Чтение онлайн

Судьба немецкого солдата тех дней, могла бы выглядеть интересным, но очень кратким очерком. Например, таким:

Его звали Карл Рид из 205-го полка. Он никогда не думал стать большим человеком. Такие мысли были ему чужды. Он был солдатом и превосходно владел этим мастерством. Сейчас, двигаясь по дороге, заметенной снегом по голенища сапог, его одолевали тяжелые мысли на счет всего произошедшего за эти последние три дня. Как, так получилось, что еще два месяца назад он гордо входил в русские селения по берегу Оки, а теперь был вынужден, уходить обратно. Как, так сложилось, что ему заслуженному солдату Рейха – обладателю Железного Креста 2-го класса за Французскую кампанию, пришлось вместе с боевыми товарищами, подобно преступникам в ночи, покидать здешние места. Наверное, всему виной эта проклятая русская зима с ее бесконечными морозами, убогими домишками чумазых жителей и отвратительными до – крайности, дорогами. Эти мысли портили и без того плохое настроение. Наверное, от того, что последние дни он мало спал, и усталость его беспокоила куда больше, чем обычно. А, может, виной всему постоянный мороз, который пробирал насквозь, до холодка в районе темени. Дорога к Крестам заняла почти восемь часов непрерывного марша. На его руках еще виднелись засохшие пятна крови. Их смыть не удалось. Времени не хватило. Они след недавнего столкновения с Иванами, которые пытались обойти Кузьмищево, но у них этого не вышло. Резервный батальон, выдвинувшись оперативно из Тарусы, не оставил шансов красным комиссарам и жестко подавил прорыв. За селом, на поле русские оставили много своих раненых солдат. Их пришлось ликвидировать группе Райнмайера в состав, которой входил и Рид. Среди разбросанных тел попадались молодые ребята, явно не приспособленные к войне. Но, что поделать, армейский долг важнее сочувствия к врагу. Патрон не тратили, добивали штыками. Не потому, что кровожадность брала верх над разумом. Нет. Надо было беречь каждый патрон, ведь неизвестно станут ли снабжать их дальше, когда кругом все так неясно. Эти воспоминания не особо трогали Карла. Он воевал не первый год и повидал всякое. Куда больше, его беспокоило, удержится ли резервный фронт возле Крестов, ведь на восточном берегу Оки скопились большие силы Красной армии, против тысячи измотанных солдат дивизии Рендулича. Скорее всего – нет. Русские ударили под Серпуховом и Алексиным в нескольких местах, постоянно наращивая удар, вводом своих резервов. Рано или поздно они все равно доберутся до резервной линии. А там, еще по- русски «конь не валялся». С этой целью, батальон Райнмайера из Лыткино бросили на правый фланг дивизии. Необходимо было любой ценой удержать Кресты, иначе всему 13-му корпусу грозило окружение. Так, приказал командир полка Гельмут Рейманн, а его приказы, как известно, не обсуждались. Да и начальству было виднее. Но все же, сколько еще придётся держаться до прибытия подкреплений? День, два, неделю? Кто знает, куда эти зимние дороги заведут его самого. Может, сведут в могилу на окраине очередной деревушки. А может, пронесет, и он еще увидит своих детей…..

Русские, как всегда появились неожиданно. Сначала наблюдатели заметили два силуэта со стороны дороги на Петрищево. Затем к ним прибавилась еще одна фигура. Было решено их подпустить поближе, чтобы не дать им улизнуть. Короткая очередь от Рида скосила всех троих. Теперь следовало ожидать, что вскоре подойдут главные силы. Вечернее небо 21 декабря уже затянуло заревом грохочущих орудий – это соседний 163-й полк продолжал вести перестрелку с противником у Гурьево. Из лесной темноты в отражении снежного покрова уже показались очертания 76-мм советских орудий. Их навели прямой наводкой на Кресты. Пришла очередь отстаивать свое право на жизнь. Бой начался…

Декабрьская стынь, утром 23 декабря в доме Марии Евдокимовны заставила ее, не смотря на свой страх, выйти на улицу в поисках дров. Бой за село уже давно утих. То тут, то там – всюду на снегу валялись тела поверженных немцев. Тех самых, что еще накануне ворвались в ее дом и перевернули все в поисках еды. Она узнала их лица. Среди них, лежало очередное тело, запорошенное снегом. На его осеннем пальто проступали три кровавых пятна. Это был Карл Рид, из 205-го пехотного полка……

