Чтение онлайн

— Какого… — в наступившей тишине изумленно пробормотал Кон, чувствуя на себе взгляды всех, находящихся на мостике, но радио уже снова ожило. Новый голос говорил с явным иностранным акцентом — сглатывая тоны и с силовыми ударениями, так что адмирал с трудом его понимал.

— Адмирал первого класса Старшиков на борту линкора «Еднорожеч» в составе Второй флотилии Народной Республики Ставрии передает: слышу тебя, адмирал Мариси Мигото. Иду на помощь, иду на помощь.

— Откуда здесь ставрийцы? — пораженно пробормотал кто-то, но радио уже ожило вновь. На сей раз передающий говорил на катару куда лучше, хотя резкий иностранный акцент и проглоченные тоны все равно чувствовались.

— Передает адмирал второго класса Джиованне Перлиола, держащий флаг на борту атомного авианосца «Шильда де ля ветториа» в составе Шестой экспедиционной эскадры Кайтара. Имею приказ командования обеспечить защиту университета «Дайгака», а также граждан Кайтара на его территории. Приказываю пиратствующим кораблям немедленно прекратить противозаконные действия под угрозой открытия боевых действий.

И тут же — новый голос: чистый катару, хотя и с заметным восточным акцентом:

— Говорит адмирал третьего класса королевского флота Кайнаня Син Ямарада. Моя эскадра в двадцати цулах к востоку от Колуна. Иду на помощь законному правительству Хёнкона полным ходом. Предупреждаю ценганьскую эскадру: попытка высадить десант или захватить яхту правящего регента Хёнкона будет рассматриваться как акт войны против независимого государства и университета «Дайгака». Имею полномочия от правительства Кайнаня пресекать военные действия силой оружия и предупреждаю, что применю его без малейших колебаний.

— Кайтё! — подал голос старший тактик. — Служба ПВО передает — есть визуальный контакт с шестью палубными штурмовиками класса «Инверно». Самолеты идут со стороны «Тумана-2» боевым курсом, вход в зону поражения зенитных батарей… произведен. Подразделения ПВО готовы открыть огонь. Инструкции?

— Всем, кто меня слышит! — динамик снова заговорил голосом адмирала Мариси. — Яхта «Рыба-меч» взята на абордаж вооруженными людьми в униформе ценганьской морской пехоты. Повторяю: яхта «Рыба-меч» взята на абордаж…

Громко щелкнуло, и голос оборвался.

— Кайтё! — в наступившей мертвой тишине поднял руку другой связист. — «Айран» передает: яхта захвачена, на борту два человека, сопротивления не оказали. «Айран» ожидает дальнейших приказов.

— Передает адмирал Перлиола, — снова ожило радио. — Считаю неопознанные корабли пиратскими судами. Приказываю немедленно прекратить любую активность. Поднимаю в воздух ударные эскадрильи и сближаюсь на расстояние артиллерийского контакта. Предупреждаю, что любые попытки причинить вред регенту Хёнкона приведут к немедленному открытию огня.

— Адмирал Старшиков предупреждает пиратов об угрозе уничтожения. Имею три линкора, два тяжелых крейсера и восемь эсминцев эскорта против ваших двух линкоров, двух тяжелых крейсеров и шести эсминцев. В случае продолжения агрессивных действий намерен поддержать огнем эскадру Кайтара.

Через открытые смотровые щели в бронированных стенах мостика донесся глухой рев моторов, и несколько самолетов на мгновение мелькнули за стеклом, сверкая на солнце полупрозрачными дисками пропеллеров. Аристократ из Тасиэ испуганно отступил подальше и постарался слиться с переборкой, словно ожидая тяжелых сотрясений от взрывающихся бомб. Адмирал Кон выругался, на сей раз уже вслух, его мысли лихорадочно метались. Что здесь происходит? С флотом Кайнаня все более-менее понятно — наверняка шпионы передали им информацию, куда и зачем отправилась эскадра Кона, и не встрять они просто не могли. Но каким образом корабли Кайтара и Ставрии оказались именно здесь и именно сейчас?

Неизвестно, блефуют иностранцы или нет, но огневой контакт с ними означает войну Ценганя одновременно с двумя могучими державами, которые, х-хаш, именно сейчас забыли о своих вечных сварах и выступают единым фронтом. Хотя иностранцам и придется вести заокеанские кампании, исход сомнений не вызывает: их флоты в пять раз сильнее, а Кайнань, даже если не влезет в драку сам, с удовольствием предоставит им сухопутные базы снабжения.

