Чтение онлайн

Силами разведывательного батальона и полка СС «Дер Фюрер» дивизия заняла эшелонированную оборону на линии Нечаевка — высота 210,7 — восточнее Лучки — Калинин для защиты правого фланга. Советские танковые части ответили контратаками. В сводке «Дас Райх» об этом сообщалось: «Танковые силы дивизии отражают сильные контратаки вражеских танков, группами до 30 танков из Ясной Поляны, а силами другого танкового батальона, наступающие с северо-запада на левый фланг танкового полка «Лейбштандарта» северо-западнее Тетеревино, вражеские танковые группы такой же численности» [716] . На ликвидацию этой угрозы были брошены «Тигры» «Лейбштандарта».

Упорные бои разгорелись за обладание участком железной дороги Тетеревино — Беленихино. Первая атака 3-го батальона полка СС «Дер Фюрер» была отбита. Чтобы наверняка взять этот район под контроль, Вальтер Крюгер собрал ударную группу из 2-го танкового батальона, частей полка СС «Дойчланд», батарей артиллерийского полка и «Небельвеферов», тем самым усилив 3-й батальон полка СС «Дер Фюрер». С этими силами Винценц Кайзер снова атаковал железнодорожную насыпь. Бой был тяжелым и крайне упорным. В ходе боя отличился унтершарфюрер СС Симон Грашер из 9-й роты. Сначала он организовал оборону захваченного участка, отбив сильную вражескую атаку, а когда красноармейцы начали отступать, бросил свое отделение в контратаку. За этот бой Грашер был представлен к Рыцарскому кресту. Однако, несмотря на мужество гренадер, саму станцию Беленихино эсэсовцам взять не удалось, здесь части 20-й гвардейской танковой бригады и 6-й гвардейской мотострелковой бригады отбили в течение дня 7 июля 11 атак.

Короткая передышка между боями

На правом фланге «Дас Райх» линия фронта пролегала вдоль участка железнодорожной линии Сажное — Беленихино. Советские войска имели здесь сильные оборонительные позиции противотанковой артиллерии и танков. У немцев в этом районе атаковал 3-й батальон танкового полка и «тигровая» рота. Штурмбаннфюрер СС Асбахр разделил свои силы на три группы — 9-я рота атаковала на правом фланге, 11-я (он сам находился при ней) — на левом, а 10-я рота оставалась в резерве.

Для усиления своей обороны с утра 7 июля советское командование задействовало здесь 60-й дивизион бронепоездов в составе бронепоезда № 737 (капитан В.П. Павелко) и № 746 «Московский метрополитен» (капитан Б.П. Есин) [717] . Их вооружение состояло из шести 107-мм и 76-мм орудий, шести 37-мм, 25-мм зениток и 12 пулеметов «максим» [718] . По немецким данным, бронепоезда активно поддерживались танками (вероятно, 20-я танковая бригада) [719] .

Бронепоезд «Московский метрополитен»

Накануне вечером, 6 июля, оба бронепоезда были сосредоточены в трех километрах южнее станции Беленихино. Тяжелый бронепоезд № 737 с 08.00 до 08.45 вел огонь по группе танков в 20 машин, пытавшейся прорваться из района высоты 1,5 километра западнее Рождественки к Липовому Донцу. Используя внушительное артиллерийское вооружение и танковую поддержку, бронепоезд сильным огнем накрыл атакующую группу танков «Дас Райх» (3-й батальон), включая сюда и «Тигры». Обершарфюрер СС Йозеф Набер [720] , командир танка Т-34 из 9-й танковой роты (атаковавшей на правом фланге атаки батальона), вспоминал об атаке в этот день: «Я ехал в головном танке. Справа танки 3-го взвода, слева — танки 2-го взвода. Прямо за мной танк командира роты, гауптштурмфюрера СС Зинна и танк группы управления роты. Все танки были связаны по радио. Мы не проехали и 200 метров, как оказались в сущем пекле — со всех сторон нас обстреливали танки Т-34 и 76,2-мм противотанковые орудия. В двух километрах на холме проходила железнодорожная линия, здесь стояло несколько бронепоездов, которые обстреливали нас из всех орудий. При следующей атаке я установил, что в лесу от 40 до 50 танков Т-34, не считая противотанковых орудий. Мы также стреляли из всех стволов. В мой танк попали, заклинило башню, я дал команду отходить» [721] . Повреждения башни оказались нетяжелыми и могли быть исправлены силами экипажа. «Хотя много русских танков горело, но я видел, что и некоторые из наших танков также горели», — подвел итог бою Набер.