Тяжелый бой за деревни Кресты и Ям Калужской области был отмечен в журнале бригады, как проявление героической стойкости солдат и офицеров. Так, в журнале « В боях под Крестами бойцы и командиры проявили исключительное мужество и смелость. При непосредственном руководстве частями на поле боя был ранен семью пулями из автомата комиссар штаба Давыдов. Был ранен командир 2 стр. батальона капитан Куликов, Командование батальоном принял его заместитель старший лейтенант Новиков». Этот случай беспримерной храбрости, когда комиссар личным примером руководил атакой солдат на поле боя вызвал у меня особый интерес. Я начал поиски для подтверждения этого поступка и вот что я выяснил.

По данным книги учета Томского военно-пересыльного пункта Давыдов Сергей Александрович комиссар 19-й стрелковой бригады действительно получил ранение в боях у д. Кресты Тульской области и это подтверждается списками потерь 49-й армии по состоянию на 15 января 1942 года, где военком числился под № 105, как получивший ранение 20 декабря 1941 года. В связи, с чем у меня появился вопрос". Почему в Тульской области, а не в Калужской, где протекали события?" На это имеется простой ответ. На картах того периода, д. Кресты относилась не Калужской, а к Тульской области. На вопрос «почему 20 декабря, а не 22-го или 23-го, когда протекали бои за д. Кресты?» Я пришел к выводу, что при заполнении донесений о потерях дата получения ранения была указана ошибочно. Из книги учета военно-пересыльного пункта удалось выяснить следующее: Давыдов Сергей Александрович 1907 года рождения, с 1941 года в 19-й стрелковой бригаде, комиссар штаба. Гарнизонной врачебной комиссией ограничен в службе по состоянию здоровья. 2 апреля 1942 года , был направлен для дальнейшего прохождения службы в политуправление Сибирского военного округа. По другим сведениям награжден медалью «За оборону Москвы» 19 июля 1945 года, будучи уже старшим инструктором управления кадров главного политуправления РККА, отмечен также и другими наградами.

К вопросу определения точной даты и места ранения Давыдова Сергея Александровича упомяну, что согласно книги безвозвратных потерь 19-й стрелковой бригады, 20 декабря более 20 солдат были убиты, участвуя в бою за Сидоринку,в то время, как главные силы бригады были еще в пути. Более того, при сравнении записей книги с донесениями о ходе боев за д. Кресты обнаруживается их полное несоответствие. Бой за деревню Кресты был с 22 по 23 декабря, а основные потери указаны с датой 21 декабря. Если верить записям в книге потерь, то донесения получаются ложными, что мало вероятно. Скорее всего, это записи в книге потерь указаны неверно. Что могло послужить причиной этого мне неизвестно. Возможно они заносились с запозданием , как говорится по факту, от того и пошли эти ошибки. Против своих доводов скажу, что если даты соответствуют действительности, то по ним получается, что еще 19 декабря в сторону д. Сидоринка выдвинулся отдельный отряд, который в пути понес потери в бою за д. Антоновка, а на следующий день вел бой за д. Сидоринка. Эта версия имеет под собой основания поскольку комбригом в донесении 19 декабря говорилось о 1-м батальоне, направленным в сторону большака Таруса- Петрищево и в сводке армии № 218 от 20.12.41 говорится о потерях бригады в 20 человек, что примерно совпадает с записями в книге потерь. Но у этой версии есть свои минусы. Если бы 20 декабря этот отряд вел бой за Сидоринку, то о нем бы упомянул 830-й стрелковый полк в своем донесении № 97 от 22 декабря, но этого не было. Даже если бы отряд был вынужден отступить, то 21 декабря он должен был встретиться с 1-м и 3-м батальонами в районе Петрищево, но подтверждения этому тоже нет. Кроме этого, отряд атакуя Сидоринку, должен был действовать в тылу у немцев, поскольку 20 декабря немецкие войска отступали через д. Петрищево. При таком развитии событий, подразделение бригады оказалось бы со всех сторон окружено противником. Если допустить, что такой отряд существовал, то события протекали бы следующим образом: 20 декабря отряд, неся потери, отступил от д. Сидоринка, а затем, продвигаясь дальше к д. Кресты завязал бой. Такое могло быть, но эта версия вступает в противоречия с донесениями 19-й стрелковой и 830-го полка 238-й стрелковой дивизии.