И даже если король сумеет откупиться репарациями, эскадра адмирала Кона окажется пущена ко дну в течение ближайшего часа как максимум. А вместе с ней — больше шести тысяч человек флотского персонала и морской пехоты. И, значит, мятежники в Хёнконе в любом случае пройдут сквозь огонь, не вспотев.

Остается одно: убедить иностранцев, что Хёнкон нуждается в защите. Придется сойтись в словесном поединке с лже-регентом, но как раз на такой случай здесь и присутствует младший сёнагон Иностранного приказа.

— Кайтё, ПВО сообщает о появлении новых быстрых целей со стороны «Тумана-2», — напряженно сказал старший тактик. — БИЦ предполагает, что кайтарцы запускают новые штурмовые авиазвенья. «Туман-1» быстро сближается по прежнему вектору, время до зоны артиллерийского контакта — четыре минуты.

— Передать на «Айран» — освободить пленных, отменить захват яхты, убрать с нее наших людей, — приказал адмирал сквозь зубы. — Передать подразделениям ПВО всей эскадры: игнорировать кайтарские самолеты, не поддаваться на провокации. Я все еще в эфире? — осведомился он у связиста, поднимая микрофон.

— Да, кайтё.

— Говорит адмирал Кон, — тяжело проговорил адмирал, стараясь говорить медленно и разборчиво, чтобы иностранные переводчики не упустили ни единого слова. — Внимание всем, кто меня слышит. Информирую, что, в соответствии с данными Управы благочиния Ценганя, в Хёнконе состоялся военный переворот. Пользуясь отсутствием паладаров, адмирал Мариси Мигото самовольно назначил себя правящим регентом и подослал убийц к законному правительству Хёнкона за рубежом. Флот Ценганя проводит операцию по обеспечению безопасности гражданских жителей Хёнкона и подавлению переворота. Мои солдаты отпустили яхту «Рыба-меч» и находящихся на них преступников, однако я призываю всех проявить благоразумие и перестать мешать мне в проведении операции. Готов предоставить исчерпывающие доказательства, а также допустить подразделения Кайтара и Ставрии…

Он слегка скрипнул зубами.

— …и Кайнаня к участию в сухопутной операции.

— Говорит адмирал Мариси Мигото! — снова зазвучало из динамика. — Подтверждаю отступление ценганьской абордажной команды. Адмирал Кон Дзяо Син, тебя жестоко обманули. В Хёнконе не происходило никаких переворотов. Все мои действия согласуются с инструкциями, заранее составленными регентом Сторасом Медведем и ректором Кариной Мураций. Ускоренное формирование органов самоуправления уже идет, и мои слова могут подтвердить граждане всех государств, находящихся на территории Университета. Мне известно о преступлении под Тасиэ, но заявляю, что ни я, ни кто-либо еще в Хёнконе не имеет к нему ни малейшего отношения. Призываю всех проявить хладнокровие и не допустить необдуманных действий с далеко идущими последствиями. Адмирал Кон, приглашаю для проведения переговоров на нейтральной территории — с вооруженной охраной, если ты мне не доверяешь. Также обращаюсь к командирам эскадр Кайтара, Ставрии и Кайнаня. Приглашаю также и вас. Местом проведения переговоров назначаю свою яхту.

— И что я должен делать, атара? — язвительно спросил Кон человека из Тасиэ, пробурив его тяжелым взглядом. Младший сёнагон выглядел перепуганным до полусмерти. Судя по всему, он никак не ожидал, что вместо легкой увеселительной прогулки окажется посреди потенциального поля боя. Даже штатский, он наверняка понимал, чем закончится сражение эскадры Ценганя с объединенным флотом Ставрии и Кайтара, к которому вот-вот подтянется еще и неизвестное количество кайнаньских кораблей. — Меня отправили сюда, чтобы огнем выжечь мятежников, не для дипломатических переговоров. Дипломат здесь ты. Не хочешь взять инициативу в свои руки?

— У меня нет полномочий, — слегка заикаясь, откликнулся тот. — Я… я не могу! Я просто наблюдатель, адмирал!

Кон презрительно сплюнул. Вандабань! Чего и следовало ожидать, впрочем. Возможно, при королевском дворе он не последняя шишка, но взять на себя такую ответственность без долгих публичных расшаркиваний, закулисных переговоров, сделок и подкупов? Да никогда в жизни.

— Передать всем: орудийные башни в походное положение, — приказал он тактику. — Не стрелять без приказа, не поддаваться на провокации. Если у кого-то палец на гашетке дрогнет, лично за борт вышвырну. Адмирал Мариси, — он снова поднес ко рту микрофон, — говорит адмирал Кон. Прибуду на твою яхту через несколько минут. И я ожидаю очень хороших объяснений по поводу происходящего.