120 миллиметров между нами
Шрифт:
Он молчал, после чего едва слышно произнёс извиняющимся голосом:
– Я не хотел, чтобы ты меня увидела. Не думал, что ты сегодня придёшь…
Это его откровение вызвало во мне гнев, что пришёл, едва я окончательно осознала сказанное им.
– Ты не хотел? А чего тогда хотел? Чтобы я увидела тебя уже сразу в гробу?! – практически выкрикнула я, но быстро взяла себя в руки.
– Саш, - вкрадчиво продолжила я, вглядываясь в его печальные зелёные глаза, нежно проведя ладонью по красной от крови щеке, - помни, ты не один, и ты всегда можешь рассчитывать на всех нас. То, что произошло, ужасно, но жизнь должна продолжаться. Ты думаешь, твоим родителям станет легче, там, на небе, от твоей смерти? Саш, смерть – это же конец всего, неужели в тебе нет ни капли желания жить? Хотя бы ради меня? – тихо добавила я, проводя большим пальцем по его скуле, там, где у него был старый, едва различимый шрам, что он получил в драке ещё в детстве. – Я же не смогу без тебя…
Я не сразу поняла, что неестественный блеск его глаз был из-за слёз.
– Ир, Ира… Я всё это знаю, но… Ир! Как же мне больно, Ира!.. – прозрачные капли влаги потекли с его висков мне в ладони. – Их больше нет! Жить дальше? А как?! Как мне теперь жить, Ира?.. – его дыхание сбивалось от душащих слёз, и моё сердце разрывалось вместе с его.
Обхватив его голову, я склонилась над ним, пряча его в своих объятьях, хотя сама бы сейчас хотела спрятаться в чьих-нибудь руках.
– Как мне жить?.. Почему я тогда не поехал вместе с ними? Тогда, мне сейчас не было бы так больно и одиноко!
Его слова полоснули меня словно нож. Он жалел о том, что не погиб вместе с родителями.
– Как мне теперь жить без них, Ир?.. – шептал в слезах друг, прячась у меня на груди и дрожащими пальцами до боли сжимая мою руку.
– Я не знаю, Саш, - сквозь слёзы отвечала я, - не знаю… Только, прошу, не смей больше думать о смерти! Пожалуйста, Саша!.. Я буду рядом и никогда не брошу, только, пожалуйста, не умирай!.. Все люди когда-нибудь теряют близких, такова жизнь. Мы не в силах это изменить, остаётся лишь собраться с силами и идти дальше, храня в памяти тех, кого любили… И твои мама с папой… мы всегда будем их помнить, Саш…
Он не ответил, лишь сильнее сжал мою руку, сотрясаясь от слёз.
Мы так и были на холодном кафельной полу, пока слёзы не высохли в глазах.
Саша по-прежнему лежал у меня на коленях, пока я задумчиво перебирала ему мокрые волосы.
– Может, всё же скорую? – последний раз попыталась предложить я, но Саша отрицательно помотал головой.
– Ты вся мокрая, - заметил друг, протянув свою руку к моей окончательно испорченной кофте.
– Естественно, - устало выдохнула я, - я же вытягивала тебя из воды, думала, что счёт уже на минуты. Не было времени спускать её и вытирать…
Саша заторможено кивнул, на какое-то время словно уйдя в себя, после чего внезапно подорвался.
Естественно, от резкого скачка, у него всё поплыло пред глазами, и он едва не упал.
– Что ты сегодня вытворяешь в конце-то концов?! – возмутилась я, вновь укладывая его к себе на колени.
– Совсем сдурел? Хочешь, чтобы снова кровь носом пошла? Так нравится в отключке валяться?
Но Саша молчал, прикрыв глаза и пытаясь перебороть головокружение.
– Ир?..
– Ну что ещё? – буркнула я, глазами шаря флакон с нашатырём.
Но друг всё молчал.
– Ау? Ты действительно опять сознание потерял?
