Чтение онлайн

– Погодите, у нас же работа!
– воскликнул Зворыкин, разыгрывая возмущение.
– Хоть скажите: насколько это "временно"?

– До особого распоряжения!
– отчеканил чекист.

– А человека сюда можно вызвать?
– поинтересовался Зворыкин.

– Товарищи, я вам русским языком сказал, уходите. Вы мешаете несению службы!

Мы отошли в сторону, не зная, что делать. Коротко посоветовавшись, решили ждать Кротова здесь. Была некоторая вероятность, что его могли взять в оборот, но то, что нас сейчас не задержали по предъявлению документов, говорило о том, что тот на свободе. К нашему счастью, ждали мы недолго, где-то спустя полчаса Кротов показался в проеме ворот. Стоило ему нас увидеть, как он подошел к нам, поздоровался.

– Что случилось?
– в его голосе чувствовалась тревога.
– У нас все бегают, суетятся, но при этом толком ничего не говорит, но при этом слухи пошли, что Антипов пропал.

– Фамилия Сипягин вам не о чем не говорит?
– спросил я его.

– Говорит. Он помощник Антипова и его лучший дружок. Говорили, что они вместе на флоте служили, на одном корабле. Так что все-же случилось?

– Засада на нас случилась, Федор Николаевич, - объяснил я ему ситуацию.
– На самом выходе из подземного входа. Оказалось, что кроме вас они тоже знали про подземный ход. Их было трое: Антипов, Сипягин и Васькин. Решили нас убить, а золото себе оставить, а вот только сами себе нашли могилу.

– Вы их.... Господи! Как же так, Петр Сергеевич?
– почему-то обратился Кротов к Зворыкину, при этом у него стало такое несчастное лицо, что казалось, он вот-вот расплачется.

"Да, с нервами у него совсем плохо. Вон как его перекосило, - сразу подумал я.

– Так и есть, Федор Николаевич. К моему великому сожалению, все получилось именно так, как рассказал Александр, - подтвердил мои слова Зворыкин.
– Мы специально пришли вас предупредить, так как боимся, что они могли обмолвиться об этом деле еще кому-нибудь. Вас как, не расспрашивали?

– Нет. Как сидел, так и сижу на складе. Большое вам спасибо вам за беспокойство, Петр Сергеевич. Так я пойду?

– Федор Николаевич, спасибо вам за помощь, - поблагодарил я его, а затем добавил.
– Нам бы очень хотелось вас отблагодарить.

– Господь с вами. Помог и хорошо.

"Да он блаженный какой-то, - подумал я, испытывая при этом какое-то внутреннее раздражение.

Дело в том, что я всегда шел своей дорогой и то, что человеческое общество живет по своим правилам, не имеющим ничего общего с декларируемыми ценностями, понял давным-давно. Те люди, кто во весь голос вещали о демократии и справедливости, с ростом моего сознания стали вызывать у меня только усмешку. По большей части это были обиженные люди, чьи мечты и надежды общество просто растоптало, даже не заметив. Ведь человек, врастая в социум, слышит со всех сторон о том, что надо быть хорошим во всем и только тогда ты можешь рассчитывать на справедливость, доброту и отзывчивость окружающих его людей, но в какой-то момент он начинает понимать, что вокруг него вполне хватает негодяев. Причем здесь идет речь не только о ворах и убийцах, а также о тех людях, чье мировоззрение разрешает им подличать или лгать для продвижения своих интересов. Стоит человеку это понять, значит, он вошел в мир взрослых людей и стоит на жизненном перекрестке. В какую сторону он теперь повернет, зависит, по большей части от воспитания, формирующего его внутренний мир, а уже потом от окружения. Тут три дороги. Он может жить как все, скулить, прятаться за иллюзиями, рассчитывая на доброту окружающих его людей, а может стать сильным духом и телом, жестким и уверенным в себе человеком, который рассчитывает только на самого себя. Третий путь предназначен для негодяев.

