Чтение онлайн

Северцев досадливо покачал головой.

– Это не доказательство. Просто цепь случайных совпадений.

– Мы можем продолжить до Лорда Вокрама, который сейчас так мило беседует с девушкой, пишущей на ваш форум под никнеймом Эовин.

– Ну и что же числится за ними?

– За Лордом Вокрамом – Виктором с «Третьяковки» убийство десятой жертвы Валентины Ромуальдовны Игошиной. Это было шедевром. И комбинезончик оранжевый исполнителю был очень к лицу. А Эовин, которую вы так опекаете на форуме, страдает от своего полусумасшедшего отчима.

– Чушь. Однако скажите, откуда у вас страницы из уголовных дел, фотографии жертв, адреса, состав их семей?

– Один из следователей московской городской прокуратуры попросил меня помочь с этим делом.

– Делом? – удивился Николай.

– Все дела были объединены и расследуются следователем прокуратуры. Хорошо не ФСБ… А, собственно говоря, чего вы хотели? Устраиваете показательные казни, используете одно и тоже оружие и думаете, что все будет расследоваться по милицейским стандартам в рамках процентов раскрываемости и контрольных сроков делопроизводства?

– А, значит, вы так сказать общественный помощник органов дознания? – довольно ехидно поинтересовался Северцев. – Дружинник – тимуровец…

– Понимаю ваше раздражение. Вас интересует, почему я здесь, а не на Новокузнецкой?

– Вы знаете, да.

– Меня всегда интересовали такие люди. Знаете ли, профессиональный интерес.

– А кто вы по профессии? – поинтересовался Северцев.

– Не важно… Так вот, меня интересовали умные, интеллигентные люди, нарушающие закон. Очень, знаете ли, хотелось узнать, что ими движет.

– Что касается меня, то я тоже читал этот сайт и полагаю, что автор высказался более чем определенно. Нежелание служить пищевой базой для людей, растерявших в жизненных коллизиях энергию. Любят у нас отдельные личности приспособить других для лизания собственной задницы, ничем примечательным кроме возраста и хамства при этом не обладая.

– Вы полагаете, это путь? – заинтересовался Ростовцев.

– Возможно да. Не для всех, – ответил писатель.

– Ну и…

– Так можно дойти, что тещ будут убивать за то, что они требуют выполнения совершенно справедливых вещей: чтобы работал, не пьянствовал, не ругался матом и тому подобное.

– Да, вы правы. Теща теще рознь, – сказал Ростовцев.

– В этот момент у Северцева запел телефон. Он извинился и ответил на звонок.

Он говорил не больше минуты, в основном его реплики сводились к междометиям вроде "Так-так", "ясно", "однако". Писатель поблагодарил и отключился.

– Вот так то лучше, – удовлетворенно произнес Николай Михайлович. – А то напустили Алексей Александрович тумана.

– С чего вы взяли? – поинтересовался Ростовцев.

– Очень просто, – Николай Михайлович улыбнулся в ответ. – Вы позвонили мне с офисного телефона, мой знакомец, покопавшись в закрытой милицейской базе, нашел, что номер записан за центром "Техномагия". А уж про то, что в центре работает всего один человек, это известно всем. Так сказать и швец, и жнец, и на дуде игрец. Знаете, я ваш большой поклонник. Ваш коррекционный модуль "Аракс" неплохая штучка. Я до сих пор пользуюсь этим устройством.

– Я рад, что вы оценили.

– Если бы вы сразу представились своим настоящим именем, наш разговор сложился бы по-другому. Чего стоит ваш преобразователь-гаситель второй модели с дистанционным управлением…

– А что не так с этим устройством, – возразил Ростовцев. – Оно предназначено для обнуления геопатогенных зон. Если кто-то использует его не по назначению – это не мои проблемы.

– Конечно же, безусловно, – писатель, сказав это, мечтательно улыбнулся. – Один мой хороший знакомый получил этот прибор уже отрегулированным так, что его теща за 2 недели его с женой отсутствия из-за плохого самочувствия употребила 20 пачек анальгина. При этом она получила стойкую вегетососудистую дистонию и расстройство сна. И все это лишь оттого, что вечерами сидела в квартире, где ваш модуль вместо геопатогенных зон «обнулял» ее энергопотенциал.

