Чтение онлайн

Сразу от входа во дворец начиналось нечто вроде полукруглого тронного зала с задником, разрисованным точно так же, как и все стены этого уровня. Сам дворец был относительно невелик, всего каких-то двести с чем-то метров в диаметре, что позволило Длинному Эрсу разместить в своём тронном зале маленькую барабанную фабрику. Прямо по центру стоял стапель, на котором покоился здоровенный барабан-годо длиной под сотню метров, а рядом со стапелем стояло с полдесятка верстаков и шкафов с инструментами. Из этого годо доносились весьма немузыкальные вопли и глухое шарканье стамеской по его стенкам. Весь мраморный пол вокруг уже ошкуренного барабана был засыпан снятой с него корой алмазного дуба и стружками, а возле лестницы, ведущей наверх, стоял лист белого пластика, на котором было написано неровными буквами: – "К бубну не подходить! Убью!". Стинко, покрутив головой, подошел поближе и громко крикнул:

– Эрс, ты внутри?

Из барабана донеслось в ответ:

– А где я ещё могу быть, брателла? Там же ясно написано, не влезай, убью, так что кроме меня в бубен никто не сунется.

Ответив своему другу, Длинный Эрс перестал шоркать стамеской и немедленно вылез наружу. Он был одет в камуфляжного цвета трусы до колен и войлочные тапочки, так что всем были видны его цветные брачные татуировки, нанесённые умелой рукой довольно яркими, не варкенскими красками. На мощной груди императора звёздных планетоделов был изображен он сам в зелёных годолайтарах с длинными ойтонами в руках. На животе у него был наколот алмазный дуб во всей своей красе и именно такой, какие росли теперь на Кругляках, а когда он стал спускаться по лестнице, то Стинко и его друзья увидели на спине этого парня парочку, занимающуюся сексом. Естественно, что это были Длинный Эрс и Диана. Император сидел в позе лотоса на кроне дерева, растущего от поясницы, а императрица, откинувшись назад и подставив свою грудь для поцелуев, сидела на нём. Руки и ноги Эрса были сплошь увиты цветущими лианами, на которых сидели птицы, бабочки и прочие мелкие зверушки.

Единственное, что Длинный Эрс воспринял от варкенцев, так это причёску-архо с заколкой прямой крест, но с тысячью косичками. Ну, и ещё то, что спустившись вниз он стремительно сцепил и расцепил пальцы в замок приветствия, какой именно Стинко даже не успел рассмотреть, и коснулся губами рук его спутниц, после чего забасил:

– Братан, я попросил тебя заскочить в мой гараж не от балды, а по очень важному делу. Ты меня знаешь, я зря стебаться не привык. Когда Рем Егоза узнал о том, что ты сваливаешь, он сразу же поставил меня на уши. Ну, не тебе мне говорить о том, сколько бидрупских пацанов и девчонок ухватили Старикана, что сидит Небесах, за бороду. Пару недель назад Бима Плаксу и Телулу Сорки тоже двинул в императоры. Наши друзья оказались в масть целой куче народу потому, что они правильные ребята. А за три дня до этого Забияка Винтер стал императором на Томогауне. В общем так вышло, что уже семьдесят шесть наших с тобой друганов и подруг стали императорами и императрицами, а ещё двести пять планетарными королями. Стинко, мы тут прикинули и получается так, что всем нам открыл дорогу наверх именно ты, а не кто-то другой. Хотя мы никогда не ставили тебя над собой, ты был у нас за большого бугра. Бим и Телли солёные хантеры и они не раздумывая посолили бы каждого из нас, как Зак посолил Сорквика, но будет правильно, если ты возьмёшь в руку бластер и приставишь его к плечу каждого из нас. Так решил наш маленький конвент, состоящий из одних только больших парней и девчонок, которые оказались в масть самому большому боссу.

Стинко только молча кивнул головой в ответ. Сказать что-либо сразу он не смог по одной лишь той причине, что у него в горле стоял комок. Да, ему и ничего не нужно было говорить потому, что император звёздных планетоделов, сообщив ему эту новость, мотнул головой, повернулся и пошел вглубь своего тронного зала за барабан. Стинко молча последовал за ним. Как только они обогнули большой годо, то увидели прелестную картину. В самом центре тронного зала перед задником, представляющим из себя огромное стереофото, изображающее поркерианский лес в Прохладе, стоял большой беломраморный подиум, а на нём два роскошных, здоровенных трона, точнее, кресла-трансформера и на одном из них, свернувшись калачиком, мирно спала императрица, вся перепачканная краской, а неподалёку парила большая платформа-антиграв с сиденьем, вся заставленная баллончиками с красками.

