Чтение онлайн

Вскоре англичане не знали, за что хвататься, диверсанты Громова подорвали ещё два английских крейсера и один броненосец, которые обстреливали захваченные ИРА города. Для маскировки своих действий, да и для снижения риска быть обнаруженными, это всё во-первых, делалось ночью, а во-вторых, рядом оставляли свободно плавающие морские мины. Именно ими и маскировалась работа подводных диверсантов, дескать это ирландцы по ночам разбрасывали перед английскими кораблями морские мины с рыбачьих лодок, которые потом течением приносило к бортам английских кораблей, а в ночной темноте их было невидно и вахта не могла их заметить. На этих свободно плавающих минах подорвались и ещё несколько обычных кораблей, на которых англичане подвозили подкрепления и боеприпасы своим войскам.

Патрик Бреннан осторожно рассматривал дома стоявшие впереди, его роте поручили их захватить и сейчас он изучал обстановку. За те несколько лет, что их натаскивали в Трансваале русские инструктора, он очень хорошо изучил их науку и не хотел лезть напролом, теряя понапрасну своих людей. Хотя ему тут противостояли не лимонники, а сипаи, но это вовсе не означало, что будет легче. Хорошо, что сюда смогли доставить два десятка новых русских бронированных автомобилей с пулемётами и хотя в их часть попало только две таких машины, он был рад и этому. Дождавшись, когда одна такая машина освободится и прибудет в его распоряжение, старший лейтенант Бреннан выдвинул её на перекрёсток и под подавляющим огнём её пулемётов бросил своих людей в атаку. Пригибаясь, и держась поближе к стенам домов, они короткими перебежками двинулись вперёд, то и дело открывая огонь по появляющимся в окнах сипаям. Вот добежав до первого занятого сипаями дома, его бойцы сначала забросили в окна гранаты и лишь затем сами полезли вовнутрь. Почти сразу стали раздаваться автоматные очереди, поскольку его рота должна была участвовать в основном в городских боях, то и вооружили её не самозарядными винтовками, а автоматами. Пулемётчики, находясь позади других, огнём своих пулемётов также давили сипаев, не давая им прицельно стрелять из окон домов по бойцам роты. Конечно с гораздо большим желанием как сам Бреннан, так и его бойцы имели бы дело с англичанами, даже несмотря на их лучшую выучку. Слишком много пришлось им всем вытерпеть от ненавистных лимонников и дома в Ирландии и в Америке. Вот так дом за домом, квартал за кварталом, его рота медленно шла вперёд, освобождая всё новые территории. Они считались в армии штурмовиками, за это им полагались дополнительные блага, всё же действовать в поле намного легче, там и артиллерия лучше помогает, а попробуй использовать её в городской застройке, да тем более у себя считай дома. Пускай они тут не живут, но каково будет местным жителям, когда они потом вернутся домой и застанут лишь руины своих домов. Итак в ходе этих боёв потом им придётся немало потратится на ремонт своих квартир и мебели. Война не вечна, сейчас они точно освободят свою родную Ирландию от гнусных английских захватчиков, а затем наступит мирная жизнь, вот потому и нужно по возможности нанести минимальный ущерб местным жителям, ведь даже когда они снова станут свободными в своей стране, ещё немало пройдёт времени, прежде чем они смогут достаточно поднять уровень жизни. По крайней мере хотя бы не будет больше голода, и хотя последний большой голод был полвека назад, тогда от него погибло около миллиона ирландцев и ещё около миллиона уехало, но и сейчас тут не жируют, поскольку англичане наживаются на Ирландии как только могут. До вечера его рота освободила весь квартал, но понесла потери, не критические, но всё же, пускай сипаи потеряли раз в десять больше, но для него был важен каждый боец. Пока ещё местные добровольцы получат опыт, их сейчас берегут, не желая лишних смертей, поскольку после победы будет важен каждый человек, их и так не очень много, всего чуть больше 3 миллионов человек, почти все годные к службе пришли к ним добровольцами. Если они сейчас погибнут, то затем восстановить численность народа будет почти невозможно, да и кто тогда будет защищать их страну если англичане снова полезут в Ирландию через год или два.

