Чтение онлайн

22 ноября дивизия была отведена в район населенного пункта Верхняя Голубая. Во время всех этих отходов мы вынуждены были взрывать те наши танки, которые после попадания в них вражеских снарядов потеряли способность самостоятельно двигаться и не могли быть отремонтированы в полевых условиях. 23 ноября стало известно, что противник уже атакует вдоль Донской гряды из района Калача, нанося удар на север. Кроме того, после удавшегося прорыва через Дон с севера на юг русские направили из Красноармейска мощный танковый клин в направлении Калача. На основании сложившегося положения было приказано отойти на восточный берег Дона к селу Пескозатка. Было приказано немедленно уничтожить всю секретную документацию, а также все транспортные средства, которые не являются боевыми и которые из-за нехватки горючего нельзя было увезти с собой. Весь личный состав дивизии взял с собой только самое необходимое и оружие, чтобы при необходимости можно было пробиться и в пешем строю.

Дивизия выступила маршем в ночь на 24 ноября, когда стоял густой туман. Ночная тьма озарялась пылающими автомобилями и другими транспортными средствами многих подразделений дивизии. Несмотря на многочисленные заторы на дорогах, марш проходил почти по плану. Утром 24 ноября танковый полк получил приказ от начальника штаба 8-го армейского корпуса собраться в районе села Песковатка, где дислоцировался и сам 8-й армейский корпус. В это время подразделения полка находились еще на Донской гряде, на плацдарме, который удерживала 16-я танковая дивизия. Противник атаковал этот плацдарм, который удерживали пехотные подразделения 16-й танковой дивизии и 44-й пехотной дивизии, только 25 ноября.

Вечером 24 ноября из-за сложившегося общего положения было принято решение отвести войска с плацдарма и перенести линию фронта на восточный берег Дона. Этот отвод войск произошел планомерно без воздействия противника. 27 ноября боевые части дивизии собрались в районе Песковатки. В течение дня поступил приказ по армии генерал-полковника Паулюса, который подтвердил наши опасения: «Мы окружены». Одновременно была введена система нормированного распределения, прежде всего питания. Была установлена суточная норма выдачи хлеба по 200 граммов на человека. Из мяса осталась только конина. В течение этого дня подразделения дивизионного обоза были отведены в тыл в район хутора Дубининский, куда в качестве армейского резерва должна была передислоцироваться и вся дивизия.

Отвод боевых частей дивизии был назначен на вечер 28 ноября, и к полудню 29 ноября последние танки прибыли в район хутора Дубининский. Здесь бойцы сразу же приступили к строительству блиндажей. Из-за промерзшей земли и нехватки лесоматериалов эта работа была связана с большими трудностями. К этому времени группа Зайделя находилась в районе Карповки и подчинялась 29-й пехотной дивизии (моторизованной).

Итак, 14-я танковая дивизия была переведена в резерв армии. Поскольку большая часть тяжелого вооружения и материальных средств была утеряна, отдан приказ о формировании пехотных подразделений. Под командованием командира 4-го танкового артиллерийского полка был сформирован панцер-гренадерский полк «Людвиг»; он состоял главным образом из канониров 4-го артиллерийского полка. 36-й танковый полк сформировал одну пехотную роту. Вооружение этого полка состояло в основном из карабинов и автоматов, кроме того, в каждом взводе имелось по три ручных пулемета. Большие трудности возникли с обеспечением бойцов зимним обмундированием, так как большая часть снаряжения была утеряна при отступлении. Ремонтный взвод 36-го танкового полка находился на железнодорожной станции Карповка, и впоследствии он оказал дивизии неоценимую помощь.

4 декабря противник атаковал крупными силами при поддержке большого количества танков северо-западный участок фронта вокруг города-крепости Сталинграда в полосе действия 44-й пехотной дивизии. Поскольку там русским удалось прорвать нашу оборону, то дивизия была ориентирована на то, что 5 декабря ее могут бросить на этот участок для ликвидации вражеского прорыва. К этому времени в нашем танковом полку оставалось только 24 исправные машины. Туманным утром 5 декабря дивизия атаковала прорвавшегося противника силами панцер-гренадерского полка «Людвиг» и 36-го танкового полка. Стремительной атакой нам удалось полностью уничтожить не ожидавшего нападения противника численностью от одного до двух батальонов вместе со всем его тяжелым вооружением. Правда, при этой атаке и гренадеры полка «Людвиг» понесли большие потери, кроме того, выбыло из строя около 10 танков, получивших более или менее серьезные повреждения. Противник потерял 8 танков Т-34, один тяжелый КВ-1, 30 орудий и зениток и около 30 минометов.