Как бы в противовес моим словам, Саша приоткрыл глаза, странно глядя на меня и, возможно, мне это казалось, но словно бы под разводами засохшей крови лицо стало ещё алее.
– Ты меня нашла?
Я настороженно на него посмотрела.
– Всё ещё плохо? Сознание мутится?
Но он лишь раздражённо мотнул головой.
– Пожалуйста, просто ответь.
Я просто кивнула, а он закрыл лицо рукой.
– И доставала тоже ты?
– Да, я. Ты других людей тут видишь? Что на тебя нашло?
– Ничего, - сдавленно прошептал Саша, не убирая рук и переворачиваясь на бок, спиной ко мне. – Стыд-то какой…
– Что ты там бормочешь?
– Пожалуйста, подай полотенце или халат… что угодно, - сдавленно произнёс он, всё ещё пряча своё лицо от меня.
А я, наконец, поняла причину его смущения и тяжело вздохнула. Да, тут не застыдиться весьма сложно.
– Подам, только позволь мне подняться.
Осторожно приподняв его голову, я помогла ему отползти к стенке, сама осторожно вставая на затёкшие ноги.
Схватив белый банный халат, что висел на крючке, я накинула его на скрючившегося друга.
– Давай, я помогу встать, - я протянула ему руку, но он отшатнулся, всё так же пряча взгляд.
– Саш, пожалуйста, не дури, - с отчаянием протянула я. – Ты хочешь упасть? Я не буду никуда смотреть, просто помогу.
Но от моих слов друг, казалось, смутился ещё сильнее.
– Саш, - я осторожно положила руку ему на плечо, - пойми меня правильно, когда я тебя сегодня увидела, мне было совсем не до того, о чём ты думаешь. Я вообще думала, что отправлюсь следом за тобой, увидев твоё ледяное тело в ванне. В голове было лишь то, что тебя нужно быстрее спасать.
Я не знаю, поверил ли он мне, но, по крайней мере, он позволил помочь себя поднять, то и дело судорожно поправляя полы халата.
Затащив его в гостиную на диван, я быстро сбегала за пледом в его спальню и сделала на кухне чай.
Сам Саша сидел, молча разглядывая свои руки, а потом и грудь.
– Я весь в крови? – спросил он, когда я вернулась в гостиную, печально окинув взглядом мою белую кофту в красных разводах.
– Не то чтобы совсем, но лицо точно нужно умыть.
– Мне нужно помыться до прихода дяди… - вздохнул Саша, я же побелела на глазах.
Поняв, что он сказал, Саша спешно объяснился.
– Нет, мне, правда, просто помыться! Я больше не буду.
– Если ты думаешь, что после такого я оставлю тебя одного, - прорычала я, не сводя с друга взгляда, но он не дал мне договорить, отчаянно взвыв.
– Ира, умоляю! Позволь сохранить хоть те крохи моей гордости, что остались у меня! Я правда больше ничего не сделаю, но мыться я буду один.
Я пожала плечами.
– Я и не претендовала, только учти, ждать тебя я буду прямо под дверью в ванну и, не дай бог, ты решишь закрыть замок, я сразу вызову скорую и сама выломаю к черту эту дверь, понял?
Немного раздражённо кивнув, Саша удалился в ванну, а я, как заправский цербер, его сторожила под дверью. Вышел он довольно быстро, успев даже переодеться в домашние штаны и футболку.
Свой косяк он понял и сам, увидев своё отражение в прихожей.
– Ир, только дяде ничего не говори. Никому не говори, умоляю.
– Не буду, главное сделай так, чтобы я не пожалела о своём молчании.
Окинув взглядом его влажные бинты, я тяжело вздохнула.
– Значит так, я сейчас иду к себе быстро переодеться в сухое и взять перевязочный материал, ты в это время не делаешь глупости, а ложишься к себе и спокойно меня ждёшь, хорошо?