А, возможен и другой вариант: 19 декабря 1/19 батальон по приказу комбрига днем вел бой с арьергардами противника у д. Антоновка, а бригада, выполняя приказ командарма по зачистке юго-западной части Тарусы , к вечеру сосредоточилась у д. Ложкино. Отдельное подразделение под командованием комиссара Давыдова было направлено в сторону д. Кресты. В пути отряд вышел на Сидоринку , а затем достиг д. Кресты. Такое тоже могло быть, но и эта версия не соотвествует донесениям бригады. Да и вряд ли, полковник Вронский стал бы молчать о том, что направил свое подразделение на перехват противника. Между тем, в пользу существования отряда, говорят два документа. Первый. Был приказ командарма от 19 декабря о создании лыжных отрядов для перехвата противника. И второй. В книге Александра Пронина « Навесным огнем» имеется упоминание о создании такого отряда. Кроме того, по воспоминаниям местных жителей рота солдат действительно вела бой за Кресты, до подхода основных сил. Так, что похоже, что отряд все-таки существовал, но доложить комбригу о своих действиях не мог. Отсюда и молчание Вронского в своих донесениях.

К вопросу подтверждения подвига, предлагаю следующую выдержку из краткой истории 19-й стрелковой бригады: «В деревне Кресты противник, использовав каменные постройки, превратил их в укрепленные огневые точки, сосредоточив большое количество артиллерии, начал вести минометный огонь по наступающим частям. Временно ему удалось остановить наши части, которые залегли в снег и использовав снежную пургу, продолжали накапливаться для атаки. В этот чрезвычайно трудный момент артиллеристы лейтенанта Ползунова и минометчики лейтенанта Кужеля выкатили орудия и минометы на открытые позиции и в упор, расстреливая огневые точки противника. Комиссар штаба батальонный комиссар Давыдов личным примером воодушевлял бойцов, поднял их в атаку на штурм немецкого узла сопротивления. Сильно укрепленный оборонительный пункт противника был взят. Враг оставил до 250 солдат и офицеров убитыми, отступил, оставив на поле боя 6 исправных орудий, 15 автомашин с награбленным имуществом, до 200 велосипедов и большое количество боеприпасов, которые подсчитать не удалось». Эта запись согласовывается с записью в журнале, и по моему мнению, этого достаточно для подтверждения подвига. Жаль, что в электронном архиве не представлен его наградной лист, уж он бы многое прояснил. На основе всех представленных материалов я пришел к окончательному выводу,что комиссар Давыдов был ранен в бою за д. Кресты 22 декабря 1941 года.Косвенным доказательством моего вывода служат сводки 49-й армии и 30-й стрелковой бригады, которая действовала на правом фланге. Так в сводке армии № 223 на 5.00 23.12.41 за прошедший вечер и ночь, сказано о снегопаде и метели и тоже указано в сводке 30 сбр № 12 к 6.00 23.12.41 за прошедший день " сильный ветер, идет снег, дороги занесены снегом и не проходимы для транспорта".В предшествующие дни, начиная с 20 по 21 декабря, была сплошная облачность со слабым ветром, что не характерно для метели.

С ранением комбата капитана Куликова Василия Георгиевича история не менее интересная, но очень запутана. До д. Кресты он уже был «тяжело ранен» возле деревни Кузьмищево 17 декабря 1941 года, о чем имеется подтверждение в сводке бригады за тот день. Был внесен в списки потерь начальствующего состава 49 армии по состоянию на 15 января 1942 года под № 108, как получивший ранение. В списках потерь армии по состоянию на 10 марта 1942 года под № 52 комбат опять числится раненым, правда дата и место получения ранения не указаны. В связи с этим у меня появились две основные версии. Первая – ранение комбата 17 декабря не было тяжелым иначе он не смог бы участвовать в освобождении деревни Кресты. К тому же в журнале нет сведений от тяжести ран, что в свою очередь может косвенно подтверждать версию. Вторая- в журнале была допущена ошибка. Просмотрев списки я выяснил, что начштаба батальона бригады капитан Камудов Михаил Яковлевич был ранен 23 декабря 1941 года и эта дата примерно совпадает с происходившими событиями, к тому же он тоже был капитаном, потому исключать эту версию нельзя. Единственное возражение в том, что фамилии Камудов и Куликов по произношению не созвучны и при заполнении журнала вряд ли могла возникнуть такая опечатка. Что ж, все могло быть, а потому исключать ничего нельзя. Поиски по ранению Камудова в дальнейшем не увенчались успехом. Все же, учитывая повторное ранение комбата Куликова, по состоянию на март 1942 года я первоначально склоняюсь к первой версии, как наиболее правдоподобной.

