Чтение онлайн

– Да, тут уже проще. Тут мои люди сами многое видели, да и местных жителей проще разговорить. Так вот, ещё восьмого февраля на остров Хан-ян-тау, это тот, что Вы называете Торнтон, высаживались японцы и, облив керосином, сожгли там все русские довоенные запасы угля. С тех пор там часто появляются их корабли, иногда стоят по несколько дней на рейде. Группы японцев уже несколько раз высаживались на другие острова, но, по-видимому, пока только для разведки. Точно определить не удалось - при попытке приблизиться к такой группе нашего лазутчика, его джонку обстреляли из винтовок, пришлось уйти.

– Спасибо, Николай Иванович! Подобная информация - она на вес золота.

– Всё, как мы и договаривались, господин Советник. Вы платите деньги, я снабжаю Вас информацией. Конечно, суммы не маленькие, но, поверьте, расходы на агентуру тоже у меня не малые.

– Да я это всё прекрасно понимаю, Николай Иванович! Поэтому никаких претензий к Вам у меня нет. Сотрудничество должно быть взаимовыгодным, - при этих словах Вервольф заметил, как улыбнулся Тифонтай. Что и говорить, 'восток - дело тонкое'. Да и миллион рублей - сумма весьма немалая. Но, не подав виду, продолжил, - До войны суммы по более разворовывались нашими чинушами, так что - ничего страшного нет в том, что нам теперь приходится тратиться на разведку, раз уж до войны этим не соизволили заняться. Да и не только этим...

– Что-то ещё?

– Да, Николай Иванович, есть у меня ещё пара вопросов, требующих обсуждения.

– Я Вас внимательно слушаю!

– Тогда приступим! Итак, первое. В Порт-Артуре, как Вам, наверное, известно, есть определенные проблемы с запасами некоторых видов продовольствия.

– Да, господин Советник, это я знаю. Что мяса маловато заготовлено. И что корабль с грузом консервов японцы захватили по дороге в первый же день войны - об этом весь Артур перешептывается.

– Так вот, Николай Иванович. Я бы хотел, чтобы Вы поучаствовали в заготовке скота для нужд крепости и всего Квантуна на случай изоляции полуострова и крепости в ходе боевых действий. Только не местным скотом, потому как он здесь не особого качества, да и отбирать у местного населения последнюю рабочую скотинку, обрекая семьи на голод, я не хочу. Я хочу наладить нормальные отношения между русскими и китайцами. Для начала - хотя бы здесь, в Манчжурии. Чтобы, несмотря на все разногласия, что были у нас, мы поняли, что мы - не враги друг другу. Поэтому и хочу, чтобы Ваши люди помогли нашим интендантским эмиссарам раздобыть хороший мясной скот, да и фураж для него, чтобы не весь пускать сразу на убой и засолку, а, чтобы и свежего мяса хватало. Пусть это будет немного дороже, чем местное мясо, но зато - более качественное.

– Хорошо. Я не вижу больших трудностей, чтобы это всё обеспечить. Скажем, из северо-западных районов. Только нужно будет платить людям наличными деньгами, а не расписками и векселями, как это делали при Стеселе. Иначе - попрячут всю скотину от заготовителей.

– Я понимаю. Потому - торговать будем честно, и цену будем давать нормальную. Но только за хорошее поголовье!

– Хорошо, господин Советник! На том и договоримся. Мои агенты помогут Вашим людям в заготовке мяса. Кстати, если хотите, то могу предложить и поставку уже готовых консервов. Но не ранее, чем через месяц.

– Замечательно. Консервы нам тоже весьма пригодятся, Николай Иванович, так что буду только рад.

– А каков второй вопрос?

– А вот второй вопрос серьезнее первого получится. Помните, при первой встрече мы с Вами обсуждали создание китайских вооруженных отрядов?

– Да. Помню, конечно.

– Так вот, я думаю, что момент для начала их создания настал.

– Вы решили?

– Да, и я, и адмирал Модус, считаем, что пора начинать формирование данных отрядов.

– А оружие?

– В Порт-Артуре есть немного довольно неплохих винтовок Манлихера и патроны к ним. Плюс, есть устаревшие винтовки системы Бердана. Но они годятся только для вооружения стрелков второй линии. Хотя, для партизанских отрядов могут и сгодиться на первое время. Конечно, самым лучшим вариантом для них было бы раздобыть японские винтовки - чтобы потом использовать трофейные боеприпасы, захваченные у убитых врагов.

– Это очень хорошая мысль. Но японские винтовки на рынке не достать.

– Значит, придется использовать 'Манлихеры' и 'Берданы'. Винтовки Мосина пока дать не могу!

– Я понимаю. Для партизан, в принципе - и этого будет достаточно.

– Ну, вот и славно, Николай Иванович. Значит, на том и порешим!