После месяца упорных боёв, привезённые запасы патронов и снарядов стали подходить к концу, слишком большим оказался их расход, поскольку в выборе жизни солдат или расход боеприпасов командование ИРА выбрало последнее. Хорошо экономить патроны помогали лишь снайпера, в каждом взводе была снайперская пара, а в батальоне отделение, их главной задачей было выбивать командный состав и пулемётчиков противника, а также самых активных солдат. Хотя ручных пулемётов у англичан не было, но вот станковых достаточно, минимум пара штук на роту, всё же англо-бурская война наглядно показало необходимость иметь их как можно больше в каждом подразделении. Вместе с руководством ИРА тут были и представители русской компании Антей, которые собственно их обучили и вооружили. Они не только наблюдали за ходом боёв, но и участвовали в разработке планов боёв, а кроме них была и небольшая группа морских диверсантов, которая помогала им бороться с английскими кораблями. Вот они и скоординировали операцию по доставке очередного конвоя с боеприпасами. Имея зашифрованную радиосвязь со своим начальством, они дождавшись подхода большого конвоя сразу из двух десятков достаточно больших грузовых судов, ночью на рыбацких лодках вышли в море и подорвали два английских крейсера, которые патрулировали этот участок побережья. Для координации действий Олег Громов задействовал один из эсминцев, который находясь за пределами английских территориальных вод, с помощью своего радара и двух небольших разведывательных гидросамолётов отслеживал местонахождение английских кораблей. Именно он и навёл морских диверсантов на английские крейсера, а для отвода глаз в море сбросили с полдюжины морских мин, одну из которых утром и обнаружили спасшиеся с потопленных крейсеров английские моряки. Правда тут был и существенный минус, на этих минах мог случайно подорваться любой корабль, но их большая часть была уничтожена сами англичанами, да и мины были не совсем обычными, в их начинке прятался небольшой радиодетонатор. Найти его было практически невозможно, для этого надо было разрядить мину и вынуть из неё взрывчатку, а делать это в море англичане не будут. Если их военный корабль обнаруживал такую мину, то не заморачиваясь просто расстреливал её из своих орудий, а так сами диверсанты или моряки эсминца подрывали их, когда рядом не было ни каких кораблей. Ведь кроме радиодетонатора был и радиомаячок, позволяющий эсминцу отслеживать расположение этих мин. Вот так на время расчистив путь, потопив два английских крейсера, в Голуэй под разгрузку пришло сразу два десятка довольно больших судов. На них привезли из Германии достаточно патронов и снарядов с гранатами, что бы полностью пополнить необходимый боезапас.

В итоге, к концу февраля следующего года ИРА загнала остатки английских войск в Дублин и Белфаст, откуда англичане были вынуждены их срочно эвакуировать. За это время они потеряли ещё семь своих боевых кораблей от действий диверсантов, и ни кто так и не понял, что все эти корабли были уничтожены именно диверсантами, а не блуждающими морскими минами. Под давлением Германии и России Англичане были вынуждены признать независимость Ирландии, причём ни какой компенсации за своё оставленное имущество англичане не получали, так как сами в своё время просто отобрали всё это у ирландцев. Россия в качестве вознаграждения за помощь в освобождении Ирландии получила от руководства ИРА в бессрочное пользование один из Аранских островов для своей военно-морской базы. Англичане попробовали было возмутиться, но их сразу заткнули, не в том они сейчас были положении, что бы качать права и угрожать. Итак у них до сих пор были большие проблемы в колониях, где воспользовались ситуацией, когда англичане были вынуждены отозвать часть своих войск для войны в Ирландии. А Олег Громов был очень доволен результатом, своими действиями он очень основательно ослабил наглосаксов, сполна рассчитавшись с ними за все те пакости, что они на протяжении нескольких веков делали России.

