Чтение онлайн

– Всё, Жано, если это тебе не понравится, можешь подавать на развод, но уже с завтрашнего дня я один раз в неделю буду принимать паломников в храме Великой матери Льдов до тех пор, пока и моя Снежана не превратится в точно такой же наряд.

Стинко, поднявшись в верх метра на три, быстро высмотрел в толпе Джанину и ещё трёх жриц, одетых в Серебряные Туники. Он телепортом поставил их перед леди Ритой и гаркнул:

– Девчонки, вперёд! Переодевайтесь!

И эти четыре Серебряные Туники тотчас превратились в самое мощное средство защиты и оружие огромной, просто фантастической силы, которое при этом не утратило своего исконного природного естества и не престало быть живым, разумным существом, Серебряными Туниками которых Защитники считали своими предками, хотя они и не родились на Варкене. Вывернувшись из объятий своих подруг, леди Рита шагнула к Стинко и Юму. На её глазах блестели слёзы счастья. Порывисто обняв Стинко, она крепко поцеловала сначала его, потом Юма, оттащившего друга за шиворот, и воскликнула:

– Мальчики, я так вам благодарна за всё, что не могу это выразить никакими словами.

Тотчас Юма оттолкнул Нейзер и, подставив для поцелуя свою усатую физиономию, громко сказал:

– Рита, если бы я не схватил руками тебя за ноги и не вцепился в подол этого бешенного платья зубами, то Стинни не смог бы вытащить из кармана пояс Матидейнахш. Так что я не меньше этих пройдох достоин твоего поцелуя.

Леди Рита не успела ойкнуть, как он крепко обнял её и впился в алые губы поцелуем. При этом сверкающий наряд вёл себя, как самое обыкновенное платье. Нейзер не стал злоупотреблять своим положением и через несколько секунд выпустил свою бывшую возлюбленную из объятий. Та отступила на шаг назад и опустила взгляд. Жано, воспользовавшись этим, попытался было приблизиться к своей жене, чтобы обнять её и поцеловать, наконец, но сверкающий наряд тотчас ожил и нацелился на него своими ледяными молниями. Жано встал, как вкопанный, а Стинко, громко расхохотавшись, воскликнул:

– Эй, парень, запомни, ты теперь должен подходить к своей жене только спереди и только на полусогнутых! Эта одежонка очень серьёзная, мало того, что её не возьмёшь никакой пушкой, так она ещё мигом превратит в снежную пыль что угодно.

Только тогда, когда Рита повернулась к своему мужу и сама сделала шаг к нему навстречу, ледяные молнии выпрямились вокруг её очаровательной белокурой головки и замерли. Звёздный император сцепил пальцы в замок любви и покорности и только после этого, увидев, что одеяние леди Риты подобрело, смог обнять и поцеловать свою жену. Сорквик, широко улыбнувшись, сделал то же самое с леди Ракель, после чего властным жестом турнул из спальной всех гостей кроме Стинко, Нейзера и Юма, а Жано, глядя на это, негромко сказал:

– Выходит так, ребята, что вы единственные мужчины кроме меня, кому дозволено поцеловать Риту. Ну, что же, если вы не будете наглеть, то и я стану изредка покидать свой дворец не на сутки, а на более длительное время, чтобы не прогневать Великую Мать Льдов.

Нейзер смеясь поднял руки вверх и воскликнул:

– Жано, ни на что большее, чем этот поцелуй я претендовать не стану, иначе мне моя Марина, хотя она и дочь старого мободийского пирата, мигом оторвёт не только всё моё хозяйство, но и ноги.

Подмигнув Стинко и Юму, Нейзер куда-то телепортировался, а два этих типа, скромно потупившись, стали бочком двигаться к дверям. Леди Рита, показав мужу взглядом на дверь, а его старшеньким на своих постельничих, быстро взяла одного и другого под руки, после чего Низа взяла за руку Юма, а Луиза Стинко и, ведомые своим мужем, они направились к выходу. Звёздная императрица хотела поскорее вернуться из Золотого дворца, где её уложили на кровать, в Оэдо, в их маленький, уютный домик на озере, но сначала она хотела проводить в дальний путь своих паломников, ведь Стинко предупреждал её, что они не намерены задерживаться надолго в темпоральном торнее. Глядя то на одного, то на другого влюблёнными глазами, она прошла вместе с ними через анфиладу залов и вышла на высокую балюстраду, перед которой лежала большая площадь. По ней расхаживало несколько десятков мулл-огнепоклонников, одетых в свои долгополые, белый кафтаны и просторные синие штаны, заправленные в сапоги. С длинными вибросаблями на боку и все, как один в больших белых чалмах и с длинными, черными бородами, растущими от самых глаз.

Увидев свою ненаглядную богиню Ашботан в новом наряде, на который на ярком солнце было больно смотреть, они выхватили из ножен свои вибросабли и дружно прокричали какое-то приветствие на сирианском языке. Стинко, глядя на них покачал головой и спросил:

– Леди Рита, тебе ещё не надоели эти чалмушники?

Та, нежно улыбнувшись, негромко сказала в ответ:

– Вообще-то они отличные парни, Стинни, только слишком уж требовательные. Ни кому и близко не дают подойти ко мне, не говоря уже о том, чтобы кто-то осмелился коснуться моей руки.

Стинко, спускаясь по широкой лестнице, злорадно улыбнулся и, подмигнув леди Рите, чуть слышно сказал:

– Щас мы их малость приструним, девочка моя.