Теперь сразу стало ясно, кто был на самом деле идейным вдохновителем всех этих граффити. Длинный Эрс, подойдя к жене, наклонился, поцеловал её в висок и ласково сказал:

– Ди, малышка, просыпайся. Пришел Стинко с ребятами. Нам пора отправляться в трюм.

Императрица Диана что-то сказала спросонья, сладко потянулась и, протерев глаза кулачками, спрыгнула с трона. Помахав всем рукой, она воскликнула звонким голоском:

– Привет, ребята! Пока мы вас ждали, я немножко вздремнула. Подождите меня несколько минут, я пойду приму душ.

Как и большинство обитателей "Атаса" императрица Диана была одета весьма странным образом. В короткие джинсовые шортики и кейшиновый топик, какие вместе с трусиками Стинко обычно выдавал своим огунам-женщинам. Топик не нуждался в стирке, так как к кейшину не приставала никакая грязь, а вот всё остальное и особенно лицо и тело девушки, требовало не душа, а основательной стирки. Быстро вскочив на свою платформу, Диана стремглав умчалась куда-то вверх и скрылась за барабаном-годо, а Стинко, сев на помост, спросил:

– Эрс, это, конечно, не моё дело, но может быть тебе всё же стоило приодеть свою братву?

Длинный Эрс ощерился и веселым голосом воскликнул:

– Братан, так они же того, снова разденутся! – Уже более серьёзным тоном он добавил – Вообще-то такой базар уже идёт среди наших пацанов и девчонок. В основном меня, правда, достают только старые планетоделы, хотя как раз это у них было принято заступать на вахту, чуть ли не в чём мать родила. Это у них была такая фишка, братан. Снаружи ад кромешный, холодрыга или одни вулканы, а ты сидишь за рычагами ландшафтного танка или погрузчика, который того и гляди в любую минуту развалится, в одних трусьях. Но теперь, когда они стали звёздными планетоделами и им уже не нужны всякие там погрузчики и бульдозеры, а ландшафтный танки у них не возьмёшь даже горячей бомбой потому, что они субметаллические, эти ребята всё чаще заступают на вахту в наших форменных космокомбинезонах. Дома они пока что ещё ходят полуголыми, но уже начинают ворчать, что это не дело. Более того, Стинни, им это стало просто в лом, но планетоделы из числа Звёздных Мерков и стариков с Бидрупа, хотя они и в меньшинстве, постоянно на них из-за этого крысятся. Сам понимаешь, моё дело маленькое, как братва скажет, так я и сделаю, но пока ни одни, ни другие к единому мнению не пришли. Ты лучше глянь сюда, братан, какую классную штуку мы с Ди придумали! – Воскликнул Эрс и показал Стинко на здоровенную круглую шахту позади трона – Видал? Эта фиготень ведёт на самое дно "Атаса". Хотя конвент и выступил против, мы с Ди набычились и сказали, что эта дыра будет существовать вечно и каждый, кому мы станем в ломы, сможет подойти к нам и скинуть в трюм вместе с тронами.

Подивившись такому наглому и беззастенчивому рекламному трюку, Стинко, кивнув головой, сказал:

– Да, братан, согласен, хороший понт дороже денег, но ты мне вот что скажи, как у тебя продвигаются дела в Угольном Мешке? Извини, но мне последнее время было как-то недосуг смотреть новости и читать газеты. Ты там хоть что-то успел сделать?

