Чтение онлайн

Как же он вытянулся за эти пять лет! Саша ещё со старшей школы был высоким, избавившись от своего обидного позывного, но теперь он вымахал вверх, став выше меня на добрую голову, если не больше, и едва ли не бился макушкой об дверной проём. Да и вообще он сильно изменился внешне. Чуть отращённые волосы он сменил на «Британку», что меня особенно повеселило в данной ситуации. Возможно, мне это кажется, но он ещё больше подкачался, став крепче физически и мощнее. Однако сильнее всего изменилось его лицо. Там больше не было того безмятежного спокойствия и по-юношески мягких черт как раньше, нет, теперь это были чёткие линии, что добавляли холод и серьёзность. Он всегда настораживал людей из-за своего фирменного взгляда из-под круто сведённых бровей, но теперь этот взгляд стал ощущаться иначе… Черты его лица заострились, став хищными, а между бровей пролегли три чёрточки морщин. Он по-прежнему был симпатичным молодым человеком, только его внешность стала в чём-то даже опасной. Но одно в нём осталось неизменным, и я это видела. Под хмуро опущенными и чуть сведёнными по природе густыми бровями, чья естественная форма так отпугивала людей, блестели всё те же мягкие зелёные глаза, взгляд которых я помнила на протяжении всех этих лет. По-прежнему глубокий, проникающий в самое сердце, способный перевернуть душу, выведав все секреты, и такой родной взгляд, в тепле которого я могла греться вечно. Пусть для других он был жутким, я точно могла отличить, когда в этих глазах плескался гнев, а когда, как сейчас, радость.

Поставив чайник на плиту, я повернулась к другу детства, без стеснения разглядывая его и осознавая, что хочу увидеть его не в кожанке, а костюме за рабочим столом и обязательно в кожаном кресле. Передо мной больше не было того потерянного и разбитого изнутри юноши, как больше не было и маленького мальчика, на которого все кидались. Теперь передо мной сидел взрослый мужчина, способный дать отпор любому.

– Я скучала, - улыбнувшись ему самой тёплой улыбкой, прошептала я, зная, что он меня точно расслышит.

– Я тоже скучал, Ир, - улыбнулся мне в ответ Саша, и я окончательно поняла, что пропала.

Мы долго оставались в молчании, и никто не смел проронить ни слова, лишь постепенно закипающий чайник медленно нарушал эту уютную тишину. Я не любила тишину, предпочитая всегда включать либо музыку, либо телевизор, когда в квартире становилось слишком беззвучно, но с ним я любила молчать ещё в подростковые годы. Прошло пять лет, а мне по-прежнему было комфортно молчать рядом с ним. Почему-то мне всегда казалось, что в такие моменты я могу услышать его мысли, а он мои.

Я продолжала смотреть на Сашу, и он отвечал мне тем же, мягко улыбаясь. Но противный визг чайника вывел нас из этого сладостного транса, возвращая к реальности.

Я заварила в двух чашках чай: в одной зелёный, а в другой гибискусный, и протянула вторую Саше с одной ложкой сахара.

– Всё ещё помнишь? – благодарно кивнул друг, делая глоток.

– Такое забудешь. Ты же, как невменяемый, его хлестал со старшей школы.

А ещё, сам того не ведая, он подсадил и меня на него. Тоскуя в разлуке, я начала пить его любимый чай, чтобы хоть так почувствовать с ним связь, но про это я не собиралась ему рассказывать. Пусть это будет ещё одной моей тайной.

– Как же я по нему скучал, - протянул мужчина, отпивая красный напиток.

– Хочешь сказать, что в Лондоне его не продают? – искренне заинтересовалась я.

– Продают, только вкус не такой, да и там не было тебя, чтобы его заваривать, - он стрельнул в меня хитрым взглядом, я даже чуть смутилась от такого откровения.

– Дурак, - буркнула я отворачиваясь, чтобы скрыть от друга свои пылающие щёки.

– Дурак, - подозрительно покладисто согласился он, заставив меня даже обернуться, - и этот дурак безумно скучал по тебе.

