизни.

Итан понимал… Понял. Теперь он всё понял.

– Что это вы тут делаете, а?!!

– О, чёрт… - вытаращились они друг на друга, от неожиданного возгласа Греты, и быстро принялись тушить свои сигары.

– Вы что, курите в гостиной?!! Совсем очумели?!

– Она чудо, - шепнул Ричард Итану, – Но ей об этом не скажем.

– Ну, всё!!!

– Эй! – подскочил мужчина. – Куда это ты направилась?

– Я выброшу её!

– Нет, стой! Только не трогай коробку!
– ринулся он следом за разгневанной домоправительницей, которая уже вовсю топала к его кабинету.
– Я ведь вычту это из твоего жалования, странная женщина…

– Попробуй! Тебе даже курить нельзя…

– Тебя забыл спросить!

– Ещё и в гостиной!!!

– Курю, где хочу… Это мой дом!

– Пока я стираю твои носки, Мистер – он мой!

***

27 ноября. Понедельник.

Нура ушла ранним утром, ещё до того, как неисправимая соседка принялась за поиски своего одеяния на сегодня. Ушла, сбежала поскорее, пока та была в душе. Натянула на себя толстовку с джинсами и отправилась в общий учебный корпус.