Выйдя на площадь и встав напротив мулл-огнепоклонников, он высвободил руки и, взяв леди Риту обеими руками за талию быстро поставил её перед собой, после чего крепко обнял её шею, притянул к себе и не только поцеловал, но ещё при этом и прихватил за круглую попку. Сверкающий наряд повёл себя так, словно это было самое обыкновенное платье, то есть смялся под его пятернёй и обрисовал всю прелесть очаровательного зада воплощённой Матидейнахш. Муллы-огнепоклонники от такой наглости сначала застыли, как вкопанные, а затем, оглушительно взревев, снова выхватили свои вибросабли и бросились в атаку. Стинко этого только и ждал. Крепко ухватив рукой воротник сверкающего наряда, он нацелился ледяными молниями на верхушку ближайшего дерева и пальнул по нему разок. Ледяные молнии, громко прошелестев над головами мулл, мигом превратили верхние ветви в искрящуюся на солнце ледяную пыль, а Стинко, не убирая руки с зада леди Риты, громко рявкнул на них:

– Стоять, черти бородатые! – Те, увидев такое, встали, а он, оглаживая зад их ненаглядной богини, громко крикнул – Парни, запомните, мы с моим другом одели вашу богиню в этот наряд, мы же её и разденем в любой момент, как только она того захочет. И запомните вот ещё что, любезные, леди Рита сама выбирает того, кто ей мил, а потому если вы не хотите нажить себе неприятностей, то перестанете зыркать на каждого, кто захочет поцеловать её руки. А то так скоро дело дойдёт до того, что вы будете кидать косяка на моего друга Жано, ейного законного мужа. – Быстро подхватив смеющуюся леди Риту на руки, Стинко передал её в руки Звёздного императора и, повернувшись к муллам-огнепоклонникам, строго сказал им – Запомните, парни, вы все мои огуны, то есть ученики, а ещё вы не только защитники трона Сирианы, но и слуги закона дома Роантидов и потому всем вам прямая дорога в хантеры. Поройтесь у себя в памяти, разве вы не помните того, что было вам сказано Судом Хьюма во время вашей ледовой медитации, когда ваша богиня Аштар повелела вам встать на стражу закона? – Муллы оживлённо закивали головами – Так вот, ребята, всё это было на самом деле, а не привиделось вам. Поэтому имейте совесть, дайте своей богине возможность принимать знаки внимания от своих подданных мужского пола. И запомните, нет в мире такой силы, которая может хоть чем-то повредить леди Рите и не важно, будет одета она в сверкающий наряд Великой Матери Льдов или выйдет из своего дворца в чём мать родила. Она в любом случае останется воплощённой Матидейнахш, богиней Аштар и вообще воплощением всех имён высших сил, породивших нашу Вселенную.

Звёздная императрица, находясь на своём самом любимом ложе, могучих руках мужа, одарила своих преданных защитников обворожительной улыбкой и подала рукой им знак, чтобы они поприветствовали своего сардара. Муллы-огнепоклонники быстро построились в одну шеренгу и, снова выхватив из ножен свои кривые сабли, трижды прокричали Стинко и Юму что-то на сирианском языке, отчего всё семейство Жано Корреля весело захохотало. После этого муллы чинно удалились, а Звёздный император спустил жену с рук и сказал:

– Стинни, Юм, будете пролетать мимо Сирианы, обязательно заскакивайте к нам на огонёк. А за то, что вы приструнили этих парней, моё вам отдельное спасибо. Когда я пытался их вразумить, они только кивали головами и продолжали гнуть свою линию. Надеюсь, теперь они будут обходиться только тем, что станут устилать путь Риты лепестками роз и уже не будут свирепствовать, если кто-то из сирианцев захочет поцеловать ей руки.

Стинко кивнул головой и пробормотал в ответ:

– Жано, братан, не сердись на нас, если что не так. Твоя жена мне теперь всё равно, что родная сеструха. Береги её. Она у тебя просто ангел. Хотя, кому я это говорю, ведь ты же муж воплощённой Матидейнахш и сам всё знаешь. Ну, всё, ребята, нам пора сваливать, вон уже и наши прилетели за нами на флайере. – Повернувшись к леди Рите, он добавил – А ты, сестрёнка, не вздумай входить в тренажер в своём новом платье. Оно ведь у тебя о-го-го какое, мигом наделает в нём таких дыр, что потом вовек не залатаешь. И вообще я тебе вот что скажу, не знаю, как к этому отнесутся в твоей семье, но вам всем лучше стать Вечными, так оно будет как-то надёжнее. Я велел Верди Мерку и Сорквику загрузить в этот темпоральник побольше новых тушек, так что на всех хватит. Ну, всё, мы исчезли.

Низа и Луиза тотчас сорвались с места и прежде, чем Стинко и Юм действительно исчезли, они успели обнять и поцеловать каждого из них на прощание, после чего Коррели всем семейством взмыли в небо и, радостно смеясь, полетели в Оэдо. Юм, оказавшись на борту тяжелого флайера, оснащённого аппаратурой прохода сквозь темпоральный кокон, деловито спросил своего напарника:

– К каким воротам летим, брателла?

– Не торопись, Юм. – Ответил Стинко – Длинный Эрс просил меня заглянуть к нему перед отлётом. Сам понимаешь, я могу отказать кому угодно, но только не этому парню. – Похлопав по круглой, блестящей голове Кроноса, он сказал – Так что, Кронни, давай лети к "Атасу". Надеюсь, что это не займёт слишком много времени.