Чтение онлайн

В итоге тем не менее Сталин все же принял решение ударить, только еще больший, чем предполагалось ранее, упор сделать на фактор внезапности. Неожиданно большими силами ракет и противокорабельных ракетных снарядов (их испытания как раз должны были вот-вот закончиться) ударить по армадам кораблей американцев. Тут и Николай Грибачев со своим стихотворением, которое я раньше уже цитировал, к месту пришелся: «И море ворочая трудно, /Валами, что снега белей /Ударит громада тайфуна /В армады его кораблей». Парализовать сообщение по морю между Кореей, где сосредоточены из-за корейской войны основные силы США и их союзников на Дальнем Востоке, и Японией. С американскими войсками в Корее китайцы разберутся, на этот предмет мы с китайскими товарищами отдельно переговорим и чем надо – поможем.

Одновременно необходимо ударить всеми силами по Японии. Выбросить большие парашютные десанты. Другими армадами ВВС, которые сейчас Жигарев по моему приказу формирует – нанести мощные удары по самой Америке. У них-то там войск, по крайней мере сухопутных, совсем немного. Планеры, десантные подводные лодки – все необходимо будет задействовать! Ну, а после того, как разгромим силы США и их союзников на Дальнем Востоке и парализуем, а то и полностью разгромим саму Америку, с Европой справиться будет нетрудно. А с остальными и подавно. Сто дивизий дальнебомбардировочной авиации уже почти сформировались. Мероприятия по переброске сухопутных войск на Дальний Восток решено было, продумав план операции в деталях, начинать немедленно после того.

Генерал-полковнику артиллерии И.И. Волкотрубенко, выразившему сомнение в успехе затеи (не прямо, конечно, он его выразил, сказал, что все это надо серьезно обдумать), долго думать не пришлось. На другой же день он был отставлен от должности, а через неделю арестован (Волкотрубенко Иван Иванович // Википедия). Арестован был и предшественник (не непосредственный, а с 1941 по 1948 г.) Волкотрубенко на посту начальника ГАУ маршал артиллерии Н.Д. Яковлев (Яковлев Николай Дмитриевич // Википедия).

Матвей Васильевич Захаров отделался, как ни странно, легче, но Сталин догадался, конечно, что «панические» сведения о подготовке к постановке в строй первых десяти тарелок типа «Медуза Горгона» и о том, что в труднодоступных районах Южной Америки начали разрабатываться летательные аппараты, способные передвигаться со скоростью миллион километров в час, Волкотрубенко сообщил он! И дни М.В. Захарова на посту начальника ГРУ с этого времени тоже были сочтены. В июле 1952 г. он был снят с этой должности и назначен инспектором Министерства обороны. Работа непыльная, проверяй воинские части и соединения да на недостатки указывай, только вот реальной власти у товарища генерала армии больше нет. Синекура, одним словом. К военным должностям, дающим реальную власть, его вернут только после смерти Сталина, в период «ста дней Берия» (об этих «ста днях» впереди большой разговор), назначив командовать войсками Ленинградского округа, а позднее, в 1957 г. – советскими войсками в Германии (Захаров Матвей Васильевич // Википедия).

Что касается поста начальника ГАУ, то Волкотрубенко сменил генерал-полковник артиллерии С.С. Варенцов. Он понимал: нельзя спорить открыто, иначе тут же отправишься вслед за предшественником. Сейчас надо бодро ответить «Есть!» и побежать исполнять. Как сделал, пусть и не сразу, Жигарев. А там видно будет… А 24 апреля он представил план операции, которую решили назвать… А как назвать?

Когда зашла речь о названии, возникли разногласия. «Тайфун», как написано у Грибачева? Не годится: немцы назвали так операцию по захвату Москвы, которая, как известно, закончилась поражением гитлеровских войск у стен советской столицы. Так что аналогии могли возникнуть не очень хорошие. «Как вы яхту назовете, так она и поплывет!»