– Если вы хотите вытащить весь компромат на меня, то уверяю, по сравнению с прегрешениями вас и ваших подопечных это семечки. К тому же, я ведь не просто так дела расследую.

– Я имел в виду то, что вы наверняка не горите праведным гневом по поводу действий какого-то там стрелка – маньяка, действия которого пытаетесь приписать мне, также как и знакомство с родственниками жертв.

– Я вижу, мы не договоримся. Знаете, в нашей стране даже милицейский сержант в состоянии организовать серьезные проблемы простому смертному. Не говоря уже о следователе по особо важным делам, особенно задерганном и нахлестанном, готовом ухватиться за любую зацепку и использовать любые методы для доказательства виновности. Ну, знаете там арест, камера с уголовниками, Уголовный Кодекс в роли тупого, тяжелого предмета, удобного тем, что от него не остается синяков. Полагаю, Яша Жженый, простите за жаргон, будет дописывать свои романы у параши, даже если он чист как ангел. Я не угрожаю, просто знаю характер того человека, который ведет это дело. Его наверняка заинтересуют эти материалы.

– Пожалуйста, – невозмутимо согласился Северцев. – Кстати, что вы хотели за ваши бумажки. Чтобы Эовин вам отдалась? Или получить немного наличности?

– Вы мыслите по шаблону. Это так на вас непохоже, – посмотрев ему в глаза, произнес Ростовцев.

– Неужели чтобы я убил вашу тещу, – со смехом предположил Николай. – Как мило… Есть ряд нюансов, чтобы мне это было интересно, но мы, пожалуй, сумеем договориться.

Глава 7.

У Ростовцева зазвонил телефон. На экране высветился номер Бухина. Алексей вздохнул и нажал на клавишу ответа

– Здравствуй, Алексей, – раздался в динамике голос, который уже не был уверенным и властным.

– Здравствуй, Алик, – ответил Ростовцев. – Что случилось? Мы ведь договаривались на неделю.

– Да, но обстоятельства…

– Обстоятельства таковы, что мне для работы нужна еще одна неделя.

– Да ты чего! – попробовал возмутиться Бухин. – Прошло пять дней, а ты…

– Ладно, слушай. Ты меня втравил в такое дело, что я сам теперь сомневаюсь в своей безопасности. Судя по всему, мы имеем дело с маньяком и маньяком хорошо знакомым тебе. Наверняка он воспользуется плодами своих дел для собственной выгоды… Ты тоже под ударом… Мне пока не звони, я чувствую, что вот-вот на меня дерьмо попрет…

– Да ты что, Алексей? У тебя что, крыша поехала? Ладно, отдыхай. Много не пей… Позвони мне на следующей неделе.

Бухин отключился. Он вздохнул, заправил телефон в кобуру чехла на поясе, поморщился, пробормотал: "Чертов истерик". Подошел к зеркалу, посмотрел на себя, поправил узел галстука. Одернул мундир, полюбовался на погоны и петлицы советника юстиции, вспомнил топающего ногами начальника и произнес, ткнув пальцем в свое отражение: «Ростовцев, будешь крутить – за Можай загоню».

Алик приосанился и пошел сквозь сутолоку учреждения к выходу. Вечер он твердо решил посвятить борьбе с зеленым змием, так сильно хотелось сбросить нервное напряжение. «Человек не должен такое выслушивать» – решил Альберт Петрович и почти с гордостью подумал, что он продержался без спиртного почти пять недель, что при такой вредной работе было подвигом.

Сегодня для этого был удачный день. Жена и теща, с некоторых пор заделались богомолками и ездили по монастырям, замаливая грехи. Вот и в этот раз они ускакали куда-то под Ростов на тещином «Сузуки». Сколько они собирались там пробыть, Альберт Петрович не имел понятия, но по опыту знал, что эти выезды затягивались дней на пять.