– Да, господин Советник! Но... Может, всё-таки останетесь в моём доме на ночь? Время-то нынче неспокойное!

– Я бы с радостью воспользовался Вашим гостеприимством, но, не могу. К великому моему сожалению. Необходимо быть в Артуре ещё сегодня! Так что - увы!

– Жаль! Что ж! Надеюсь на скорую встречу!

– Всенепременно, Николай Иванович!

– Я Вас проведу!

И они вдвоем направились к выходу из дома...

Через двадцать минут Вервольф в сопровождении казачьей охраны уже садился в вагон стоящего под парами поезда. Пора возвращаться в Артур...

25 февраля 1904 года

Порт-Артур

Над головой, как и вчера, низкие серые облака ползли с востока, и, пойдя над гаванью Внутреннего бассейна, над городом, тяжело переваливаясь через гребень горы Высокая, исчезали на западе. На внешнем рейде гуляла крупная зыбь, подгоняемая холодным, сырым ветром. Волны раскачивали дежурные корабли, а затем, завершая свой бег к берегам Квантуна, дробились мириадами брызг, разбиваясь о прибрежные камни Тигрового и Электрического утёса, о борта затонувших японских брандеров, выкатываясь на пологий галечный пляж бухты Белого Волка. Ветер, дующий с моря, развевал флажки на мачте сигнальной станции Золотой горы и флаги стоящих в гавани кораблей.

Стоящий в глубоком котловане дока высокий корпус трёхтрубного крейсера закрывал от ветра рабочих, суетящихся на лесах у левого борта корабля. Хотя порожденные этим же неприятным ветром сквозняки всё же не позволяли работать в более-менее комфортных условиях. Зато - хорошо раздували уголь в переносной жаровне, установленной на и без того тесных лесах. Но - без неё, увы - никак! 'Заклепки - наше всё!' - пронеслась мысль в голове Вервольфа. Нет, он, конечно, прекрасно знал, что такое электросварка. И неплохо умел ею пользоваться там, в своём мире. И даже вполне мог её здесь организовать. Более того, Володя Капер сей час как раз этим и занимался, сооружая в мастерских сварочный генератор. Но Вервольф на одном из прошлых совещаний высказался категорически против применения сварки для корпусов кораблей. Потому как не было нормальных сварочных материалов. Просто не было. А варить ответственные металлоконструкции электродами из непонятной проволоки с обмазкой мелом на жидком стекле - этого он допустить не мог. Поэтому общим решением сварку решено было применять только для неответственных конструкций или для временного ремонта. И, естественно - для резки металла, что особенно пригодилось при расчистке пробоин от искореженного железа, которое уже невозможно было выправить.

Потому и стояла сейчас на лесах жаровня с разогретыми докрасна заклепками, которыми дюжие молодцы из рабочих-судостроителей и экипажа крейсера сращивали под грохот молотов новый шпангоут, устанавливаемый взамен перебитого взрывом. Весь металл, погнутый, поломанный и порванный взрывом японской мины, был уже вырезан и вырублен из зоны пробоины. Теперь настал черед восстанавливать набор корпуса, броневую палубу, а затем - и обшивку.

Работа спорилась в умелых руках, и Вервольф был вполне доволен. Ещё две-три недели - и 'Паллада' выйдет в море. Да и вообще - за прошедшие со времени первого посещения десять дней на крейсере многое изменилось. И - в лучшую сторону. Даже будучи во многом пессимистом, Сергей это признавал. Сарнавский сумел организовать работы на корабле даже с опережением графика и при этом привел крейсер в почти образцовый порядок. Можно было даже без 'почти' - как для корабля, стоящего в ремонте. При взрыве японской самодвижущейся мины 'Паллада' получила пробоину в тринадцать квадратных метров, а теперь и вовсе, после вырубки и демонтажа всех погнутых листов, стояла посреди дока без тридцати пяти квадратных метров наружной обшивки.

Но не только заметный прогресс в общем состоянии корабля и в ведении ремонтных работ радовал советника. Параллельно с ремонтом на 'богине' выполнялось усиление вооружения. Правда, визуально пока что этот процесс выражался в строго обратном - в ослаблении. С крейсера были уже демонтированы пятнадцать 75-миллиметровых пушек. Сейчас как раз стрела крана переносила с правого борта на площадку у котлована дока последнюю из назначенных к демонтажу, шестнадцатую по счету пушку. Впрочем, у дока сейчас осталось только восемь орудий, считая несомое краном. Восьмерка же пушек, демонтированных первыми, была уже отправлена в минный городок. Причем четыре из них уже стояли на корме французских 'торпиллеров'. Ещё два вчера опробовали стрельбой после установки на двух 'немцах' - 'Бесшумном' и 'Бесстрашном'. Сейчас же у стенки Минного городка на довооружении стояла вторая пара истребителей германской постройки - 'Беспощадный' и 'Бдительный'.