Чтение онлайн

Стремясь избежать ненужных жертв, советское командование вечером 25 июня приняло решение эвакуировать из Киева в восточные районы страны ряд предприятий. Выполняя это решение, до конца месяца покинули город сотрудники проектных институтов, предприятий и организаций, не связанных с обороной. На повестке дня перед городским руководством стояли вопросы налаживания выпуска в городе наиболее необходимых военных заказов.

Не менее важными были вопросы надежного прикрытия жизненно-важных объектов города, оборонных предприятий, аэродромов, мостов от ударов с воздуха. Противовоздушная оборона строилась по круговому принципу, причем наибольшее внимание уделялось юго-западному направлению. Один из зенитных полков среднего калибра располагался в районе Грушки, Святошино, Перемоги, второй — Совки, Голосеево, Мышеловка, зенитно-пулеметный полк и дивизион малокалиберной зенитной артиллерии — в центральной части города. Их задача состояла в создании плотной завесы на подходах и над самим городом. Истребители патрулировали вне зоны стрельбы орудий и пулеметов; частыми маршрутами полетов были Обухов — Васильков — Боярка — Ирпень — Гостомель и обратно. Состав и базирование 36-й иад приведено в табл. 2..3. [48].

По данным наших отчетов, Киевская зона ПВО действовала исключительно эффективно: за первые пять дней над охраняемыми объектами было сбито 93 самолета противника, из которых истребители уничтожили 58 машин, а зенитчики — 35 [49]. В действительности все обстояло далеко не столь благополучно. В неудовлетворительном состоянии находилось взаимодействие сил 3-й дивизии ПВО, нечетко работали посты ВНОС и связисты. Поэтому до конца июня 1941 г. немцы, производившие налеты в дневное время, потеряли от противодействия киевской ПВО не более трех-четырех самолетов.

ТАБЛИЦА 2.3

СОСТАВ И БАЗИРОВАНИЕ 36-Й ИАД НА 30 ИЮНЯ 1941 Г.

Одна из причин малой эффективности в борьбе с неприятельской авиацией состояла в низких летных данных истребителей, состоящих на вооружении 36-й иад. Первые же стычки показали, что И-16, не говоря уже о И-153, не имели запаса скорости для перехвата Ju88A — основного типа самолета, действующего в киевском небе. Не обладали наши вооруженные пулеметами машины и смертоносным вооружением — неоднократно стрелки «юнкерсов» отбивали атаки, а случалось, сбивали наши «ястребки». Вот почему, когда мл. лейтенант А.Д. Зайцев из 2-го иап 28 июня на глазах начальника управления пропаганды Юго-Западного фронта бригадного комиссара А.И. Михайлова таранил немецкий бомбардировщик, то летчика сразу представили к званию Героя Советского Союза. (О его подвиге см. в приложении 4).

Тем временем сухопутные войска Юго-Западного фронта героически сражались с прорвавшимися подвижными и пехотными дивизиями противника. Упорной обороной они сдерживали их продвижение в глубину. Немецкая авиация, как правило, весомо подкрепляла действия наземных соединений. Как только на важном участке фронта положение складывалось не в пользу немцев, там немедленно появлялись или отдельные отряды, или целые группы германских бомбардировщиков.

Так было в ночь на 3 июля восточнее Тернополя. В течение суток части 80-й стрелковой дивизии (37-й ск 6-й А) сдерживали бешеный натиск противника. Командование усилило пехотинцев 144-м гаубичным артиллерийским полком майора А.С. Могилевского. Орудия стреляли по германским танкам прямой наводкой. Несмотря на позднее время, немцы вызвали свою авиацию. «Юнкерсы» сбрасывали на артиллеристов фугаски при свете спускаемых на парашютах осветительных бомб и запускаемых германскими пехотинцами ракет. После нескольких налетов немцам удалось расчленить и окружить части 80-й сд [50].

Разгромленный советский аэродром на Юго-Западном фронте

Интенсивно бомбили они на следующее утро скопления наших войск и артиллерийские позиции в районе Острога. Благодаря поддержке «юнкерсов» и «хейнкелей» соединения Клейста форсировали р. Горынь. Интенсивные действия разведывательной авиации позволили немецкому командованию установить, что части 19-го мехкорпуса и группы М.Ф. Лукина отходят на новый рубеж (командование перебрасывало группу Лукина на Западный фронт), прикрываясь лишь арьергардами, и командующий группой армий «Юг» генерал-фельдмаршал Рундштедт немедленно приказал ускорить темп наступления, чтобы не дать возможности советским войскам организованно занять оборону.

