Чтение онлайн

Франция могла избежать катастрофы. Путь к этому указывал Советский Союз, еще в 1933 г. выступивший с инициативой создания системы коллективной безопасности в Европе. В 1935 г. благодаря его настойчивым усилиям был заключен советско-французский договор о взаимной помощи. Несколько позже, не без влияния дипломатии Франции, аналогичный договор с СССР заключила и Чехословакия. Тесно сотрудничая, Советский Союз и Франция имели возможность создать реальную преграду нацистской агрессии.

Развитие событий, однако, пошло иным путем. Напуганная размахом движения Народного фронта, французская буржуазия, «заглянув в глаза революции», резко отшатнулась вправо. Ненависть к миру социализма толкнула ее на национальное предательство. Выполняя волю «200 семейств» – наиболее крупных представителей финансовой олигархии, внешняя политика Франции берет курс на сговор с фашистскими державами в надежде таким образом направить «динамизм» третьего рейха на Восток, против СССР.

В тот период ключевые посты в государственном и военном аппарате оказались в руках капитулянтов, будущих «могильщиков» Франции. Активно действовала и «пятая колонна». Она представляла собой нечто вроде охватывающей всю страну паутины, в центре которой находился Абец, личный представитель Риббентропа. Интеллидженс сервис, используя собственную агентуру, составила длинный список лиц, работавших во Франции на гитлеровцев. Насколько близко к самым жизненным центрам руководства страной протянулись щупальца «пятой колонны», красноречиво говорит тот факт, что в списке числились имена четырех парижских великосветских дам. Одна являлась «близким другом» члена правительства, другая —директора известной утренней газеты, третья – политического корреспондента еженедельника, имевшего доступ к высшим правительственным кругам. Четвертая была любовницей одного из членов генерального штаба.

Не вызывает удивления после сказанного, что для абвера во Франции не было секретов…

К месту казни Канариса волочили за ноги. За несколько минут до этого, находясь в камере концлагеря Флоссенбург, он передал тюремной азбукой Морзе, с помощью ложки и курительной трубки, несколько прощальных слов тем, кто сможет услышать. Его повесили на «железном воротнике». Этот садистский способ казни Гиммлер применял к личным врагам: тонкая стальная проволока, в отличие от веревки, вытягиваясь и пружиня, несколько раз «отпускала» свою жертву. «Маленького адмирала сегодня утром повесили, – рассказывал стражник одному из узников лагеря, – его несколько раз вздергивали и потом снова опускали. Он был такой живучий». Процедура заняла более получаса…

Канариса казнили 9 апреля 1945 г., за месяц до крушения фашистского рейха, по обвинению в измене и участии в заговоре против Гитлера. Это обстоятельство дало повод для появления в послевоенный период на Западе многочисленных апологетических биографий «двуликого адмирала». Бывший руководитель абвера – одного из главных орудий подготовки и осуществления подрывных действий и разбойничьих актов агрессии нацистов против многочисленных соседних стран, человек, на счету которого длинная цепь преступлений, миллионы загубленных жизней, изображается чуть ли не как герой борьбы против фашизма.

В последнее время бытует новая любопытная версия «расшифровки» его запутанных лисьих следов. Не был ли Канарис секретным агентом Интеллидженс сервис? Один из английских авторов, Я. Колвин, в предвоенные годы корреспондент британской газеты в Германии, близко связанный, как можно судить, с английскими секретными службами, в подтверждение этой точки зрения приводит некоторые данные о тайных контактах между разведками двух стран. Постепенно выплывают аналогичные сведения и в работах других буржуазных историков. Не изменяя общей оценки Канариса, преданно служившего на протяжении всей своей жизни наиболее реакционным кругам германского империализма и отличавшегося «инстинктивной ненавистью к большевизму», эти факты представляют значительный интерес с точки зрения выявления некоторых мало освещенных пока аспектов дипломатии Великобритании в канун второй мировой войны.