– Хоть что-то? – Изумился Длинный Эрс и воскликнул – Стинни, брателла, да, мы там за три месяца подняли уже почти сотню планет! Я ведь как сказал пацанам, пока они в Угле не поднимут первые пятьсот планет, пусть даже и не мылятся разбегаться по всей галактике. Столицей мы с Ди решили сделать Синдереллу, так её, кстати, твой пахан назвал и нам эта погремуха понравилась. Так звали одну зачуханную пацанку, которая на самом деле была такая красотка, что на неё сразу же запал один принц. Так вот, братан, Синдерелла у нас уже стала вылитой принцессой. Правда, и навалились мы на неё такой кодлой, что наши гаражи то и дело задница об задницу стукались, да, и шутка ли, их над ней встало триста десять штук. Но я тебе так скажу, Стинни, мы с Ди пахали на ней с первого дня. Срывали горы, ставили атмосферу, заливали всё водой, насыпали гумус, а потом сели в большой лесопосадочный танк и шпарили на нём вдоль экватора без остановки почти две недели, высаживали первую полосу саженцев алмазных дубов. Теперь такая первая полоса так и называется, пояс Дианы. Если он посажен, значит полный порядок, пройдёт три, четыре недели, алмазные дубы засосут в себя воду и вымахают высотой больше двух километров. Сейчас Синдерелла от одной полярной зоны до другой уже вся сделалась полосатой. Вот только с наклоном оси нам там не очень повезло, слишком уж климат сложный получился. Ну, ничего, колония ветлов там уже есть, а эти ребята деревья к чему угодно приучат. Хотя на Синдерелле жить ещё не в кайф, туда уже со всех ног ломанулись руссийцы, но они зовут её на свой лад, Золушкой. Мы с Ди поставили там планетарным королём её братана, Зейгана, он сейчас здесь, подыскивает себе королеву лесов. Зейк сидел вместе с нами за штурвалом лесопосадочного танка. Отличный пацан. Надёжный и лес любит. Да, и руссийцам он в масть пришелся. Их на Синдерелле поселилось уже почти миллиард, хотя лес им пока что ничего не может дать. Он ведь ещё совсем молодой, ему самому окрепнуть надо, а уже потом дома для них растить. Но руссийцы не жалуются, живут в летающих бочках и вкалывают ничуть не меньше, чем наши алмазные дубы. Днём прививают на ветвях свои берёзы, а ночью качают тяжелые металлы в верхнем слое и помогают алмазным дубам покрепче укорениться.

Поджидая Диану, они сели на краю шахты и, свесив ноги вниз, разговаривали. Узнав о том, как они обустроили Синдереллу, Стинко, коснувшись пальцем ползучей орхидеи на виске Длинного Эрса, которая вся так и трепетала, спросил:

– Я так понимаю, братан, что это глаза и уши Горта Белобородого? Горт, если ты меня слышишь, я приветствую тебя и весь твой народ. Извини, что не смог навестить тебя.

Длинный Эрс кивнул головой и сказал ответ:

– Ага, так оно и есть. Но наш базар сейчас слышит и видит не только Белобрысый, но и другие ветлы.

Стинко, который только сейчас вспомнил о том, что они находятся в темпоральнике, воскликнул:

– Да, иди ты! Они что же, как и Юмми, тоже могут держать связь через темпоральный кокон?

Длинный Эрс, хлопнув руками по бёдрам, радостно выпалил:

– Да, братан, именно так! Им даже матидейтин не помеха и когда я вчера метелил твоих колбасюков, Белобрысый меня поздравил после битвы с победой. О, старик, эти ребята ещё и не такие штуки способны. Когда я в свой прошлый прилёт на Кругляки рассказал Горту о том, что валгийцы умеют украшать свои тела самыми настоящими живыми цветами, он тут же ухватил меня за шкуру и потребовал дать ему одну плотоядную орхидею, которая может расти на человеческом мясе. Ну, я тут же свистнул Блайза и тот приволок мне несколько штук этих кровопийц, а через три дня Белобрысый и остальные ветлы вырастили прямо на своих ветвях сотни миллионов таких вот цветочков. Мы теперь, братан, можем через них даже читать мысли друг друга. Правда, я могу только принимать послания от Белобрысого и других ветлов, а вот он меня читает запросто, словно сидит на корнях искусственного питания в нашей с Ди спальне, где у нас живут двое юных ветликов. Как только мы выберемся из твоего торнея, мы с Ди подарим этой парочке свою собственную планету. Они ведь уже настрогали тысяч сорок крохотных деток-росточков. Сайна и Рош уже достали нас своими вопросами, что это будет за планета. Как будто я знаю, кто из моих будущих королев их заберёт к себе. Ясный перец, это будет не королева из числа звёздных планетоделов. У них в покоях и так у каждой стоит по пять, шесть пар молодых ветлов, которые хотят иметь свою собственную планету, а тут ещё своего требуют старые ветлы с Кругляков и Поркера.

Стинко, которого, вдруг, заинтересовало то, как общаются между собой люди и ветлы и что их связывает, спросил:

– Эрс, Горт Белобородый что, решил поменять правила? Я как-то слышал от тебя, что старые ветлы только потому согласились перебраться на Кругляки, что ты построил у них над головой багровый купол и напустил под него чуть ли не одного углекислого газа пополам с вулканической пылью, а тут выясняется, что ты бываешь у него в гостях. Неужели и старые ветлы интересуются теперь людьми?