Чтение онлайн

С: Я жду, что ты мне опять “по пунктам” распишешь концепцию когнитивной психологии. А.: Аее нет. Точнее, их много. Кстати, многие из них будут представлены в других курсах, поэтому ограничусь лишь общими характеристиками когнитивных исследований и некоторыми примерами для наглядности.

Из какой “философии человека” исходят когнитивные психологи? Человек — это своего рода компьютер, занятый получением, переработкой, хранением и использованием ин-

Диалог 10. Естественная или гуманитарная?

формации. И одной из важнейших причин появления когнитивной психологии стало широкое распространение в этот период компьютерной техники.

У. Найссер: Дело не только в том, что ЭВМ облегчает проведение экспериментов и делает возможным тщательный анализ получаемых результатов. Оказалось, что операции, выполняемые самой электронно-вычислительной машиной, в некоторых отношениях аналогичны когнитивным процессам. ЭВМ получает информацию, манипулирует символами, сохраняет в “памяти” элементы информации и снова их извлекает, классифицирует информацию на входе, распознает конфигурации и т.д. … Появление ЭВМ послужило давно уже необходимым подтверждением того, что когнитивные процессы вполне реальны, что их можно исследовать и даже, может быть, понять. Вместе с ЭВМ появился также новый словарь и новый набор понятий, относящихся к когнитивной деятельности; такие термины, как информация, вход, переработка, кодирование и подпрограмма, стали обычным делом. Некоторые теоретики начали даже утверждать, что все психологические теории должны быть явным образом сформулированы в виде машинных программ. Другие не соглашались с этим и продолжают не соглашаться, никто, однако, не сомневается в важности аналогий с компьютером для современной психологии [27, с. 27-28]. А.: Итак, целью нового направления в психологии стало проследить, какие изменения претерпевает информация, поступившая на “вход”, то есть на органы чувств человека, в различных “блоках” ее последующей переработки. При этом было изобретено множество методик, позволяющих производить точную регистрацию во времени процессов предъявления информации и соответствующих ответов, что “породило опьяняющее чувство прогресса… Умножение этих остроумных и в научном отношении безупречных методов создавало впечатление, что когнитивная психология сумеет избежать всех тех ловушек, в которые попала старая психология” [27, с. 28].

Как ты понимаешь, имелась в виду интроспективная психология, которая занималась “внутренними процессами”, но старым, субъективным методом. А тут — вполне объективные данные! При этом объективность понималась в старом смысле слова, традиционном для естественных наук. Когнитивная психология — типично номотетическое направление,

которое видит свою задачу в обобщении получаемого фактического материала и установлении законов. Тем не менее, уже с самого начала стала очевидна ограниченность такого подхода. Во-первых, это, как и в случае интроспективной психологии, была психология “лабораторного человека”. Во-вторых, человек выступал больше как Думатель, чем как Деятель, то есть практически исключалась активность субъекта (См. [28, с. 10]). В-третьих, опять возрождались постулаты эле-ментаризма: возможность “собрать” целостный образ познания человека из разрозненных процессов и “блоков” переработки информации. В-четвертых, отдельные концепции и частные теории оказались плохо согласованными друг с другом и не имеющими единой объединяющей их основы. С: Ну и какая же “правда” в таком новом членении человека? А.: И все-таки она есть. Давай в качестве примера рассмотрим один из типичных экспериментов в когнитивной психологии. Он изложен в одном из руководств известных “когнитивистов”, переведенном на русский язык еще в начале 70-х годов. Некоторые экспериментальные исследования в когнитивной психологии П. Линдсей, Д. Норман: Эксперимент Сперлинга. … В одном из основных экспериментов карточку, на которой изображено 9 букв, расположенных в три строки по 3 буквы в каждой предъявляют на тахистоскопе в течение 50 мс. Обычно испытуемому удается прочитать только 4 или 5 букв из 9. Даже если увеличить число букв в карточке или изменить длительность ее предъявления, испытуемый почти неизменно называет примерно 4­5 букв [29, с.316]. С: Да это же эксперимент Вундта!

