Чтение онлайн

С: Сегодня ты обещал обсудить проблему бессознательного в психологии. Наконец-то я займусь психоанализом Зигмунда Фрейда! А Станислав Гроф с его таинственными исследованиями с применением ЛСД! О-о, как я горю желанием узнать все это поподробнее с твоими комментариями!

А.: Учти, мой милый, что разговор о проблеме бессознательного мы начнем не с Зигмунда

Фрейда.

С: Почему это?

Различные аспекты разработки проблемы бессознательного в “дофрейдовскую” эпоху А.: Потому что, хотя Фрейд внес чрезвычайно важный вклад в разработку этой проблемы, не он, собственно говоря, ее поставил. До Фрейда данной проблемой в ее разных аспектах занимались многие славные умы. Анализируя литературу, посвященную истории проблемы бессознательного, можно выделить, по крайней мере, две линии ее разработки, а именно: философскую и, так сказать, конкретно-практическую.

С: Ну, с философской более или менее ясно, а что такое конкретно-практическая?

А.: Я имею в виду разработку различных приемов использования бессознательных явлений

человеческой психики в медицинской практике, в практике некоторых религиозных культов

и тому подобное на протяжении всей истории человечества. Очень часто обе линии в

исследовании бессознательного шли параллельно: так было, например, в системе

древнеиндийской философии или в системе позднее возникшего европейского религиозного

мистицизма.

В рамках философии проблема бессознательного разрабатывалась опять-таки в двух основных направлениях: как

проблема “космических начал” и основ жизненного процесса в целом (См. [1, с. 16]) и более “камерно” — как проблема соотношения разума и страстей, рассудка и чувств, осознанных желаний и неясных влечений отдельного человека (См. [2, с. 23]). Мы сразу же оставим за скобками первое направление, которое представлено творчеством таких философов, как Артур Шопенгауэр, Фридрих Ницше, Анри Бергсон (См. [3]), ибо это слишком сложный предмет для наших вводных бесед. Обратимся ко второму направлению. И опять-таки здесь выделяют две группы мыслителей… С: Опять деление надвое?

А.: Как-то уж так получается… Итак, одна группа авторов в рамках этого второго направления, признавая наличие в психике человека иррациональных побуждений и “смутно осознаваемых” впечатлений, считала, что эти последние могут быть всегда подчинены сознательному контролю и, таким образом, более или менее ясно осознаваться. Следовательно, эти авторы давали “негативное” определение бессознательного: бессознательное существует только как пока или не совсем осознаваемое. Вторая группа авторов выступала за “позитивное” определение бессознательного, то есть понимала бессознательное не как “отсутствие сознания”, а как свой мир, имеющий определенные законы функционирования и развития. Сначала остановлюсь на негативном определении бессознательного.

“Негативное” определение бессознательного

С: Очевидно, такое определение бессознательного получает распространение с того момента, когда сознание на время становится синонимом психики вообще. Кажется, я припоминаю спор той поры, когда Лейбниц в полемике с Локком утверждал, что “природа не делает скачков”, то есть даже до всякого эмпирического исследования можно утверждать, что наряду с сознательными явлениями должны существовать и так называемые малые (неосознаваемые в данный момент, смутные) восприятия, которые заполняют промежуток между нечувствующей неживой природой и человеческим сознанием. А.: Мне нечего добавить. Скажу только, что подобное “негативное” понимание бессознательного разрабатывалось

292

Диалог 7. Яи Оно

и другими философами и психологами, кстати, в основном немецкоязычными. С: Кого ты имеешь в виду?

А.: Я имею в виду немецкого педагога и философа Иоганна Фридриха Гербарта, который творил в первой половине XIX века, и немецкого же философа, психолога, физика и даже сатирика Густава Теодора Фехнера.

Гербарт был фактически родоначальником немецкой эмпирической психологии сознания. Как и эмпиристы других стран, он считал предметом психологии сознание, элементом которого выступало представление. С: Что же здесь оригинального?

А.: Гербарт впервые попытался применить математику в психологии с целью измерения некоторых количественных характеристик представлений. И хотя “применение математики оказалось неудачным” [4, с. 130-131], разделение Гер-бартом представлений по степени ясности на три группы сыграло большую роль в последующей психологии. Представления могут быть в областях: “ясного сознания” (Вундт называл позже эту область “полем внимания”), “сознания” и, наконец, бессознательного. Между этими областями пролегают границы, которые Гербарт назвал “порогами”… С: Понятно теперь, откуда у Вундта такая модель сознания!

А.: Одно и то же представление может в разное время находиться в разных областях; никаких особых препятствий для проникновения тех или иных представлений в сознание не существует. Легче всего проникают в “ясное сознание” представления, которые для субъекта более значимы, а также те, которые имеют больше связей с прошлым опытом. Более ясные представления, “накопившись” в поле “ясного сознания”, вытесняют другие за его порог. Подобно этому представления могут быть вытеснены и за порог сознания вообще. Так Гербарт, придерживаясь, в целом, негативного понимания бессознательного, использует некоторые понятия, например “вытеснение”, которые будут затем широко применяться в психоанализе, где бессознательное определяется в “позитивном” смысле. Более успешно, чем Гербарт, решил проблему приложения математики к психологии Густав Теодор Фехнер во второй половине XIX в.

С: Кажется, он был основателем психофизики — науки о количественном соотношении характеристик физической

стимуляции и простейших психических явлений — ощущений?

А.: Верно. Кстати, интересен путь, каким Фехнер пришел к психофизике. Ведь по своему исходному образованию он был физиком и несколько лет преподавал в Лейпцигском университете. Но, частично потеряв по болезни зрение, вынужден был оставить физику и занялся философией. В этой последней области он, прежде всего, стремился опровергнуть известные ему вульгарно-материалистические учения об эпифеноменализме психики, доказав реальность ощущений. По его собственным воспоминаниям, “сентябрьским утром 1850 г., размышляя о том, как опровергнуть господствовавшее среди физиологов материалистическое мировоззрение, он пришел к выводу, что если у вселенной от планет до молекул есть две стороны — “светлая”, или духовная, и “теневая”, или материальная”, то должно существовать функциональное отношение между ними, выразимое в математических уравнениях” [5, с. 192].

С: Почему Фехнер говорил о духовной стороне вселенной от планет до молекул? А.: Он придерживался позиции так называемого панпсихизма, то есть всеобщей одушевленности. В связи с этим он говорит о бессознательных ощущениях и дает в руки исследователей ряд методов количественного измерения порогов ощущений, то есть границы, которая, по Фехнеру, разделяет ощущения на сознательные и бессознательные. Таким образом, Фехнер рассуждает о проблеме бессознательного уже не на абстрактном философском уровне, а на конкретном эмпирическом.

Подобные разработки начинают появляться во второй половине XIX века в разных областях:

в частности, знаменитый немецкий физиолог Герман Гельмгольц говорит о

“бессознательных умозаключениях”.

С: То есть о бессознательном в мышлении, как Пуанкаре?

“Позитивное” определение бессознательного

А.: Не совсем. Гельмгольц использует это понятие при объяснении человеческого восприятия. Согласно Гельмголь-пу, восприятие — результат нашего богатого опыта, который

294