12 побед Лаврентия Берии. Жизнь за Сталина
Шрифт:
«Я думаю, что мой уход из Закавказья даже послужит к лучшему. Ведь за десять лет работы в органах ГПУ в условиях Закавказья я достаточно намозолил глаза не только всяким антисоветским и контрреволюционным элементам, но и кое-кому из наших товарищей. Сколько людей будут прямо-таки приветствовать мой уход, настолько я им приелся своим постоянным… вскрыванием имеющихся недочетов. Им хотелось, чтобы все было шито-крыто, а тут, извольте радоваться, кругом недочеты и ляпсусы…
Чувствую, что определенно всем надоел. Уже начинают прорабатывать, а что будет дальше – не знаю. Со мной начинают связывать все истории, которые когда-либо были в Грузии и вообще в Закавказье… В умах многих товарищей я являюсь первопричиной всех тех неприятностей, которые постигли товарищей за последнее время и фигурирую чуть ли не как доносчик.
Можно ли в таких условиях работать и будет ли какая-никакая польза от этой работы? Я думаю, что нет…»
Всесторонняя оценка ситуации и руководства «на местах» входила в прямые служебные обязанности Полпреда ОГПУ Закавказья – чекисты играли в системе Советской власти роль объективного «государева ока». А Лаврентий Берия своими обязанностями не пренебрегал никогда. Да и другим этого не позволял. Таких не очень любят в большинстве начальственных кабинетов. Иначе бывает лишь тогда, когда сам хозяин кабинета являет собой деятельного лидера, главное «хобби» которого – его дело, занимающее двадцать четыре часа в сутки, а не положенные «присутственные» часы.
Вячеслав Рудольфович Менжинский (1874–1934) – российский революционер, советский партийный деятель, один из руководителей советских органов государственной безопасности, преемник Ф. Э. Дзержинского во главе ОГПУ (1926–1934)
Имея же в виду письмо от 13 мая 1930 года, отметим характерную его особенность: Берия никого конкретно не обвинял, хотя объективно оснований к тому хватало. Тем не менее, Берия лишь «настоятельно» просит взять его из Закавказья, и «если уж никак нельзя послать на учебу, то хотя бы перебросить на другую работу в каком-нибудь из районов СССР»…
Это тоже ведь характеризует человека.
И характеризует достойно.
В МАЕ 1931 года Реденса перевели в Белоруссию, и полномочным представителем ОГПУ в ЗСФСР – председателем Закавказского ГПУ был назначен тридцатидвухлетний Лаврентий Берия. 5 августа 1931 года Политбюро ЦК ВКП(б) утвердило его членом коллегии ОГПУ. Ещё до этого – 30 марта 1931 года, был издан приказ Председателя ОГПУ Менжинского № 154/93:
«30 марта 1931 г.
Секретно
Гор. Москва
21 марта исполнилось 10 лет существования и героической борьбы органов ГПУ Грузии…
Трудная была работа ГПУ Грузии, много славных бойцов выбыло из строя, но и достижения огромны: разгромлена меньшевистская партия Грузии, одна из наиболее мощных и организованных антисоветских партий в СССР, изъяты десятки составов ее ЦК, сотни местных комитетов, тысячи членов актива; разгромлены линии связи и в результате 80-ти тысячная партия меньшевиков, имевшая поддержку интервентов и всего 2-го Интернационала, сведена до положения жалкой группы контрреволюционеров, разоблаченных перед трудящимися массами.
Также разгромлены и сведены на нет крупные в свое время антисоветские буржуазные партии национал-демократов и социалистов-федералистов.
Разгромлен бандитизм…»
Но кто обеспечил это в первую голову? Что ж, на этот счёт приказ выражался определённо и однозначно:
«Коллегия ОГПУ с особым удовлетворением отмечает, что вся эта огромная напряженная работа в основном проделана своими национальными кадрами, выращенными, воспитанными и закаленными в огне боевой работы, под бессменным руководством тов. Берия – сумевшего с исключительным чутьем, всегда отчетливо ориентироваться и, в сложнейшей обстановке, политически правильно разрешая поставленные задачи,… в то же время личным примером заражать сотрудников и, передавая им свой организационный и оперативный навыки, воспитывать их в безоговорочной преданности Коммунистической партии и ее Центральному Комитету…»
Председатель ОГПУ В. Менжинский
Это было признание – чёткое, зафиксированное в строках официального документа, признание первой крупной победы Берии, признание его чекистом Закавказья № 1.
