Чтение онлайн

Остальная троица резко затормозила, не ожидая подобного и Токареву удалось, воспользовавшись этой ситуацией и шоком противников, “вырубить” ещё двух из них ударами в корпус, в область печени и быстрой четвёркой-серией в голову: "челюсть-висок".

Последний было бросился бежать, но был догнан и сбит с ног, после чего подвергнут минутному пинанию ногами в меру зверского варианта.

Кто то вокруг хохотал, кто показывал пальцем, а несколько человек вяло аплодировали нежданному зрелищу. Когда Антон развернулся, чтобы добравшись до отжатой у лигистов машины наконец то уехать прочь, к нему подошли двое бойцов, бывших ранее постовыми на тоннеле в агрогород и хохоча пробормотали: “Ну ты силён...”

Прятавшийся до этого за их спинами человек, внезапно вышел и чётко произнёс: “Точно! Силён и подготовлен, поэтому и сбежал мимо наших охламонов на постах. Мимо прошёл мышкой и даже пароля не назвал, без сигнала связью на выход и прочего, вроде жетона Лиги. А теперь ещё и здесь неслабо руками и ногами помахал. Такие нам нужны... На аренах!” - не успел Антон понять что случилось, как говоривший выпустил в него из трубки металлическую сеть и та полностью опутала мужчину, заставив упасть на мёрзлую землю.

К спеленутому Токареву тут же бросилась пара виденных ранее постовых в тоннеле и мигом сделали укол в шею.

Подошёл ближе и тот кто стрелял сетью, а до этого расхваливал Антона: “Тебя, по хорошему, распять нужно и по частям резать - в течении недели... Но уж больно солидные деньги дают владельцы арен за таких бойцов, жалко упускать! Так что не удивлюсь, если со временем ты станешь нам ещё и благодарен.” - говоривший рассмеялся, а вслед ему и пакующие Токарева патрульные.

Пленник начал потихоньку впадать в спячку и его погрузили в тёплый кузов огромной грузовой машины.

Через час прибыли покупатели и обсудив показанное им видео, с камер наблюдения, что как оказалось всё это время работали во дворе внешних помещений агрогорода, ударили по рукам с лигистами, в машине которых уже вовсю тихо спал Антон.

Его перегрузили в обычный внедорожник и в течении пары часов довезли до площадки где находился небольшой аэропорт.

Вскоре самолёт, с сотней пленников уложенных в носилки на колёсах и привязаных к ним ремнями, несся над землёй в сторону Канады, где они должны были быть разобранными своими новыми хозяевами, в одном из полисов Лиги.

Яркий свет в глаза. Несильный удар по рёбрам ногой. Что то едкое в нос - именно так встретил своё пробуждение, после инъекции снотворным, Антон.

Вокруг стояли и лыбились какие то незнакомые люди. Было тепло и яркий свет от множества мощнейших ламп, на высоченном, метрах в десяти от пола, потолке, позволял всё разглядеть в мельчайших деталях.

Антон огляделся и мысленно присвистнул: вокруг, куда ни кинь взгляд, на невысоких или наоборот, больших и вычурно вытянутых вверх платформах, находилось множество людей. БОльшая часть была либо полностью спелёнута гибкими поясами и просто лежала, как и сам Токарев, либо же оказалась привязанной за одну конечность к металлическим обручам или поручням прикрепленным к стене. Рядом прохаживались и что то ожесточённо обсуждали люди без признаков ограничения передвижения - их было раз в десять меньше, чем обездвиженных.

“Гуляки” подходили к площадкам с “живым товаром” и что то спрашивали у стоящих там постоянно, таких же свободных как и они сами, людей, потом указывали пальцами на привязанных пленников и слушали ответ. Выслушав слова продавца – громко наигранно хохотали и крутя пальцами у виска что то показывали руками. Тогда наступала очередь весело смеяться и крутить у виска говорившего с ними, на площадке, торговца.

Иногда стороны приходили к соглашению и в таком случае связанного по рукам и ногам человека укладывали на дрона перевозчика с крохотной платформой и куда то увозили, а просто привязанные к поручням за руки или ноги рабы - отвязывались и будучи взятыми, как животные, на привязь на поясе новых хозяев, уводились ими прочь.