В целом ситуация на поле боя складывалась не в лучшую для немцев сторону. Огнем бронепоезда был подбит «Тигр» Вилли Фея. Противодействие советских войск было столь сильным, что немецкие танки прекратили наступление. Прикрывшись дымовой завесой и взяв на буксир несколько подбитых машин, они отошли, предпочтя вызвать в помощь авиацию. В этом бою был подбит танк командира 9-й танковой роты гауптштурмфюрера СС Зигфрида Зинна, а сам он погиб на месте [722] . Весь трагизм положения для немцев был в том, что 9-я рота отступала так быстро, что отсутствие танка командира роты выяснилось лишь после выхода роты из боя.

По некоторым данным, на поле боя остался один горящий танк [723] (по-видимому, танк Зинна). В то же время, по другим данным, только бронепоезд «Московский метрополитен» подбил минимум три танка [724] . По информации Л. Лoпуховского, бронепоездами было подбито семь танков [725] .

Т-34 дивизии СС «Дас Райх»

Исходя из всех приведенных выше данных, констатируем, что точное число немецких танков, подбитых бронепоездами, неизвестно, но в любом случае больше, чем один.

Немцы быстро нашли противодействие: их танки огнем с высот южнее хутора Калинин разрушили железнодорожный путь в сторону Беленихино. Ведя непрерывный огонь, бронепоезда начали отходить к станции Сажное, где их атаковали самолеты (до 30 штук). К вечеру оба бронепоезда были разбиты авиацией и артиллерией [726] .

За день 7 июля танковые силы «Дас Райх» понесли серьезные потери. Особенно досталось роте «Тигров», принимавшей активное участие в бою с бронепоездами. Около 10.00 командир роты гауптштурмфюрер СС Герберт Циммерманн был тяжело ранен в руку. Прямо на поле боя адъютант танкового полка гауптштурмфюрер СС Карл-Хайнц Лоренц возглавил роту, но через два часа был убит [727] в бою с бронепоездами [728] . Новым командиром роты был назначен оберштурмфюрер СС Филипп Тайсс [729] . При этом ни одного «Тигра» в этот день безвозвратно потеряно не было. Также в бою был тяжело ранен оберштурмфюрер СС Адольф Метцгер, командир 3-й роты противотанкового дивизиона (в данный момент — 11-я танковая рота). К вечеру он умер от ран, став вторым ротным в 3-м танковом батальоне, погибшим 7 июля (первым был Зигфрид Зинн).

Гренадеры рядом с «Тигром» в короткую минуту затишья

Где-то в середине дня 3-й батальон Кайзера, усиленный танками, был повернут на запад, к деревне Грезное [730] (где «Лейбштандарт» вел успешные бои с частями 31-го танкового корпуса). Пользуясь успехом 3-го батальона, 1-й и 2-й батальоны полка атаковали далее на север, по направлению к совхозу «Комсомолец». Сам «Комсомолец» взять не удалось, 285-й стрелковый полк 183-й стрелковой дивизии отбил все атаки и смог удержать этот важный опорный пункт. К середине дня продвижение частей «Дас Райх» было остановлено на рубеже Большие Маячки — Грезное. Вскоре немцы возобновили атаку, жестоко потрепали 31-й танковый корпус [731] и оттеснили его далее на север [732] . По советским данным, до 40 немецких танков и батальон пехоты к вечеру потеснили 237-ю танковую бригаду на западную окраину Грезное, где ей удалось закрепиться [733] .

Во второй половине дня «Дас Райх» прекратила атаки и немного выпрямила линию фронта. Началось сосредоточение бронетехники в районе хуторов Калинин и Озеровский. К концу дня рубеж обороны «Лейбштандарта» и «Дас Райх» пролегал по линии высота 249 — высота 252 — Грезное. 15-я рота полка СС «Дер Фюрер» развернулась в лесистой местности за железнодорожной насыпью, с приказом охранять открытый фланг полка и установить связь с 167-й пехотной дивизией генерал-лейтенанта Вольфа Триренберга, чьи полки находились восточнее.

Ночью снова пошел сильный дождь, напоив землю, выжженную горячим июльским солнцем. Тем временем в 9-й танковой роте собирали отряд для поиска командира. Йозеф Набер вспоминал о событиях той ночи: «С тремя добровольцами я вернулся на поле боя, чтобы найти командира роты. С собой мы взяли пулемет… Всюду еще горели танки, при этом в некоторых взрывались боеприпасы…. Я приблизительно знал, где стоял танк командира роты. Мы скоро нашли его… У танка было много пробоин от 76,2-мм снарядов. Тело командира роты мы нашли в башне танка, у него было много осколков в голове — тяжелая смерть. Мы положили нашего командира на брезент и вчетвером понесли его… Около пяти часов (утра. — Р.П.) мы вернулись в нашу деревню».