Поскольку нам не удалось полностью восстановить старую линию обороны, утром 6 декабря, выполняя приказ, дивизия атаковала остававшуюся в руках противника высоту 124,5. Неприятель понес большие потери и сначала отступил. Но вскоре после этого русские снова атаковали высоту с севера, запада и юго-запада, бросив в бой большое количество танков. В течение пня наши танкисты и гренадеры трижды брали высоту и трижды теряли её. После этого во второй половине дня передний край обороны был окончательно отодвинут на километр восточнее высоты 124,5. Когда стемнело, в 36-м танковом полку оставалось только пять исправных машин. За эти два дня в ходе ожесточенных боев с переменным успехом панцер-гренадерский полк «Людвиг» потерял более пятисот бойцов. К этим боевым потерям добавились многочисленные обморожения, которые были вызваны резкой переменой погоды от пронизывающей сырости к сильным морозам.

7 декабря панцер-гренадерский полк «Людвиг» и 36-й танковый полк были снова отведены в тыл в район хутора Дубининский. Из их остатков впоследствии будет сформирована боевая группа численностью до батальона. 10 декабря противник снова атаковал крупными силами в районе села Дмитриевка. Батальон Грамса, который до сих пор действовал в районе Карповки вместе с группой Зайделя, был брошен вперед. После двух дней тяжелейших боев, в том числе и ночных, был снова восстановлен старый передний край обороны. И здесь батальон, принимавший участие в ночной атаке в пешем строю, понес тяжелые потери.

13 декабря дивизия получила уведомление о том, что командование 6-й армии поручает ей вместе с подчиненными соединениями прорвать кольцо вражеского окружения, а затем дивизия должна была двигаться навстречу германским войскам, которые должны были подойти для деблокирования окруженной армии извне. После этого все танки 36-го танкового полка, находившиеся в 44-й пехотной дивизии и в группе Зайделя, были возвращены в свой полк. Благодаря отличной работе ремонтного взвода на станции Карповка к 12 декабря численность танков в дивизии снова выросла до 26 боевых машин. Несмотря на плохое питание, нехватку лесоматериалов и другие трудности, боевой дух личного состава не был подорван.

18 декабря была предпринята глубокая разведка местности в районе села Карповка. Планировалось прорвать вражеское кольцо окружения на рубеже Карповка — Мариновка, а наступавшие извне немецкие войска должны были продвинуться нам навстречу до рубежа станица Донская — река Царица.

Совершенно неожиданно 19 декабря танковый полк был поднят по тревоге, так как противник внезапно перешел в атаку крупными силами в районе Мариновки. Подготовка боевых машин к маршу была чрезвычайно затруднена из-за сильного мороза.

Поскольку, согласно приказу начальника оперативного отдела 14-й танковой дивизии и в последующие дни танковый полк должен был постоянно находиться в боевой готовности, ежедневно приходилось многократно прогревать двигатели. Отсюда следовал непредусмотренный перерасход топлива, что в нашем положении было очень чувствительно.

24 декабря подразделения дивизии провели в местах расквартирования торжественное рождественское построение. Командиру 36-го танкового полка подполковнику Лангкайту был вручен Рыцарский крест. Затем состоялось короткое богослужение в боевых условиях под открытым небом. В такой же простой, но впечатляющей форме прошло празднование Рождества во всех блиндажах и укрытиях. На этой войне до сих пор редко таким образом отмечались великие праздники. Следующие дни прошли довольно спокойно.

Но 29 декабря танковый полк снова был поднят по тревоге для ликвидации вражеского прорыва на позициях 376-й пехотной дивизии в районе села Дмитриевка. Эта операция проводилась под личным руководством командира 36-го танкового полка. К ней были также привлечены истребительно-противотанковые, пехотные и артиллерийские подразделения из других дивизий. Наша контратака была проведена в ночь с 29 на 30 декабря. К утру так и не удалось добиться больших успехов, так как противник сразу отошел. Зато наши потери боевой техники оказались значительными. Из 23 танков, принимавших участие в бою, девять были повреждены, а два полностью вышли из строя. Частично это объяснялось крайне плохой видимостью из танка в ночных условиях.