Огромный единый зал с колоннами и сотнями площадок, разными по размерам и высоте. Тысячи разнообразнейших рабов и сотни продавцов. Невероятное по размерам торжище современными рабами.

– -Рынок рабов!
– ахнул про себя Токарев и как ни странно вздохнул облегчённо. До него медленно начали возвращаться воспоминания о последних двух сутках его жизни: бое в тоннеле Ямы и попадании в плен к Преторианцам, допрос на сортировочной станции, появление на медицинской фабрике и двух “уборках” в ней, побеге оттуда и захвате подводного агрогорода, гибели всего его сбродного отряда, включая и толстяка Лира, а потом собственный одиночный побег Антона прочь и когда свобода была уже на расстоянии вытянутой руки - совершенно ненужная дурацкая потасовка и новый плен.

Однако теперь он оказался на рынке рабов, а не на распроклятой медицинской фабрике и соответственно: появлялся шанс на новый побег.

Токарева откровенно пугало возможное его возвращение, в беспамятстве, в “Кабину” медфабрики, где потрошили нарушителей из рабов и дальнейшая привселюдная медленная мучительная казнь, как наказание за совершённые им проступки.

Увидев что пленник начал двигать головой во все стороны и окончательно пришёл в себя, его довольно осторожно подняли и позволили сесть, сняли часть пут, хотя он и продолжал быть связанным у кистей и щиколоток. Особо его не унижали и ничего не говорили, только постоянно лыбились, глядя на него и перешёптывались.

Сидя можно было чуть получше рассмотреть место нынешнего своего пребывания: огромный, на несколько гектаров, зал, с мраморным полом и светлыми с розовым небольшим оттенком стенами и потолком. Навскидку зал был размерами около пятисот на пятьсот метров. Огромные толстые колонны поднимались к опорам высоченного потолка, возле них и располагались самые высокие и солидные из площадок с “живым товаром”.

При всех площадках находились зачем то огромные мониторы, на которых периодически что то показывали покупателям, но что именно - Антону разобрать не удалось.

Проезжало множество управляемых дронов с платформами, на которых, по одному или трое, располагались лёжа связанные люди.

Особо гвалта или чего подобного не было и в помине, размеры зала позволяли всем договариваться без толчеи и покупатели нередко несколько часов тратили что бы просто обойти всё помещение, или же наоборот, сразу спешили к нужным площадкам со знакомыми продавцами и рабами которых он предлагал.

Пока Токарев осматривался пытаясь немного освоиться, подошла в меру пышнотелая пожилая дама и пройдясь мимо него пару раз - внезапно остановилась и указав пухлым пальцем, вдетым в драгоценный перстень с огромным камнем, именно на Антона, коротко и властно спросила: “Сколько? Каковы его размеры и умения? Есть ролики презентации, что бы всё можно было увидеть и существует ли возможность “испытания”, прямо в комнатках рядом?”

Пленник не сразу понял чего именно хотела женщина от его нынешних владельцев, но когда смысл слов “испытания и размеров” начал до него понемногу доходить, то Токарев даже слегка покраснел, чего с ним не бывало уже много лет.

Он чуть было не стал вопить, как подросток: “Ой дяденьки - не отдавайте на поругание тётке сластолюбивой! Век за вас Бога молить буду и всяко разно помогать по хозяйству! Только не этой похотливице любопытной, с желаниями “испытать”, перед покупкой!”

Но тут неожиданное ответил сам продавец с платформы, где и находился Токарев - невысокий лысоватый брюнет с брюшком и ростом “метр в прыжке”: “Мадам. Данный раб не является дамским утешителем: ни в смысле ласк, ни в вариации общения и хождений с ним по гостям как салонного сопроводителя, презентациям выученных мужчин рабов или совместного шоппинга. У нас нет его медицинских снимков и дать вам время его испытать, в комнатках для рабов любовников - мы не можем. Это боец. Его взяли пох заказ для небольшой гладиаторской школы, на окраине нашего славного полиса. Прошу прощения.” - продавец Токарева медленно и несколько наигранно поклонился, а женщина, буркнув “Ну и жаль” - пошла далее к площадкам с несколькими, хлопающими девичьими ресницами, красивыми мальчиками подростками.