Чтение онлайн

Когда Сергей услышал оклик и увидел в полутьме статную женскую фигурку все в том же светлом платье и жакете, он тоже испытал, противоречивые чувства. Его с первой встречи в лесу очень тянуло к Татьяне, но каждый раз, заглядывая в ее красивые зеленые глаза, доверчиво и без малейших признаков кокетства, смотрящие на него, Сергей очень боялся сделать что-нибудь не так, ненароком обидеть ее. Ведь он из другого времени, где отношения между мужчинами и женщинами уже давно совсем другие, чем здесь и сейчас. Тем не менее, он поспешил ей навстречу с широкой улыбкой, потому что, несмотря ни на что, хотел ее видеть, и был очень рад, что Таня сама его нашла.

– Здравствуйте, Танечка!
– Доехали Вы нормально, я уже знаю, а как устроились?

Начиная разговор, Сергей ненавязчиво проводил Татьяну к пустующей сейчас курилке и усадил на небольшую скамейку рядом с ней.

– Спасибо, хорошо.
– Я вместе с ранеными сразу в медсанбат направилась, там и осталась помогать, а потом, как узнали, что я дипломированный врач и хирургическую практику имею, меня сразу в штат и зачислили, я теперь фоенфельдшер. А у Вас все удачно сложилось? И где Вы теперь будете?

– Пока не знаю, завтра утром будет видно, после разговора с начальством.
– Если все получится, буду командовать отдельным подразделением из тех бойцов, что в рейде встретили - они все ко мне в подчинение просятся.

– Вот, кстати, про всех бойцов под Вашим командованием. А можно и мне к Вам перейти - Вам ведь, наверное, в подразделении медик нужен будет?

Сергей, не ожидавший такой просьбы, сначала даже опешил. К нему в группу, которую Сергей изначально создавал для организации боев и диверсий в немецком тылу, молодую красивую женщину? А если окружение и героическая гибель группы? А если - что гораздо хуже - плен? С другой стороны, Татьяна же не знает, что это будет за группа, и где она будет воевать. А он собирается группу расширять и организовывать на ее базе весьма значительное по штатам подразделение, где штаб и службы обеспечения в тыл врага ходить не будут. А собственный медик, да еще квалифицированный, который сможет организовать медподготовку всего личного состава подразделения, а нескольких наиболее способных подготовить, как санинструкторов - это на войне вещь очень нужная и полезная. Да и организовать ей максимально возможную безопасность на войне Сергей уж постарается. Решено - надо брать. И Сергей, в задумчивости машинально беря Татьяну за руку, которую она не отняла, проникновенно сказал.

– Понимаете, Танечка, вот прямо сейчас точно нет.
– Сейчас у нашей группы предполагается напряженный график визитов в немецкие тылы, а подвергать Вашу жизнь дополнительной опасности я категорически не согласен. Но в будущем я что-нибудь придумаю, обещаю Вам.

Таня слушала Сергея и улыбалась. Как он смешно строит фразы - "график визитов в немецкие тылы"! Так иронично о столь серьезных вещах никто сейчас не говорит. И главное - Сергей ей не отказал, обещал подумать, как решить вопрос с переводом в свое подразделение!

– Спасибо.
– Но если я чем-нибудь могу помочь прямо сейчас - только скажите.

Сергей не успел ответить - из казармы выскочил дневальный и позвал его к начальнику особого отдела дивизии. Сергей пожал Татьяне руку, которую она так и не отняла во время разговора, перед этим легко, чуть заметно, погладив ее, и сказал, прощаясь.

– Спасибо Вам, Танечка, и за этот разговор, и за желание помочь. Я подумаю, чем Вы можете помочь, и утром забегу к Вам в медсанбат, хорошо?

Получив в ответ ее улыбку и приглашение заходить в любое удобное время, радостный Сергей быстрым шагом направился к Трофимову. Бригадный комиссар встретил его на входе в особый отдел дивизии, возле стола дежурного, что само по себе указывало на степень его волнения. Отойдя так, чтобы их никто не мог услышать, Трофимов остановился, и глядя Сергею в глаза, негромко произнес.

– Ну что, лейтенант Иванов.
– Только что в штаб дивизии прибыли командир 6-го механизированного корпуса генерал-майор Хацкилевич и начальник особого отдела корпуса дивизионный комиссар Титов, которого я уговорил передать твою информацию комкору. Сейчас они оба у меня в кабинете, ждут ответов на свои вопросы. Ты готов дать эти ответы?

Сергей тяжело вздохнул. Вот он, момент истины. Если ему не поверят, если он не сможет убедить Хацкилевича не оставлять Белосток, его появление в этом мире окажется бесполезным. И история Великой Отечественной Войны пойдет по своей колее - с котлами, окружениями, десятками миллионов погибших советских людей и ужасающей послевоенной разрухой. От осознания важности предстоящего разговора у Сергея застучало в висках и слегка перехватило дыхание. Но Трофимов ждал, все также испытывающее глядя в лицо Сергея, и Сергей утвердительно кивнул.

