–32 градуса по Цельсию. Том 2. Лайт и Дженни
Шрифт:
Джэй прижимал к ране на щеке платок.
Смотрел на последствия переполоха, смешавшись с толпой, как пострадавший.
В клубе было слишком темно, потому стоило спрятать оружие, и никто не признал ни в нём, ни в его товарищах членов Стаи. Только когда шум немного уляжется, возможно, кто-то и обратит внимание, что они здесь лишние. Но к тому моменту Стая уже исчезнет. Скроется в Логове до следующего рассвета.
Джэй наблюдал за тем, как первая карета скорой помощи с мигалками и рёвом отъезжает от места происшествия, увозя пострадавших. Следующая заберёт тела погибших.
Ушедшим товарищам Джэй приходился единственным родным человеком. Так что позже он явится за ними, чтобы провести достойные похороны.
Не останавливающаяся кровь. Холодный бордюр.
Растущая внутри темнота.
Рядом с ним присаживается тонкая фигура. Это Чарли, самый старший в Стае. Повидавший ещё больше невзгод, чем Джэй. У него разорван рукав, и из-под него проглядывают белые бинты перевязанной раны.
Чарли закуривает. Долго молчит, просто находясь рядом с ним молчаливой поддержкой.
– Не кори себя.
Слова звучат тихо в кутерьме спасательных служб и репортёров. Но Джэй слышит. И улыбается.
– Всё произошло слишком быстро. Какое там оценивание ситуации или переговоры, они заранее собирались умереть. Враг подозревал, что мы придём. Не думаю, что на этот раз кто-то из вас слил информацию. Просто о Снежной Стае узнает всё больше людей. Это и хорошо. И плохо.
– Джэй. Тебе больно. Я же не слепой.
– Конечно. Знакомая картина. Джэй и куча трупов. Как на это не реагировать?
– Никак. На войне как на войне – одни умирают, другие выживают. Главное, что ушли не все. И ты тоже жив. Вспомни, за что держишься в этом мире. И тебе станет чуть легче.
Разговор шёл в очень спокойной манере. Не было ни слез. Ни крика. Только изнутри жрало, обгладывало кости и скрючивало.
Но Джэй вдруг вспомнил о том, что его дома ждёт Крольчонок. Маленький такой, белый.
Дыра в груди немного затянулась.
Джэй обещал Рикки, что вечером поможет с заселением. А время уже скоро скатится к ночи.
Обещания лучше не нарушать. Это подорвёт их отношения уже на начальном этапе. Меньше всего Джэю хотелось ее обманывать.
– Мне нужно ехать. Если вдруг будут проблемы, звони. – оставляет Джэй Чарли. Отряхивается от пыли и направляется в переплетение переулков.
К своей "на всякий случай" покалеченной машине. Внешне так похожей на его внутреннее состояние.
В комнате Рикки горел свет. Так странно было знать, что в ней теперь живёт другая девушка. В отличие от предыдущей, Рикки наверняка не попытается его сожрать, если вдруг он невзначай нагрянет.
Но Джэй на всякий случай постучал. Услышал, как за дверью на пол упало что-то тяжёлое.
"Книга" – определил Джэй по звуку – "уроненная от неожиданности".
За ней тихие шаги в сторону двери. Другой бы не услышал. Но Джэй слышал хорошо просто потому что привык выслеживать и выслушивать, это была его работа.
Потому он сказал:
– Это всего лишь я. Предохранитель можешь не снимать.
Рикки как раз подобралась к двери и вытащила пистолет. Но от требования Джэя чуть его не выронила. У него что, камера, через которую он следит за ней?
Рикки вернула пистолет на место. С испуганными глазами открыла Джэю закрытую на защёлку дверь.
Когда свет залил коридорную тьму, и Рикки разглядела Джэя, на ее лице отразился ужас.
Джэй сделал вид, будто ничего не заметил, сложил руки на груди и прислонился плечом к дверному косяку. Оглядел комнату.
Стало на порядок чище и опрятнее. На тумбочке сверкают кастеты и пачка патронов. Видимо, Рикки нашла "опасное" и действительно, как хорошая девочка, собиралась отдать всё Джэю.
Слишком доверчивая.
Да, Джэй хотел, чтобы его требования выполнялись безукоризненно. Но всё равно подобная покладистость его беспокоила. Такого он ещё не встречал.
– Где там твой список? – поинтересовался Джэй, будто всё нормально.
По виду Рикки он понял, что та даже не сразу вспомнила, о каком списке идёт речь. А когда до нее дошло, она помотала головой. И указала на свою щеку.
– У тебя кровь. И сам ты весь пожeванный. Может, ну его?
– Сказал сегодня, значит сегодня. – отрезал Джэй.
– Ты себя видел? Тебе бы в больничку, – отозвалась на это Рикки.
Брови Чана удивлённо подпрыгнули. Матерь божья, это что такое? Ещё суток не прошло со знакомства, а им уже пытаются командовать. Джэй взял обратно свои мысли о покладистости Рикки.
– Я жду список. – улыбнулся он как можно ласковее.
– Вот будешь в порядке и будет у тебя список, – Рикки сама не заметила, как спародировала его жест сложенных рук.
– Кто тут чья правая рука, я не понял? – возмущению Джэя не было предела
– Правая рука заботится о боссе. Это я и делаю.
– Я – в порядке. А ты – стажёр. Не нужно так стараться.
– Да что ты говоришь? Тогда, раз я всего лишь стажёр, тебе тоже нет смысла обо мне так заботиться. Списка не будет. – и Рикки тоже теперь улыбалась.
Джэй закатил глаза.
Подумать только
Насколько они оказались похожи в своём упрямстве.
– Хочешь нянькаться, отправляйся со мной.
Джэй развернулся и пошёл к машине. Он знал, что Рикки пойдет следом. Ее поведёт упрямство.
И Рикки действительно пошла.
Странно, но раздражения от произошедшего Джэй не испытывал.
А чёрная дыра в сердце перестала кровоточить.
– Что случилось с машиной? – тем временем ужаснулась Рикки, заставляя Джэя вынырнуть из мыслей.
– Я сам это сделал. Для задания. Завтра всё исправлю.
Рикки озадаченно села на переднее сидение.
– У тебя хотя бы аптечка есть? Шрам останется.
– Он так и так останется, – разочарованно протянул Джэй. Однако указывая на бардачок. – На всякий случай, всё всегда там. Сейчас не суетись.