Позже, мною в архиве был обнаружен наградной лист на Куликова, который еще больше запутал всю ситуацию. Из наградного листа: « Куликов Василий Георгиевич… год рождения : 1911 звание: майор…должность: преподаватель тактики Московских курсов усовершенствования офицеров пехоты…. Представляется к ордену Красного Знамени…в отечественной войне:.. …Юго-западный фронт с 1.12.41 по 17.01.42….. Имеет ли ранение:… ранение тяжелое 17.1.42г….. Призван: Ивановским РВК Ивановской обл….. Ранее награжден: медалью за боевые заслуги– за выслугу лет, медалью за оборону Москвы….

Краткое и конкретное описание подвига:

17 января 1942 года 19 стрелковая бригада имела задачей форсировать реку Ока и овладеть ее правым берегом западнее г. Серпухов. 2-й батальон этой бригады под командованием тов. Куликова успешно форсировал реку отбросив немцев от правого берега, затем повернул вдоль реки и ночной атакой овладел д. Дмитровка Серпуховского района на которую безуспешно наступал 1-й батальон этой бригады. Таким образом благодаря энергичным действиям батальона тов. Куликова вся бригада вышла на правый берег р. Ока и продолжала наступление. В бою за овладение Дмитровка тов. Куликов был ранен, но не оставил командования батальоном до конца боя, пока батальон полностью не очистил от немцев населенный пункт т.е. пока не была полностью выполнена боевая задача.

В настоящее время работает преподавателем тактики на курсе командиров батальонов , с работой справляется хорошо, занятия проводит умело и поучительно, очень много и упорно работает над повышением своих знаний и над обучением и воспитанием порученной ему группы командиров батальонов. За хорошую работу имеет благодарность от командующего войсками МВО. Достоин награждения ордена «Красного Знамени». 16 июня 19__5г. Начальник 1-го курса подполковник Девяткин».

Этот наградной лист заставил меня поразмыслить в поисках подтверждения сомнительного подвига. Почему сомнительного? Отвечу. Во- первых, 19-я стрелковая бригада 17 января 1942 года была возле г. Кондрово, и никакую д. Дмитровка по реке Оке брать в этот день не могла. Во- вторых, на боевом пути 19-й стрелковой д. Дмитровки вдоль р. Оки никогда не было. Это сверено мною с картами 1938 года, которые были в работе у штаба 49-й армии и донесениями бригады. Если считать, что комбатом была допущена ошибка и имелась ввиду дата 16 декабря 1941 года, и подразумевался населенный пункт не Дмитровка, а д. Кузьмищево, тогда описание подвига в целом подходит под те события, которые происходили в декабре 41-го . Разбирая этот подвиг, и учитывая свои прошлые исследования по вопросу освобождения города Тарусы Калужской области, я обратил внимание на информацию об овладении населенным пунктом. Эта версия в свое время мною тщательно проверялась и подтверждений не нашла, но помниться я с сомнением допускал, что такое могло быть. Как указано в исследовании 19–я стрелковая бригада отступила от д. Кузьмищево и смогла ею овладеть только 18 декабря. Оценивая достоверность подвига, я пришел к выводу, что он был записан со слов комбата и никем по существу никогда не проверялся. Причиной моих выводов служит наличие многих ошибок в деталях при описании подвига. Этот наградной лист подтвердил «тяжелое ранение» комбата 17 декабря 1941 года и оставил нераскрытым вопрос: « Кого же тогда начальник штаба Афанасий Гринь имел ввиду, описывая в журнале очередной подвиг под деревней Кресты?».