– Готов, товарищ бригадный комиссар.

Войдя в кабинет начальника особого отдела, Сергей увидел двух сидящих на диване у дальней стены кабинета военачальников, от которых сейчас зависело столь многое.

В более высоком военном, со знаками различия генерал-майора, двумя орденами Красного Знамени и орденом Красной Звезды на груди, Сергей сразу узнал командира корпуса Хацкилевича - в прошлой жизни видел его фото в интернете. Второй, более кряжистый, со знаками различия дивизионного комиссара и тяжелым, пронизывающим почти насквозь взглядом, который он сразу воткнул в лицо вошедшего Сергея, не мог быть никем иным, кроме как начальником особого отдела корпуса.

Поздоровавшись, и заняв указанный стул, предложенный ему в преддверии долгого разговора, Сергей начал свой рассказ.

– Товарищ генерал-майор! Это я просил товарища бригадного комиссара Трофимова, через его друга, товарища дивизионного комиссара Титова, уговорить Вас отступать и отводить части корпуса обратно в Белосток, к месту постоянной дислокации Вашего корпуса. Вы ведь хотели отводить части корпуса в направлении Крынки, потом Волковыск, и далее по шоссе Волковыск - Слоним?

– Да, - Кивнул Хацкилевич. И я очень удивился, когда мой начальник особого отдела корпуса попросил меня не делать того, что я только обдумывал, и никому об этом не говорил. Он просил на правах старого друга, которому я верю как себе, мы не раз спасали друг друга от смерти. Сказал, что все объяснит в Сокулке.

– Ну, тогда он еще раз спас Вам жизнь, товарищ генерал-майор.
– Потому что, если бы Вы его не послушали, и стали отводить корпус, как планировали, Вы бы погибли еще вчера, 25 июня 1941 года, а сейчас немцы добивали бы остатки корпуса, без горючего и боеприпасов, в районе Волковыска, который они возьмут через два дня, 28 июня.

– Да ты что, лейтенант!...
– Начал вставать Титов, но Хацкилевич успокаивающе махнул ему рукой, и с интересом посмотрел на Сергея.

– Вы знаете будущее?

– Скорее прошлое, - Вздохнул Сергей, - Начиналась самая тяжелая часть разговора.

– Я из другого времени. Там я тоже был Сергеем Ивановым, только отчество другое. И возраст - там мне было уже 68 лет. Всю свою сознательную жизнь служил, в разных местах и частях. Последние должность и звание - командир отдельного десантно-штурмового батальона, подполковник. Как и зачем попал сюда, к вам - я не знаю. Но в моем времени тоже была война с фашистской Германией, которая тоже началась 22 июня 1941 года. А закончилась только в мае 1945-го, в Берлине - нашей Победой. И первые два года войны - тяжелые бои и потери Красной Армии, практически постоянное отступление наших войск и оккупация немцами значительной части территории. В конце 41-го бои шли под Москвой!

– И в той войне, в моей реальности, 6-й мехкорпус 23 июня тоже начал выдвижение из района Белостока в направлении Гродно, для участия в контрударе. По ходу движения части корпуса постоянно несли потери от ударов немецкой авиации - ПВО у корпуса не было вообще, потому что дивизионы ПВО, на момент начала войны, находившиеся в 120 км восточнее Минска, по пути на соединение с корпусом были отняты, и использованы как противотанковые соединения.

– 4-я и 7-я танковые дивизии вышли на рубеж развертывания к полудню 23 июня, где были встречены сильным противотанковым огнем и постоянными ударами авиации. В результате ожесточенного боя им удалось отбросить прорвавшиеся юго-восточнее Гродно части вермахта и к вечеру выйти в полосу обороны 27-й стрелковой дивизии 3-й армии. На следующий день, после захвата немцами Гродно, 6-й мехкорпус наносил удар в северном направлении. Натолкнувшись на мощную противотанковую оборону, корпус понес большие потери. Во второй половине дня 24 июня танковые дивизии 6-го мехкорпуса были перенацелены на юго-восток от Гродно, где вечером вступили в бой с соединениями 3-й танковой группы Гота, пытаясь остановить ее продвижение на Минском направлении. Введя в сражение 8-й и 20-й армейские корпуса, 25 июня противнику удалось расчленить дивизии 6-го мехкорпуса, которые были вынуждены вести разрозненные, не связанные общим замыслом бои. Командующий Западным фронтом Павлов вечером 25 июня отдал Вам, товарищ генерал-майор, приказ: "Немедленно прервать бой и форсированным маршем, следуя ночью и днем, сосредоточиться в городе Слоним" (который еще 24 июня был захвачен 17-й танковой дивизией генерала фон Арнима).