Так как назвать? Кто там, в России, японцев побеждал? Только советские генералы в 1938, 1939, 1945 годах. Но если назвать, скажем, «Халхин-Голом», то уж слишком явный будет намек! Именем какого-нибудь генерала Русско-японской войны? И думать не моги, поскольку мы ее проиграли! Да, была пара доблестных военачальников, вроде адмирала Макарова и генерала Кондратенко, но ведь они только оборонялись в Порт-Артуре! Да и потом, теперь-то мы не столько с японцами, сколько с американцами воевать будем! Японцев, наоборот, как сказал товарищ Сталин, надо «освобождать от иностранной оккупации».

И тут Малиновский предложил назвать операцию «Путятин». Ну, в честь адмирала Евфимия Путятина. Того самого, который подписал с Японией Симодский договор в феврале 1855 г. Через двадцать месяцев, кстати, после насильственного «открытия» Японии американским коммодором Перри. Символика, однако: заокеанские гости пришли, а вскоре после того русские их вышибут оттуда! Правда, не через 20, а через 70 с лишним месяцев…

Как бы то ни было, Сталину понравилось. На том и порешили. За неимением лучшего название «Путятин» так и осталось.

Обратим внимание, что в дневниках Берия опять трехмесячная лакуна – с 19 января по 27 апреля 1952 г., с одним только перерывом 25 марта. А в мае состоялось испытание в СССР противокорабельного управляемого ракетного снаряда, пробившего оба борта крейсера «Красный Кавказ». И этим испытанием Берия руководил лично, что и зафиксировано в его дневниках ( Берия Л.П. С атомной бомбой мы живем! С. 146–149). Ну, и против кого с учетом всего сказанного сие оружие могли планировать применить?

Итак, можно составить представление о том, какие именно действия планировались против Японии. Предполагалось нанести удар одновременно армадами реактивных бомбардировщиков по японским аэродромам и силами противокорабельных управляемых ракетных снарядов – по кораблям ВМС США и их союзников, сконцентрированным в связи с корейской войной в корейских, северо-восточных китайских и в японских водах. После того, воспользовавшись хаосом от внезапного удара, начать массовую десантную операцию.

Оставался вопрос о главнокомандующем операцией. Но тут особой проблемы не было. 11 мая главнокомандующим операцией «Путятин» был назначен, конечно, главнокомандующий на Дальнем Востоке (с 1947 по 1953 г.) Маршал Советского Союза Р.Я. Малиновский. Кто же еще? А уже 29 апреля в КНДР и в северо-восточные районы КНР (столичная провинция Хэбэй, Шаньдун и, конечно, Маньчжурия) стали прибывать советские военные под видом гражданских специалистов. Прибыл и С.С. Варенцов под именем инженера-энергетика Варнавского. Это хорошо, вопросов, зачем энергетики прибыли, ни у кого не возникает: дело нужное, гидроэлектростанции в Северной Корее восстанавливать надо, американцы почти все разбомбили! И продолжали бомбить, например, в июне 1952 г. разрушили ГЭС в Пхеньяне (Корейская война 1950–1953 гг. // Википедия).

Варенцов Сергей Сергеевич. Родился в г. Дмитрове в 1901 г. В Красной Армии с 1919 г., артиллерист. Великую Отечественную войну встретил начальником артиллерии 6-й армии в Киевском особом военном округе. Сумел сохранить и вывести из киевского «котла» значительную часть артиллерии. С октября 1942 г. и до конца войны – командующий артиллерией Первого Украинского (до октября 1943 г. – Воронежского) фронта. С 1945 по 1952 г. командовал артиллерией ряда военных округов и групп войск.

Жигарев Павел Федорович. Родился в 1900 г. в Тверской губернии. В годы Гражданской войны служил в запасных частях РККА, с 1925 г. – в авиации. Окончил Военно-воздушную Академию им. Н.Е. Жуковского, воевал в Китае, потом служил начальником управления боевой подготовки ВВС РККА и командующим авиацией Особой Краснознаменной Дальневосточной армии. В 1940 г. – первый заместитель, в апреле 1941 г. – начальник Главного управления ВВС РККА. В 1942–1946 гг. – на Дальнем Востоке. С 1946 г. – заместитель, с 1948 г. – первый заместитель, с сентября 1949 г. – главнокомандующий ВВС СССР.