Пока разбирались с англичанами на их острове, в Корее тем временем Сандро методично вытеснял японцев к морю. Тихой сапой он отстранил генерала Куропаткина от управления войсками, так что он теперь был в роли свадебного генерала. Николай оказывал Сандро всяческую поддержку из столицы, а на месте её оказывал адмирал Алексеев и Куропаткин просто боялся сказать, что либо против. Если одна часть придворной элиты радовалась успехам русской армии, то другая скрежетала зубами от бессильной злости, ибо успехи на фронте шли в зачёт Николаю и его братьям, а также Михайловичам во главе с Сандро. Тем временем в сознании общества формировался образ героических морских пехотинцев, казаков и моряков Береговой стражи, которые успешно, не щадя своих жизней, громят супостата. В отличии от Николая с другими Великими Князьями, пришельцы очень хорошо знали значение правильной пропаганды и всячески её использовали формируя в обществе образ справедливого царя и заботящихся о стране его братьях. В кинотеатрах постоянно показывали документальные съёмки с фронта, и народ более чем поддерживал Николая.

Использование на фронте бронеавтомобилей и авиации не только повышало моральный дух русских солдат, но и давало огромный опыт нарождающимся новым родам войск. Необходимость и актуальность новой боевой техники поняли все, слишком впечатляющими были результаты её боевого применения. В результате, Николай принял решение о создании военно-воздушных и бронетанковых сил, а поскольку главным разработчиком этой техники был Антей, то перед этим Николай вызвал к себе Вадима и долго его расспрашивал о разных нюансах и аспектах. Вадим, воспользовавшись случаем, подсунул Николаю рисунки танков, вернее модернизированного Т-50 с 75 миллиметровым орудием и лёгкой самоходки на его базе в двух исполнениях. Первым была СУ-76 с открытым боевым отсеком и 75 миллиметровым орудием, для непосредственной поддержки войск, а второй, закрытая противотанковая с орудием калибра 60 миллиметров для борьбы с бронетехникой противника. На фоне успешного применения бронеавтомобилей на фронте, Вадим достаточно легко смог убедить Николая в необходимости такой техники в войсках. Главным аргументом у него было то, что убедившись в её эффективности, сейчас все основные страны мира начнут производить похожую технику. Автомобильные заводы сейчас были практически во всех европейских странах и САСШ, а наладить на их базе выпуск бронеавтомобилей не проблема. Исходя из этого, и следует сделать следующий шаг, начав производить технику следующего поколения. К тому времени, как у потенциальных противников появятся бронеавтомобили, в России уже будут в достаточных количествах танки и самоходки, которые смогут с лёгкостью бороться с ней. Не забыли и кайзера, ему переслали чертежи немецких танков Т-2 и Т-3, а также самоходки Штуг-3. Правда тут в рамках единых боеприпасов, на Т-3 изменили калибр орудия, просто увеличив на родной КвК-38 с 50 до 60 миллиметров. На Т-2 просто калибр совпал с производимыми в России снарядами, хотя по правде это у нас стали производить 20 миллиметровые снаряды к немецкой малокалиберной автоматической пушке.

Николай настолько проникся этой идеей, что пожелал, что бы новая бронетехника производилась не только на заводах Антея, а и на других. В частности в Петербурге начать выпуск бронетехники должны были на Путиловском заводе, а кроме того построить государственные заводы в Нижнем Новгороде и Ярославле. Оборудование для этих заводов должны были произвести у Вадима, поскольку они на данный момент были самыми современными не только в России, но и во всём мире. Также он должен был помочь своими специалистами в налаживании производства. Опираясь на собственный опыт, Вадим предложил Николаю, пока будут строится заводы, начать обучение рабочих и мастеров для них. Конкуренции с этими заводами, ни Вадим, ни его друзья не боялись, слишком много требовалось русской армии этой техники, а кроме того, при её использовании она будет ломаться, так что запчасти для неё будут востребованы всегда. Зато к началу мировой войны в русской армии должно оказаться достаточно бронетехники, что бы превосходить в ней остальные страны. То, что англичане будут строить те же ромбовидные сараи, что и в мире Вадима с друзьями, можно было не рассчитывать. Тогда они оказались пионерами танкостроения, ещё не зная, что именно нужно строить, однако теперь утаить это в секрете будет невозможно. Кроме России танки начнёт строить и Германия, к тому же Вильгельм наверняка поделится их чертежами с Францом-Иосифом, так что если не сами чертежи, то по крайней мере компоновка техники точно уйдёт к англичанам и французам.