А.: Верно, сходство просто бросается в глаза. Не случайно Найссер однажды сказал, что “постулаты, лежащие в основе большинства современных работ, посвященных переработке информации, удивительно мало отличаются от постулатов интроспективной психологии XIX в., несмотря на отказ от интроспекции как таковой” [27, с. 29]. Тем не менее, развитие собственно экспериментальных методик не стояло на месте.

Диалог 10. Естественная или гуманитарная?

П. Линдсей, Д. Норман: Если мы хотим выяснить, что же в действительности может увидеть испытуемый, не следует просить его сообщать обо всем, что он видит. Возможно, что он видит все буквы, а затем забывает некоторые из них. Чтобы проверить это предположение, мы можем попросить его дать частичный отчет о предъявленных буквах. В этом случае, как и ранее, предъявим карточку с девятью буквами, но затем предъявим карточку, где прямоугольным значком отмечено место одной из них, и попросим испытуемого просто назвать отмеченную букву. До предъявления карточки с прямоугольной меткой испытуемый не знает, какая из девяти букв будет отмечена…

Если испытуемый всегда может назвать произвольно помеченную букву, это означает, что он действительно в состоянии увидеть в одно мгновение все девять букв… Таким образом, он видит больше, чем может сообщить в отчете [29, с. 316-318].

А.: Таким образом было доказано, что после воздействия зрительного стимула образ этого стимула сохраняется в зрительной системе в течение некоторого времени после предъявления. Этот “непосредственный отпечаток” сенсорной информации был назван “иконической памятью” (от слова “икона”). Он, таким образом, хранит гораздо больше информации, чем может быть впоследствии использовано и остается в последующих системах памяти. Помнишь, речь шла об исследованиях Эббингауза и полученном при этом эффекте, названном “фактором края”?

С: Помню. Первые и последние слова или слоги из списка запоминаются лучше всего. А.: Когнитивные психологи объясняют факт лучшего запоминания последних слов тем, что они попадают в так называемую кратковременную память. Здесь информация хранится дольше, чем в иконической памяти. Интересно, что можно “убрать” этот эффект края очень простым способом.

П. Линдсей, Д. Норман: В 1954 году Ллойд и Маргарет Петерсоны … провели очень простой эксперимент, который, однако, дал удивительные результаты. Они просили испытуемых запомнить три буквы, а спустя 18 с. повторить их. Этот эксперимент кажется совершенно незначительным. А между тем оказалось, что испытуемые не могли запомнить эти три буквы. В чем же дело? Все очень просто: в промежутке между предъявлением трех букв и моментом, когда нужно было

их припомнить, испытуемые должны были проделать некоторую умственную работу: они должны были в быстром темпе вести “обратный счет тройками” [29, с. 321-322]. С: Как это?

А.: Нужно было отнимать по одной тройке от какого-нибудь трехзначного числа. Оказалось, что такая деятельность “стирает” следы из кратковременной памяти, которые хранятся в ней около 20 с.

С: А как же запомнить на более долгое время?

А.: Для этого необходимо, например, повторение данного для запоминания материала несколько раз. Этот простой прием удерживает данный материал в кратковременной памяти более долгое время и способствует его переводу в так называемую долговременную память… С: Которая, очевидно, отличается от кратковременной временем хранения там информации? А.: Не только. Она организована по-другому. Но об этом ты узнаешь позже. А сейчас — пример еще одного эксперимента в когнитивной психологии. Говорят, идея его родилась, как и в случае Левина, в кафе. Может быть, это легенда, но очень правдоподобная. Представь себе, что ты сидишь в кафе за чашечкой кофе или коктейлем. Рядом с тобой сидят твои друзья и что-то обсуждают с тобой. Да еще и музыка играет. Как ты распознаешь, что тебе говорит сосед слева, если одновременно к тебе обращается и сосед справа? Сможешь ли ты одновременно следить за тем, что говорят оба? С: Вряд ли.