Для себя я выбрал второй путь и продолжаю по нему идти, а вот Федор Николаевич, несмотря на страшные испытания, не пожелал меняться, продолжив жить прошлым, то есть решил спрятаться в иллюзорном мире. Таких людей, мягко скажем, я не сильно любил.

– Федор Николаевич, погодите, - остановил его Зворыкин, который видно принял близко к сердцу расстроенное состояние своего бывшего сослуживца.
– Давайте, мы с вами, встретимся. Поговорим, вспомним былое. Ведь нам есть что вспоминать?

– И то, правда, - неожиданно обрадовался Кротов.
– Может, завтра?

– Давайте завтра. Если вам время позволяет, то встретимся в трактире "Медведь" на Большой Никитской, в полдень. Заодно и отобедаем.

– Просто замечательно, Петр Сергеевич, - и Кротов вдруг расплылся в улыбке.
– Буду обязательно. Всего вам хорошего.

Распрощавшись с Кротовым и найдя извозчика, мы поехали обратно к Власову. Так мы с ним договорились, на всякий случай. По крайней мере, теперь мы точно знали, что след от убитых к нам не потянется. Оба приятеля, похоже, держали свою тайну при себе, а так расскажи кому-нибудь - придется делиться, да и слухи могут поползти.

По пути мы расстались, у Зворыкина были свои дела, он сошел, а я поехал дальше. Стоило мне постучать, как дверь почти сразу распахнулась. Судя по правой руке, заведенной за спину, у Владимира там было оружие.

– Как там?
– спросил он настороженно.

– Все хорошо. Похоже, Кротова никто не подозревает, но я считаю, что от него лучше сейчас держаться подальше.

– Это правильно. А как с вашей работой?

– Кремль временно закрыли для посторонних людей, так что теперь я безработный.

– Отлично! Значит, теперь можем ехать к вашему антиквару?

– Поедем, только не сразу. Сначала заедем ко мне. Мне надо кое-кого проведать, а уже потом займемся нашими делами. Вас так устроит?

– Вполне. В отличие от Петра, который не любит советскую власть, но все равно ей прислуживает, я свободный человек.

– Кстати, а кем работает Петр Сергеевич?

– Юристом в какой-то большевистской конторе. Постоянно какие-то дела улаживает. А вы как думали, Александр, откуда у него такие связи?

– Понятно. Что возьмем на пробу?

– Я уже отложил. Вот этот перстень, часы и колье. Вы готовы?
– я кивнул головой.
– Тогда поехали. Ерофей, нас уже ждет!

Извозчик, знакомый Власова, ссудивший ему недавно пролетку, оказался серьезным мужчиной, лет тридцати пяти, с опрятной кучерявой бородкой. Взгляд, которым он меня окинул был не то, чтобы не приветливым, а скорее суровым. Я почему-то подумал, что он хорошо бы смотрелся, с обрезом за поясом, среди бандитов Левши.

До места мы не доехали, остановились в начале улицы. Извозчик чуть повернул к нам голову, в ожидании дальнейших распоряжений.

– Ждешь здесь, Ерофей.

– Как скажете, Владимир Михайлович.

Только мы сошли с пролетки и прошли к дому, как к нам бросились со всех ног трое беспризорников.

"Почему все трое здесь?! Что-то случилось?!".

Подбежав, мальчишки резко остановились. Владимир Михайлович с некоторым удивлением осмотрел всю троицу, потом посмотрел на меня. В его глазах стоял вопрос: что у тебя с ними за дела? Степан, тем временем, бросил взгляд на Власова, потом на меня: говорить при нем можно?

– Говори. Случилось что-то?

– Девочку увезли и не привезли.

– Это как?

– Да просто. Не вернулась она вчера домой. И та тетка тоже.

– А что со стариком? Он вместе с ними уехал?

– Нет. Он здесь. Вчера вечером куда-то уходил, потом назад вернулся, пьяный.

– Пьяный?!

– Ага. Сегодня с самого утра несколько раз выходил на улицу. Побродит, побродит, а потом снова домой возвращается. Сейчас дома сидит.

– А чего вы здесь втроем?

– Так там Ванька сейчас.