К концу года остатки японской армии оказались в Пусане, где они основательно окопались. Георгий, после разгрома английского флота, устроил полную блокаду Японии, его миноносцы полностью прекратили всякое сообщение между Японией и Кореей, так что теперь даже на рыбачьей лодке было невозможно что либо перевести. Поскольку японцы всё ещё не сдавались и не желали прекращать эту войну, Георгий решил подтолкнуть их к этому. Благодаря воздушной разведке с дирижаблей, он имел все данные о японской обороне в токийском заливе. Ранним утром 19 декабря 1904 года, к токийскому заливу подошла вся эскадра Георгия, он даже отозвал все миноносцы, что бы они защищали большие корабли от возможных атак японских миноносцев. Рассвет ещё не наступил, когда подошедшие к входу в токийский залив корабли открыли огонь по береговым батареям. Расположившись за пределами их дальности, линкор с тяжёлыми крейсерами приступил к обстрелу фугасными снарядами позиции японской артиллерии. Пока большой брат разбирался с береговой артиллерией, на десяток миноносцев установили минные тралы и они принялись тралить проход. Через час, когда с артиллерийскими батареями было покончено, эскадра Георгия неторопливо двинулась вглубь Токийского залива, следуя за тральщиками. По дороге они ещё трижды ненадолго останавливались, смешивая с землёй японские береговые батареи, пока наконец не подошли к Токио. Показательно встав на якоря, немного за пределами дальности японских орудий, линкор с тяжёлыми крейсерами открыл огонь по японской береговой артиллерии. Убедившись, что все орудия уничтожены, в порт Токио двинулись лёгкие крейсера и три танкодесантных корабля, на которых находился полк морской пехоты на бронеавтомобилях. Подойдя к пирсам, десантные корабли открыли носовые аппарели, и по выдвинутым из них трапам на берег двинулись бронеавтомобили. Японцы попробовали их остановить, но у них ни чего не вышло. Артиллерии у них не оказалось, а стрелковое оружие оказалось бессильно. Пулемёты бронеавтомобилей стреляли не переставая, у них даже стали перегреваться стволы, а японцы всё лезли и лезли на них. Десант тоже стрелял в амбразуры, помогая пулемётам.

Едва только солнечные лучи показались над горами, как к божественному Тэнно подошёл офицер охраны и сообщил, что гайдзины уничтожив береговые батареи на входе в Токийский залив, двинулись дальше и скоро будут тут. Понимая, что сам он сейчас ни чего не сможет сделать, император Муцухито покинул свой дворец и Токио. Не успел он со своей свитой и семьёй даже покинуть городские пределы, как со стороны моря послышались орудийные выстрелы. Расположившись в паре десятков километров от города, он стал ждать дальнейшего развития событий и они его отнюдь не порадовали.