А.: Некоторые из когнитивных психологов, например Колин Черри, Дональд Бродбент, Анна Трисман и другие, вплотную занялись этим вопросом. Они разработали ряд интересных методик по изучению селективности, то есть избирательности, восприятия и установили, что это очень сложный процесс. Представь, что тебе дают наушники и в каждом из них звучит свое сообщение. Когнитивных психологов интересовало, как будет происходить анализ одного из данных сообщений, если на другое ухо подается, допустим, шум, речь на другом языке, речь на родном языке, но состоящая из не связанных между собой слов, осмысленная речь на родном языке, но произносимая другим голосом и так далее. Оказывается, по двум каналам сразу, тогда как самому испытуемому кажется, что он “слушает” только одно сообщение, а отдругого “отстраивается”.

Диалог 10. Естественная или гуманитарная? С: Как же это было доказано?

А.: Здесь опять были использованы остроумные методические приемы и находки. Например, по тому каналу, от которого испытуемый вроде бы “отстроился”, вдруг звучит его имя. Внимание испытуемого тут же обращается на этот канал. Произошло бы это событие, если не анализировалось бы другое сообщение тоже? А если пустить по этому второму каналу продолжение сообщения первого и в это время по основному каналу начать передавать иную информацию? Испытуемый тут же “переключится” на этот второй канал. Как бы мог он это сделать, если одновременно не анализировалось бы сообщение по второму каналу? С: Как интересно! И как же происходит этот анализ?

А.: А вот это, а также другие многочисленные эксперименты, проведенные в рамках когнитивной психологии и внесшие свой вклад в изучение, прежде всего, переработки информации в психических системах, ты узнаешь позже, например, из обобщающего труда по когнитивной психологии [45]. Моя задача показать, что и в этом подходе, если, конечно, не считать его единственным, есть своя правда. Когнитивная психология — “номотетическое” направление, которое строится на основе “естественнонаучной” парадигмы. Даже специфически человеческое поведение, обусловленное историческими и культурными условиями, она стремится редуцировать к процессам, аналогичным процессам в компьютерах, подчиняющимся одним и тем же законам. Аналогичное стремление найти “универсальные законы”, управляющие человеческим поведением в социальных группах и определяющие восприятие людьми различных социальных явлений, можно найти в социально-психологических концепциях когнитивистской ориентации. В качестве источников этих теорий выступают гештальтпсихология и концепция Курта Левина. Я не буду вдаваться в детали, приведу только один пример. Речь идет о теории когнитивного диссонанса американского психолога Леона Фестингера [46]. Один из учеников и одновременно критиков Фестингера американский же психолог Эллиот Аронсон пишет об этой теории, что ее применимость доказывалась в диапазоне “от опытов с крысами в лабиринте …до формирования ценностей у детей…; от исследования голодания студентов-второкурсников …до изучения обращения в другую веру религиозных фанатиков” [30, с. 111].

С: Что же общего можно здесь найти?

Теория когнитивного диссонанса Л. Фестингера 49 1

Теория когнитивного диссонанса Л. Фестингера

А.: Аронсон считает, как и Фестингер, что этим общим является феномен когнитивного диссонанса, который возникает при наличии двух когнитивных элементов, не согласованных друг с другом. А поскольку “когнитивная структура” (в старой терминологии “гештальт”) стремится кустойчивости, равновесию, “простоте”, непротиворечивости (так сказать, к “хорошей форме”), постольку у субъекта возникает стремление “восстановить равновесие” и преобразовать данную когнитивную структуру, устранив тем самым диссонанс. Каким образом он может это сделать? Классический пример предложен Фестингером. Л. Фестингер: Сейчас проанализируем, как может быть уменьшен диссонанс, используя в качестве иллюстрации пример заядлого курильщика, который узнал, что курение вредно для его здоровья. Он может получить эту информацию из газеты или журнала, от друзей или даже от какого-нибудь врача. Это знание, несомненно, диссонирует с когницией, что он продолжает курить. Если верна гипотеза о том, что при этом должно возникнуть стремление уменьшить диссонанс, то чего можно ожидать от данного человека?