Чтение онлайн

Засыпала я тяжело.

* * *

Когда я проснулась несколько часов спустя, то услышала какое-то шуршание в своей спальне. Еще не вполне придя в себя от сна, я оставалась под одеялом, и меня на мгновение охватило чувство паники. Я сглотнула, продолжая слушать, и различила, как человек сел в компьютерное кресло. Я затаила дыхание, со страхом ожидая дальнейших действий. Услышала хриплый кашель.

О, Боже. Кто мог ко мне ворваться?

Боясь пошевелиться, я услышала, как человек в моей комнате рассмеялся.

– Анна, ты можешь перестать делать вид, что мертва.

Я облегченно выдохнула, узнавая голос. Перевернувшись, я протерла глаза и взглянула в сторону стола, где сидел человек спиной ко мне, и его пальцы быстро бегали по клавишам.

– Ты напугал меня, Вик, - пробормотала я, зевая.
– И что ты там делаешь в моем компьютере?

– Да ничего, - ответил он, продолжая просматривать что-то, и я не могла разобрать, что именно. Перед глазами все расплывалось.
– Лучше скажи мне, что бы ты делала, если бы здесь оказался не я, а кто-то другой? Лежала бы, как идиотка, и ждала, пока тебя изнасилуют?

Я зевнула, садясь и откидывая одеяло в сторону.

– Как ты вообще сюда попал? Сломал замок, что ли?

– Ой, тихо, - он махнул на меня рукой.
– Вообще-то, чтобы такое сделать надо быть чертовым силачом, а дверь была просто открыта, потому что ты забыла ее закрыть, дура, - он повернулся, чтобы взглянуть на меня с неодобрением.
– Что делать с тобой? У тебя разум как у кирпичной стены.

– Заткнись, - пробормотала я, наклоняясь вперед, чтобы получше рассмотреть то, что он так заинтересовано разглядывал в моем компьютере. Мои глаза расширились, когда я поняла, что он "ходил" по истории моих посещений.
– Что ты....

– Что я делаю? Что ты делаешь, Анна? У тебе почти двести страниц про этого придурка, - он сделал паузу, нажав на конкретный сайт и начал читать.
– Двадцать фактов, которые ты не знала о Томе Каулитце. Номер один... У него есть около семидесяти кепок. Два... родился на десять минут раньше своего близнеца, Билла. Три... любимым исполнителем детства является Samy Deluxe - кто это, черт возьми? Хм... номер четыре...

Я хотела заткнуть Виктора, который так высмеивал меня. Потирая глаза, я вздохнула, пребывая на грани взрыва. Я бросила на друга раздраженный взгляд. Однако он, продолжал.

– Шесть... он ненавидит обтягивающую одежду...

– Просто остановись!
– я, наконец, вспыхнула, как спичка, готовая вонзиться в горло своему лучшему другу. Его глаза расширились от удивления, и он развернулся в кресле лицом ко мне.

– Хорошо, номер шесть - это то, что тебе уже известно. Но ты посмотри на этого парня...

– Виктор, - я застонала, прижимая ладони к лицу и качая головой.
– Я не хочу это слушать больше.

– Хорошо, но ты же понимаешь, что я делаю это из любви к тебе, верно?
– спустя мгновение я почувствовала его руку на моей ноге, которую он ласково погладил.
– Я имею в виду, что ты выглядишь не слишком здоровой, сладкая.

Я взглянула на него, ощущая, как слезы вновь подступают в глазам.

– Ты думаешь, я этого не знаю? Думаешь, что я сошла с ума и начала безудержно просматривать сайты про него? Нет уж, Виктор, не после того, как он столько времени врал мне в лицо.

– Я, кажется, понял, почему он делал это...

– Мне плевать, - перебила я, снова заваливаясь спиной на постель.
– Это было не все, о чем он лгал.

Недолгое молчание.

– Что ты имеешь в виду?

Закрыв глаза, я представила тот самый чек, из-за которого все произошло. Я никогда не смогу простить Тому это.

– Том сказал, что в договоре прописана реальная сумма ущерба, - начала я медленно.
– Около трех тысяч долларов.

Вик издал долгий свист.

– Должно быть, у него очень шикарный автомобиль.

– Царапина была меньше, чем кончик его мизинца.
– продолжала я.
– И вчера я увидела квитанцию. И там вовсе не три тысячи долларов.

– Что, две тысячи?

– Даже не близко к этому.

– Восемьсот?

– Меньше.

– Ох черт, хм...четыреста?

– ...меньше. Давай, отгадай, Вик.

– Две...двести?

– Семьдесят пять.

– Пожалуйста, скажи, что ты пошутила. Семьдесят пять долларов?

Я открыла глаза, глядя на него со злобой.

– Нет, Вик, семьдесят пять апельсинов - о чем, черт дери, ты думаешь? Да, долларов.

Его глаза были широко открыты, когда он уставился на меня.

– Я...Даже не знаю, что сказать.

– Как, ты думаешь, я себя чувствую?
– я облизнула нижнюю губу.
– Он постоянно подавлял меня. Никогда в жизни я не ощущала себя такой униженной.

– Я надеюсь, что ты ему все высказала, дорогая, - ответил Вик, скрестив руки на груди.
– Потому что этому нет никакого оправдания.

– Да, - сказал я, сухо рассмеявшись.
– Да, я послала его.

– Разве он на это отреагирует? Я имею в виду, ему ли не все равно?

Я пожала плечами.

– Я уверена, что он плакал, когда я ушла.

– Плакал?
– недоверчиво повторил Вик.
– Не может быть, Анна!

Я взглянула на него, сдвинув брови в легком недоумении.

– Что?

Вик наклонился вперед, мягко улыбнувшись.

– Анна, я, может быть, и гей, но все еще мужчина... И слушай меня внимательно, ладно? Парень не может просто плакать без причины. Должно быть просто невероятное основание для того, чтобы парень проронил слезу. Тем более, из-за девушки.

– Ты так считаешь?

– Моя точка зрения заключается в том, что этот парень, возможно, и является самым большим придурком в твоей жизни, но Анна...Ему вовсе не все равно на тебя, дорогая.

Я чувствовала слезы в моих глазах после этих слов Вика. Он, несомненно, мог оказывать влияние на меня. Я знала, что Том в какой-то степени ухаживал за мной, но была уверена, что это проявление похоти.

– Ох, милая, - мой друг обернулся на звук моего плача и сел рядом, обнимая за плечи.
– Я не хотел, чтобы ты плакала, дорогая. Пожалуйста, Анна, не плачь.