В течение 3 июля армии Юго-Западного фронта совершали отход, по пятам преследуемые дивизиями противника и под сильным воздействием с воздуха. «Его авиация, — доносил в тот день начальник оперативного отдела штаба фронта полковник И.Х. Баграмян начальнику Генерального штаба, — беспрепятственно бомбит Славут, Шепетовку и Полонное» [51]. Очень скоро все указанные выше города оказались заняты немецкими войсками.

В немецких штабах заговорили о «житомирско-киевском» направлении — здесь успешно продвигались, преодолевая все трудности, соединения 1-й танковой группы. Рундштедт приказал стремительным ударом выйти к «линии Сталина» (так в Германии называли укрепленные районы, построенные по старой советско-польской границе), прорвать ее и устремиться к Киеву.

Командование Юго-Западного фронта с опозданием распознало явную угрозу. Только поздним вечером 3 июля в войска была направлена директива N 0040, где говорилось о необходимости отразить наступление противника на ровенском (здесь 3-й моторизованный корпус выходил к Новоград-Волынскому) и тарнопольском (к Полонному и Новому Мирополю выдвигались дивизии 48-го моторизованного корпуса) направлениях. Генерал М.П. Кирпонос потребовал соединениями 5-й армии занять Коростенский, а 6-й армии — Новоград-Волынский укрепрайоны. Директива ставила следующие задачи перед ВВС ЮЗФ:

«Ударами бомбардировочной авиации задержать продвижение ровенской и тарнопольской группировок противника, одновременно препятствуя подходу и подвозу из глубины оперативных резервов. Имея основные силы на поле боя, не допустить прорыва механизированных частей в направлении Новоград-Волынский и Бердичев» [52].

Надо отметить, что к этому времени в действиях нашей авиации наблюдались некоторые изменения. По указанию нового командующего генерала Ф.А. Астахова 2 июля на данном направлении были предприняты первые атаки зажигательными бомбами используемых неприятелем аэродромов Жиличи, Баскаки, Луцк. Согласно отчетам противника, налеты завершили неудачно: над последней базой, занятой группами I/KG51 и III/ JG3, вылетевшие «мессершмитты» и зенитчики сбили около полудня 14 бомбардировщиков из 30. По нашим данным, не вернулось три Су-2 из 226-го бап, а результаты атак аэродромов наше командование оценило излишне оптимистично. Их решили не только продолжить, но и сделать систематическими; на следующий день самолеты с красными звездами бомбами и бортовым огнем атаковали Колки, Ровно, Дубно, Радзехов, Крыстынополь…

Подбитый зенитным огнем И-16 совершил вынужденную посадку

Вероятно, наиболее результативной оказалась атака аэродрома Полонное 8 июля. Накануне летчик 88-го иап 44-й иад мл. лейтенант В.Ф. Деменок проводил разведку в районе станций Проскуров, Шепетовка и на дороге Шепетовка — Бердичев. Он неожиданно обнаружил перебазирование на аэродром Полонное немецких самолетов и доложил командованию. Комполка майор А.Г. Маркелов решил провести доразведку, послав на задание лейтенанта К.Л. Карданова и мл. лейтенанта В.С. Батяева. Стало известно, что около 30 самолетов расположилось на северной окраине летного поля и еще 20 — в восточной части, почти рядом с жилыми домами. Проявив завидную оперативность, командир части поднял в воздух 20 И-16 и вылетел сам [53].

Первую атаку с малой высоты наша группа провела безо всякого противодействия, но затем зенитчики опомнились и открыли шквальный огонь. Прямым попаданием был сбит и погиб, вертикально врезавшись в центр летного поля, зам. командира полка майор В.С. Волков. По донесению вернувшихся советских летчиков, было уничтожено 20 неприятельских самолетов. Как отмечают немцы, на аэродром Полонное, всего в 25–35 км от передовых наземных частей, в тот день перелетели отряды ближних разведчиков 5(H)/11, 5(H)/21, 3(H)/21, 5(H)/32 и один из отрядов группы II/JG3. В результате штурмовки было выведено из строя 5–6 Hs126, от прямого попадания РС взорвался транспортный «юнкерс» N 6812, имелись убитые и раненые среди технического персонала и штабной роты, сгорели грузовые и специальные машины.