Георгий особенно не торопился, задачи застать японцев врасплох у него не было, а потому он всё делал, хоть и не спеша, но основательно. Находясь за пределами действий японских батарей береговой обороны, он в щепки разносил их огнём своих орудий главного калибра. Расход снарядов хотя и был достаточно высоким, но не критичным, во-первых, противника, которого ему стоит опасаться больше рядом не было, а во-вторых, в составе эскадры были и транспорты с запасом необходимых снарядов. Вот поэтому это и не было проблемой, пополнить казематы кораблей было делом нехитрым, а наличие кранов и специальных поддонов для транспортировки ещё больше упрощало и ускоряло эту задачу даже в открытом море. Наконец около 10 часов утра эскадра бросила якорь в порту Токио, остатки японских миноносцев пытались в самоубийственных атаках помешать им, но были ещё на подходах уничтожены огнём эсминцев и своих миноносцев. В токийском порту оказался один сюрприз в двойном размере, это были две подводные лодки Холланда, купленные японцами в Америке. Вот только смертельно удивить русскую эскадру они не смогли, установленные на русских кораблях гидролокаторы сразу их засекли, после чего тяжёлые корабли отработали по ним снарядами главного калибра с небольшим замедлением, так что они сыграли роль глубинных бомб. Поскольку подводные лодки шли на небольшой глубине, то проблем это не вызвало и обе были уничтожены за несколько залпов. Других сюрпризов больше не нашлось и встав на якоря в десятке кабельтовых от порта, корабли открыли огонь, правда теперь работали лёгкие крейсера, но и их 200 миллиметровые снаряды наносили огромные разрушения. Стрелять по императорскому дворцу не стали, хотя он был в зоне досягаемости даже для лёгких крейсеров, не говоря уже про более тяжёлые корабли. Поработали и эсминцы, они вели огнь по портовым постройкам, но не как бог надушу придётся. Они расчистили от японцев пирсы, после чего к ним подошли три танкодесантных корабля и с них на землю, по выдвинутым трапам съехали бронеавтомобили. Мгновенно подавив огнём своих пулемётов малейшие очаги сопротивления, они стали разъезжаться по городу. Три десятка бронеавтомобилей двинулись к императорскому дворцу, их пытались задержать, но не смогли этого сделать. К городскому гарнизону присоединились и горожане, и не только самураи, но и многие простые люди. Современного оружия не хватало, но они, вооружившись отцовскими и дедовскими мечами, бросались с ними на бронеавтомобили. Пулемёты и стреляли не переставая, и не смотря на помощь десанта, который тоже вёл непрерывный огонь по японцам, их стволы перегревались. Улицы Токио буквально покрылись настоящим ковром из мёртвых тел, а в канавы стекали настоящие реки крови. Бронеавтомобили вскоре просто остановились, поскольку не могли проехать по массе человеческих тел. Десант покинул бронеавтомобили и принялся разбирать завалы тел, что бы освободить бронеавтомобилям дорогу, при этом они продолжали насторожено следить за округой, поскольку временами сюда прорывались новые отряды обезумевших японцев и им приходилось вновь открывать ураганный огонь. За это время из подъехавших грузовиков сгрузили новые цинки с патронами взамен расстрелянным, и экипажи бронеавтомобилей лихорадочно набивали их в пулемётные ленты.

Когда императору доложили о потерях, он ужаснулся, а особенно от того, что сами гайдзины потерь почти не понесли, по крайней мере наблюдатели их не заметили. И как с ними воевать? Флот уничтожен, основная часть войск в Корее или убита, или взята в плен, а остатки заперты в Пусане и эвакуировать их назад в Японию нет ни какой возможности, так что они или погибнут или попадут в плен. Вскоре ему доложили, что императорский дворец захвачен, надо отдать гайдзинам должное, по его дворцу они не стреляли, так как было достаточно всего лишь несколько попаданий из корабельных орудий и от дворца ничего не осталось бы. Вскоре установилось шаткое затишье, захватив дворец, русские остановились и не пошли дальше, но и у него почти не осталось войск под рукой, большая их часть, вместе с ополчением погибли в бесплодных попытках остановить противника. Через час к императору снова прибыл офицер, доложивший, что русские хотят переговоров. Не имея другого выхода, Муцухито дал согласие, и один из оставшихся при нём высокопоставленных офицеров отправился на переговоры. Через три часа он вернулся обратно и доложил, что русские предлагают ему сдаться, причём их условия вполне приемлемые. От Муцухито не требовали лично сдаться на милость победителя, пока только объявить о временном прекращении огня на время ведения переговоров. Русские готовы были уйти из его дворца и затем там вести переговоры о прекращении войны. Они даже не требовали запрета на сохранение Японией флота и армии. Прекрасно понимая, что у него по сути не осталось выбора, Муцухито дал согласие, после чего русские отошли назад к порту, но его покидать не стали. Русский принц Георгий, командовавший русским флотом и высадкой в Токио, дал личные гарантии, что на время видения переговоров, Муцухито ни чего не грозит и он может вернутся в свой дворец.