Победа вторая
1920-е – 1930-е. Нефть для социализма
НЕРАЗРЫВНОЙ с победами молодого Берии как чекиста явилась и вторая его крупная победа – в борьбе за нефть советского Закавказья. До революции и в первые годы Советской власти общее промышленное развитие Кавказа было слабым, однако в одной отрасли экономики значение Кавказа признавалось ключевым. Главным богатством оказывалась нефть Баку – даже перед войной бакинские нефтепромыслы давали до 75 процентов общесоюзной добычи нефти, и это – не считая нефтеперерабатывающих заводов Закавказья!..
Десять своих «кавказских» лет Берия был «чистым» чекистом. Люди «невидимого фронта» себя не рекламируют, а, напротив, стараются не быть на виду. И такая победа кавказских чекистов под руководством Берии как безопасность бакинских нефтепромыслов и нефтепереработки осталась вне общественного внимания и признания. Обеспечить же оперативное спокойствие в интересах нефти внутри Закавказья – важнейшего стратегического региона СССР, было задачей непростой и не одномоментной. Борьба за нефть для социализма в разное время принимала на Кавказе разный характер – порой нефть как таковая отступала на второй и даже третий план. Однако нефть всегда присутствовала среди решаемых чекистом Берией проблем уже потому, что противная сторона: спецслужбы Запада, белая и националистическая эмиграция, западные политиканы и бизнесмены, тоже рассматривала проблему кавказской нефти как важнейшую и главнейшую.
Генри Вильгельм Август Детердинг (1866–1939) – голландский предприниматель, крупнейший нефтепромышленник, в течение 36 лет руководивший корпорациями «Ройял Датч» и «Ройял Датч Шелл». Один из богатейших людей своего времени. Активный антикоммунист, спонсор ультраправых политических сил, финансист НСДАП.
Фото 1936 года
Британские солдаты на пути к Баку. 1918 год
Непосредственно в Азербайджане Берия проработал недолго, но в Баку он мог пройти и прошёл хорошую школу как контрразведчик, заодно знакомясь и с ремеслом разведки. В Баку были к тому все возможности. Вряд ли в СССР отыскивался другой такой узел разнообразных тайных интересов – и политических интересов разных держав, и специфических интересов их спецслужб. Интересы замыкались, в конечном счёте, на нефти.
Бакинской нефтью владели до революции Нобели, владел знаменитый международный нефтяной магнат Детердинг – основатель нефтяной империи «Шелл»… К бакинской нефти тянулись «Стандарт ойл оф Нью-Джерси» и «Стандарт ойл оф Нью-Йорк», «Галф» и «Компани франсэз»… Имели свою «бочку нефти» в Баку местные магнаты Манташевы и армянско-турецкий нефтяной «король» Калуст Саркис Гюльбенкян.
Кавказской нефти вожделели Германия, Турция, даже Польша, не говоря уже о Британской империи и Соединённых Штатах. Все основные интервенционистские усилия на Кавказе предпринимались именно из-за нефти – даже марганец грузинской Чиатуры был не так лаком для мировых империалистических стервятников.
Хорошее представление о том, чем было в политическом отношении антисоветское Закавказье, дают дневниковые записи 1920 года моряка Ивана Исакова, имевшего и зоркий глаз, и толковую голову, и неплохое перо. Он писал: «…характерно… то, что о национальных интересах азербайджанского народа больше всего «заботятся» турецкий паша, английские генералы и сэр Детердинг, швед Нобель, французский еврей Ротшильд и те коренные бакинцы вроде Ассадулаева, Тагиева, Манташева, Лалаева и др., которые проводят большую часть года в Париже и воспитывают там своих детей».
«Товарищ Зиновьев произносит речь у могилы 26 бакинских комиссаров». Баку. 1920 год
Лазарь Фёдорович Бичерахов (1882–1952) – офицер Российской императорской армии, участник Первой мировой и Гражданской войны
Вся эта могущественная свора не была склонна отдавать нефть Баку новой, Советской России. Причём, действовать на Кавказе удобнее всего было через националистов. У тех были руки, связи, знание местных условий, у нефтяных магнатов – деньги. Поэтому если даже кавказские чекисты вскрывали внешне чисто националистические заговоры, то в масштабах большой страны это всё равно было битвой за нефть. Ведь в случае прихода к власти в результате успешного антисоветского переворота расплачиваться националистам со своими «спонсорами» кроме как нефтью было бы нечем.