В 1936 г., сразу после начала фашистского мятежа, Канарис прибывает в Испанию. Близкий друг Франко еще с 20-х годов, он организует снабжение мятежников оружием. Являясь личным представителем Гитлера при «каудильо» на протяжении всего периода гражданской войны, Канарис становится ключевой фигурой в организации германо-фашистской интервенции, осуществлявшейся под руководством абвера. Свое пребывание в Испании он использует для создания широко разветвленной агентурной сети, которая была призвана стать в будущем опорой его огромной тайной империи, способной в случае необходимости пережить и смену режима в Германии.

В те дни Интеллидженс сервис получает первый сигнал, заставивший обратить более пристальное внимание на шефа абвера. Один из ее агентов сообщил о «весьма сдержанном» отношении Канариса к гитлеровской верхушке и высказал мысль, что его можно перетянуть на сторону британской разведки в качестве «дремлющего партнера».

Руководство «МИ-6» [18] ломало голову над смыслом сказанного. Формула была весьма расплывчата, и ее автором был, по-видимому, сам «хитроумный Одиссей» – так нередко называли Канариса в его окружении. Предлагал ли он англичанам свое сотрудничество против Гитлера или, наоборот, выполнял волю последнего? Одни были готовы видеть в этом редкую удачу, другие – опасную западню. Соблюдая осторожность, обе стороны пошли на развитие возникших контактов.

Незадолго до описываемых событий целая вереница фургонов для мебели и клетей с лошадьми для верховой езды появилась в небольшой деревушке Люкингтон, в графстве Уилтшир, к западу от Лондона. Затем прибыл со своей любовницей Виолеттой фон Шредер некий Треек, арендовавший здесь виллу. Новым знакомым он всегда говорил, что его отец – помещик из Прибалтики, бежавший из России после революции. Если речь заходила о коммунизме, показывал оставшийся на шее шрам от пули – «чудом спасся» от большевиков, приговоривших его к расстрелу…

Треека сразу же благосклонно принял английский «высший свет». Он участвовал в дорогостоящих охотничьих забавах, когда и установил непосредственный контакт с узким кругом наиболее влиятельных представителей английской земельной аристократии и финансового капитала. Путь к этому ему открыли солидный счет в банке, шрам на шее и… помощь Мензиса, [19] загородное поместье которого «случайно» оказалось по соседству и было отделено от арендованного Трееком участка лишь живой зеленой изгородью.

Агент абвера Треек был направлен в Англию, по словам хорошо информированного автора А. Брауна, «для установления контактов с британской ветвью „Синего интернационала“ – небольшой, тесно связанной группой политической и торговой аристократии, в руках которой находилась подлинная власть в Европе». Охота, и в частности «охота Бофора», проводившаяся под руководством герцога Бофора, штальмейстера Букингемского дворца, представляла собой, пишет он, «в такой же степени политический заговор, как и спорт». Одним из видных участников «охоты Бофора» был и Мензис. Однажды, прогуливаясь в парке, Треек сообщил, что направлен в Англию Канарисом специально для установления с ним связи, а в случае надобности обеспечить контакт «в таких вопросах, которые будут представлять интерес для нас обоих». Мензис не высказал возражений.

Арендовав фешенебельный особняк в Лондоне и еще одно загородное поместье в самом центре охотничьих угодий в графстве Нортхэмптоншире, Треек пробыл в Англии до самого начала второй мировой войны. Все это время он находился в тесном контакте с наиболее реакционными и антисоветскими кругами правящего класса Великобритании. Во время охоты он нередко оказывался рядом с Мензисом, и когда его лошадь прыгала через препятствие, последний кричал ему в шутку: «Дойчланд юбер аллес!»

Подлинное лицо Треека, таким образом, ни для кого из участников великосветских забав и изысканных застолий не являлось загадкой. Какую роль играл этот тайный контакт, установленный благодаря сотрудничеству двух разведок, в развитии событий в Европе 1935—1939 гг.? Английские источники снова умалчивают, но можно не сомневаться, что это был один из важных каналов, по которому Гитлер получал обнадеживающую информацию, толкавшую его к форсированному развертыванию агрессивных акций на востоке континента.