Это его легкомысленное признание заставило моё сердце дрогнуть, как когда-то давно, словно в прошлой жизни. Пока я пыталась выровнять дыхание, он продолжил, как ни в чём не бывало, гипнотизируя меня:

– Рассказывай. Как ты, что ты? Что изменилось, пока меня не было?

– Так мы же всё обсуждали в переписке.

– Это совсем не то, - затряс тот головой, словно ему снова было семнадцать лет, - через интернет, это всё равно, что общаться с железкой, а я хочу сейчас, вживую, чтобы слышать твой голос и видеть собеседника.

И я рассказала обо всём: и о себе, и о родителях, и об Оксане, а он рассказывал мне о далёкой Англии и туманном Лондоне, что был прекрасен в любую погоду, будь то дождь или ясное небо.

Мы говорили с ним до поздней ночи, а потом и до самого рассвета, и я благодарила всё на свете за то, что наступили выходные, и я могла провести время с Сашей.

Дядя всё оформил ещё в Лондоне, и сюда Саша приехал уже как полноправный директор адвокатской конторы, что располагалась на Фонтанке.

Проверять офис и документы он отправился не утром в субботу, а ближе к вечеру, когда мы оба проснулись после ночных посиделок.

Я тоже напросилась поехать, ведь последний раз я была там ещё в университетские годы, когда был жив его отец.

Офис располагался на первом этаже старого красивого здания, фасад которого выходил на набережную Фонтанки, а подъезд был в тихом зелёном дворике.

Офис почти не изменился со времени смерти Владислава Семёновича: небольшое помещение, где располагались столы бухгалтера и трёх адвокатов, и та же комнатка, отданная под кабинет директора, изменился лишь цвет стен в основном помещении. С тоской я посмотрела на большой письменный стол, что стоял у окна и кожаное кресло, стоящее спинкой к окну. Мне сразу вспомнился в нём дядя Влад, вечно пересматривающий какие-то бумажки. Вся мебель осталась на прежних местах, лишь на столе не было подставки под канцелярские принадлежности из яшмы и исчезли любимые часы дяди Влада, на которых было крепление рамки с фотографией семьи.

– А где?.. – только и смогла спросить я, но Саша всё понял, перехватив мой взгляд.

– Дома, дядя Олег забрал личные вещи, перед тем как передать кабинет исполняющему обязанности.

– Тут уже нет чужих вещей, - констатировала я, обводя взглядом такой родной и в то же время чужой кабинет.

– Да, Михаил Арнольдович перебрался на своё прежнее место в общий кабинет ещё в понедельник, - кивнул Саша, просматривая какие-то отчёты из папки.

Я смутно помнила этого Михаила Арнольдовича, вроде, это был высокий долговязый мужчина со светлыми пшеничными волосами и серо-зелёными глазами, но я могла ошибаться. Он был адвокатом по гражданским делам.

– Значит тут все уже знали о твоём возвращении? – обиженно буркнула я, но Сашу было не провести: он сразу понял, что я дурачусь.

– Ну, им я сюрприз делать ведь не планировал.

– Он спокойно передал должность? – быстро переключилась я, вновь ощутив лёгкое смущение.
– У вас не возникнет с ним конфликтов на почве управления?

– Отдал без боя и сопротивления, его сразу предупреждали, что он здесь лишь подменяет меня, а конфликт… - Саша захлопнул папку, беря следующую, - Поживем-увидим. Я теперь тоже не лыком шит.

– Ты у нас теперь крутой английский адвокат, - кивнула я, заставив мужчину поднять на меня взгляд.

– А ты как думала? – улыбнулся он, обогнув стол и положив папку на полку. – Я знаю три языка, двумя из которых владею в совершенстве, - увидев мою удивленно-поднятую бровь, он уточнил: - Я дополнительно начал учить немецкий. Дядя настоял, что хороший адвокат должен для солидности знать несколько языков. Так вот, у меня более двадцати пяти выигранных дел в разных областях, я проконсультировал несколько десятков клиентов, плюс ко всему я ориентируюсь в законодательствах двух стран. Я считаю, что для моих лет, это уже неплохо.