Чтение онлайн

Где.. где.. где тут.. где смартфон?

Выуживаю гаджет, отсчитывая последние мгновения до взлета.

Обновляю в последний раз портал, замечая одно непрочитанные сообщение. Наконец-то…

8:54 A.R.: Я уже жду тебя в Хитроу. Хорошего полёта.

– Девушка. – Вновь окликает бабушка, на убеждение которой я всё же поддалась.

Та успела скинуть свои туфли и полностью расслабиться, мило улыбаясь мне.

– Убери телефон, пока не наберём высоту – нельзя.. и соседям своим передай.

Рядом перестают шушукаться, да и кажется, все замолкают, стараясь запомнить инструктаж борт-проводницы. Или это только я вслушиваясь в каждое слово, вглядываюсь в каждый жест, запоминая, где здесь аварийные выходы?

Чудовищно.. перепроверяю застегнутый ремень.

Самолёт приходит в движение, отсчитывая каждый удар моего истошно рвущегося сердца, быстро набирает скорость и уже через пару мгновений отрывается от земли, набирая.. высоту.

Жмурюсь, только сердце, ушедшее в пятки, все равно не обманешь. Этот характерный внутренний обрыв, когда земля уходит из-под ног, едва ли можно с чем-то спутать.

Господи, только бы набрать высоту. Мысленно стараюсь погасить все всплывающие сводки, что именно сейчас по статистике происходит большинство авиакатастроф – на взлёте или снижении. Лишь бы долететь..

– Уважаемые пассажиры, мы уверенно набрали высоту, вы можете отстегнуть свои ремни безопасности.

Вот ещё.. ни за что на свете.

Борт-проводник освещает путь, начиная говорить о набранной высоте, пока я разматываю наушники и подключаю их к сжимаемому до сих пор смартфону, покрывшемуся от этого лёгкой испариной. Музыка.. должна помочь.

Укутываюсь в мелодичном ритме, наконец решаясь хоть на мгновение выдохнуть.

Оглядываюсь, встречаясь с заинтересованным взглядом старушки, что явно отметила мой страх и теперь даёт мне какие-нибудь дельные советы, на которые я только киваю, стараясь не слишком вымученно улыбаться. Даже замечаю, что парочка рядом включила фильм на планшете, мило прильнув друг к другу. Да и все кресла впереди живут своей жизнью: то дети встанут, то взрослые, то проскользнет девушка рядом, то стюардесса промчится мимо.

Сейчас страх наконец отступил на второй план, высушив напоследок горло, словно барабанной партией аккомпанируя всему происходящему. Тихо, ненавязчиво, но всё же не давая расслабиться и на мгновение, где каждая воздушная яма кажется пропастью.

Только бы долететь, только бы…

Отказалась от лёгкого перекуса и даже обеда, так ни разу и не встав со своего места. Успела прослушать плейлист по второму кругу, когда вдруг соседи рядом прильнули к иллюминатору, восхищённо жестикулируя. Даже бабушка рядом наконец проснулась, а голос по радио, явно принадлежащий капитану корабля, просил пристегнуть ремни (если бы я ещё его расстегивала) и оставаться на своих местах.

Старушка снова забеспокоилась о телефоне, который всё же пришлось убрать, а самолёт начал снижать высоту, явно стараясь сориентироваться в этом хаосе из облаков, радаров и отсутствия иных вариантов.

Горло начала стягивать жуткая тошнота. И я не нашла иного варианта, как не прикоснуться к третьей таблетке, пряча пачку в карман толстовки. Что же, хоть она, пожалуйста, пусть сработает..

Бабушка начала прихорашиваться, предлагая последовать её примеру, даже протянула расчёску, говоря что-то о растрепавшейся челке.

Разве это важно сейчас? Я пытаюсь совладать с собой и не забиться в угол с одной лишь навязчивой мыслью: Мы упадем. Неизбежно. Я умру. Безусловно.

А она все пристала со своей расчёской. Зачем ей моё имя? Зачем пытаться меня рассмешить?

Надо.. успокоиться. Закрыть глаза.

– Не забудьте ваш багаж..

Кто-то толкает меня в плечо, прикрываясь просьбой пропустить. Кажется, мы приземлились. Стюардесса говорит что-то по-русски, дублируя на иностранном, но я всё равно не понимаю и слова.

– Встань. – Доносится наконец, заставляя неслушающиеся руки расстегнуть защёлку ремня.

Словно вихрем выносит к выходу, а рядом кто-то спотыкается о рюкзак, что чудом оказался в руках. На дрожащих спускаюсь по трапу, следую за толпой, что всё удаляется, обгоняя меня последними зеваками.

Фиолетовые указатели и мельтешашие впереди люди, выстраивающиеся в очередь. Кто-то говорит со мной по-английски, а я, кажется, даже отвечаю в ответ.

Прохожу паспортный контроль, умудряясь найти документы. Бабушка, что, оказывается, была всё это время рядом, прощается и идёт к ленте получения багажа.

Выход.. кажется.. зелёный? Или красный? Наверное, зелёный.

Стараюсь сконцентрироваться на толпе встречающих, совершенно не веря, что нахожусь в другой стране, что смогла..

Он должен встретить.

Мой вымышленный A.R. не совпадает ни с одним присутствующим. Единственный тучный мужичок, к которому я думала приблизиться, встречал, как оказалось, влюбленную парочку, что ехали рядом. Он тут же рассоеденил их, давая тем лишь переглядываться, всё дальше от меня отдаляясь.

Бабушку встретила девушка, видимо, внучка? Даже отсюда слышу их восклицания..

Но где он? Не мог же обмануть?

Взгляд снова цепляется за каждого встречного, задерживаясь на откуда-то взявшемся божестве. Тот почему-то не отводит взгляд, сколько я на него не глазей.

Это явная побочка таблеток, и эти солнечные лучи сейчас над его головой, играющие с гривой, щетина и прожигающий взгляд – явно лишь плод интоксикации.

Но где этот дряхлый A.R.? И почему Он.. так.. улыбается, делая шаг навстречу?

Нели.

Задерживаю дыхание, пытаясь рассеять одурманивающий бред. Даже закрываю глаза, считая до трёх. Что же, вроде бы помогает.

Подошедшее божество обретает человеческие черты, но всё равно остаётся жутко диссонирующим с остальным миром.

Смуглая кожа, контрастирующая со всем меня окружающим, наконец объясняется простым загаром. До его лица приходится подниматься по очертаниям вен, отмечая, что сей представитель высок.. ну, выше меня на голову точно. Да и в целом хорошо сложен. Грива становится волнистой русой копной до плеч, что выгорела красивыми переливами, с пробором на левую сторону. Светлые глаза неопределенного оттенка смеются темнеющим ободом, не то серым, не то зелёным, слегка прищуриваясь, делая каждую черту лица ещё острее, точнее, интереснее. Нос, кажется, с небольшой горбинкой, но вполне себе неплохой.