Чтение онлайн

– 11 сентября. Мы думали, что дед был тогда в Пентагоне, но он оказался в тот день на выезде.

– Вы хотели служить в спецназе?

– Да, сэр. Мне нравится их девиз: освобождать угнетённых.

– Этим вы и хотите заниматься у нас? Освобождать угнетённых?

– Я хочу помочь стране изменить этот мир.

– Как вы объясните ребёнку, что такое Интернет?

– Интернет - это технология, позволяющая людям всего мира понимать друг друга на расстоянии.

– Как вы объясните: знание Интернета, идеальное знание языков... и нет школьного аттестата? Почему вы не закончили колледж?

– Я был вынужден работать. Родители как раз разводились.

– Что ещё вас вдохновляет?

– Наверное, Джозеф Кэмбэл, "Звёздные войны"...Я в это верю...

– Ещё раз: почему вы хотите в ЦРУ?

– Если честно, сэр, очень круто иметь доступ к секретным материалам...

– Этого мало. Обычно. Но времена как раз необычные. Оружием террористов не остановить. Только мозгами. А их у нас дефицит.Я дам вам шанс, Сноуден.

– Благодарю, сэр. Огромное спасибо. Вы не пожалеете...

– Что это?

– Шифровальная машина холодной войны... Однажды такая понадобится каждому.

– Я хотел бы освоить шифровальное дело. А это что?

– Горячая линия. Прямая связь между Вашингтоном и Москвой. Возможно, спасла мир от третьей мировой. Звать-то как. А то мало ли ты враг?

– Эдвард Сноуден...

– Где ты учился?

– Да я, в общем-то, самоучка... Извините, что отвлекаю, а это...

– Да, первый супер-компьютер. Теперь он заткнёт любой смартфон.

– Так вы инженер?

– Инженер ли я? Инструктор и психолог. Буду следить за твоими успехами, чтобы ты не крякнул от давления, не свихнулся и не спился.

– Ну, со мной у вас проблем не будет.

– А слабости у тебя какие?

– Компьютер.

– Ну тогда, Сноуден, этот бордель как раз для тебя...

– Линия фронта в мировой войне с терроризмом не в Ираке с Афганистаном. Она здесь: в Лондоне, в Берлине, в Стамбуле. Любой сервер, канал связи - это наше сегодняшнее поле боя. Отсиживаться в траншее, треская сухой паёк, уже не требуется. Но зато новое 11 сентября будет виной вашего поколения. Как прошлое - вина моего поколения. И поверьте, лучше это бремя на себя не брать. Начнём-ка мы с теста на пригодность. Каждый из вас должен выстроить тайную коммуникационную сеть в родном городе... Смысл упражнения: иметь свою особую защищённую сеть. Время выполнения теста - пять часов. Больше восьми - тест провален...

– Я всё сделал.

– Не обязательно докладывать о каждом этапе.

– Нет, я закончил всё.

– Прошло 40 минут.

– 38 минут.

– Ладно, посмотрим, где облажался...

– Вы не задали определённый порядок, вот я его и поменял, сэкономил время...

– Сэр, что мне делать дальше?

– Что хочешь...

– Привет...

– Привет, пойдём погуляем, хоть загоришь немного...

– У меня новая работа...

– Поздравляю. Кто же ты теперь?

– Я аналитик в госдепартаменте...

– Сделай одолжение, скажи, в какой стороне госдепартамент?

– Вроде в той... Я не очень хорошо ориентируюсь...

– Да, и врать не умеешь... Там, откуда я родом, все родители работали на госдеп.

И потом ты заходил на мой сайт на этой неделе. Кстати, много раз...

– Ты умеешь отслеживать?..

– Да, и насколько мне известно, у госдепа нет филиала в Виргинии...

– Подпишите петицию против войны, пожалуйста...

– Да, конечно... А для тебя слишком либерально?

– Нет, не хочу катить на свою родину...

– Она и моя тоже, но похоже, сейчас у неё все руки в крови...

– Прости, но у меня сейчас друзья там служат...

– У меня претензии не к ним, а к Бараку Обаме...

– Ты о нашем главнокомандующем?

– Как его ни называй, он всё равно не прав. Я не качу бочку. Я спрашиваю с нашего правительства. Но так принято в этой стране. На этом принципе она основана.

– А как насчёт подвергнуть сомнению либеральные СМИ? Ты просто принимаешь их сторону.

– Может и так. Но моя сторона права.

– Это смешно, но моя сторона тоже.

– Как же надоели эти умники консерваторы.

– Это оттого, что ты не любишь слушать правду.

– Ну вот что у тебя в голове творится, а, Сноуден? Как бы тебе прозреть?

– Я и так хорошо вижу...

– Конституция разрешает обойти суды, производить обыски, аресты?

– Это с какой стороны посмотреть.

– А если посмотреть со стороны журналистов? Все они намеренно опускают читателя в полуправду. Закон о наблюдении за иностранными разведками... Мы уважаем четвёртую поправку. Ордера выписываются по подозрению, но порой они подписываются тайными судами, чтобы не спугнуть подозреваемых. Действия таких судов засекречены. А значит - сюрприз. Про них не напишет "Нью-Йорк таймс"...

– Видели мои оценки?

– Да, ты лучший в классе. Как и я был. Они любили меня... А затем поставили задачу: искать террористов по всему свету. Это бездна... За 400 лет не прочесть все имейлы... А тут ещё анализ. Порой за деревьями не видишь леса.

– И что вы придумали?

– Собственная разработка за три миллиона. Программа, способная отличать внутренний трафик от иностранного. Шифровать любой сигнал. Делать защищёнными личные данные. Элегантное решение. Моё лучшее творение.

– Как вы это назвали?

– Эд, в нашей работе чем выше поднимаешься, тем больнее падать с высоты. Тебе кажется: ты чего-то достиг, что ты на вершине мира, а потом кто-то превращает твою работу в прах.

– Её не использовали? Почему?

– И разумеется, не объяснили, почему. Через два года после двух башен он рассказал о новой системе, которую мы приняли к использованию. Она стоила почти 4 миллиарда долларов в год. Без систематизации, без фильтров, записывала всё подряд. И они не справлялись с обработкой. Это катастрофа.

– Столько денег потрачено. Они ж не дураки.

– Со стороны кажется, что в разведке главное разведка. А на самом деле, что там важнее всего? Делать счастливым военно-промышленный комплекс. Вояки подставляют кошельки в Конгрессе, деньги текут подрядчикам. Эффективность? Результат? Они никому не нужны. Я уже не говорю о том... ступай-ка на занятия...

– Я хотел узнать, вот наши программы прослушки занимаются адресным сбором?

– Конечно. Иначе какой от них толк? У тебя есть девушка, Эд?