Чтение онлайн

Впервые Валик ощутил в этом взгляде, что в глаз ему теперь точно не дадут, но очень хотят дать что-то другое. Будто в подтверждение этих мыслей, Макар снова присосался к нему, уже не так захлебываясь от жадности, словно вспомнив, как получать максимальное удовольствие от процесса. Прикусывал Валины губы, втягивал его язык, а потом грубо затыкал своим, а руками в это время активно исследовал Валин живот под свитером, спускаясь по знакомому маршруту к члену. И там, к Валиному стыду, его уже с готовностью ждали.

— Окей, я понял, как это работает. Типа. Чё делать-то будем, Валь? Только не говори мне про трусы опять, а то я их прямо тут и сниму. — Отлепившись, Макар, красный до ушей, уставился на него. — Причем с тебя.

— Я… ничего с этим делать не собираюсь, — подобрался Валик, старательно игнорируя ноющее чувство внизу живота. — Ты сам до меня докопался.

— Естественно, — хмыкнул Макар и быстро чмокнул его в губы. — И буду продолжать докапываться, когда ты такой. Горячий сорокаградусный долбоеб, блядь.

Снова чмокнул, и еще, и потом уже, не останавливаясь, увлек в новый поцелуй, и Валик вдруг как-то поплыл, беспокойство о том, что в соседней комнате мама гремит посудой и Варя громко смотрит мультики, как-то отошло на задний план, растворило его в новых ощущениях и сделало смелее. Количество серого вещества окончательно перекочевало из мозга вниз, заставляя Валика вцепиться Макару туда же, где сейчас трогали его самого.

— Бля, — вздрогнул Макар, промычав ему в губы что-то матерное, мазнул языком по щеке и поймал мочку уха, отчего у Валика перед глазами мелким песком поплыли формулы. — Чем ты так пахнешь, на хуй?

Сопение возле уха постепенно переходило в тяжелое дыхание. Валик вспомнил, как накануне помылся детским гелем Вари, потому что все остальное резко кончилось, мамины пузырьки он трогать больше не осмеливался, а ядреный папин «Акс Эффект» терпеть не мог, и кислотно-розовая бутылочка с нарисованными бананами и надписью «Сладкие мечты» всплыла перед глазами, как приговор.

— «Принцессой», кажется, — промычал он.

— Точно, блядь, принцессой.

Макар водил носом по Валиной шее, руками уже потрогал у него спереди все, что можно, отметив, что, в принципе, ничего не упало ни у него, ни у этого умника, а только сильнее напряглось, и в целом тискать пацана ему понравилось. Хотелось еще по привычке за зад помацать, он полез руками под Валины булки, но в этот момент ручка межкомнатной двери, как назло, щелкнула, и Валик резко дернул балконную дверь, впуская в комнату поток прохладного воздуха.

— Ку-ку… курить можно тут! — И пулей выскочил из-под рук Макара, столкнувшись с мелкой.

— Валя! Дай мне подалок!

— Ну мы же с тобой договорились, что до завтра подождем, — вздохнул Валик. — Варь, давай ты нам не будешь мешать пока, ладно?

— А что вы делаете? Можно мне тоже? Я хочу лего.

— Чё, мелкая, может, хочешь со мной покурить? Бл… блин, Валечка, принесешь сиги? В куртке оставил.

Макар поправил задравшуюся футболку, хмыкнул, глядя на Валика, который и сам выглядел как ходячая реклама терафлю.

— Варь, на балкон не ходи, там холодно. А ты, — умник посмотрел на Макара, будто хотел сказать что-то другое, — ничего больше не трогай. — И добавил: — Аккуратнее, там реактивы лежат.

Когда он вернулся с пачкой и зажигалкой, Макар глядел в окно, спиной чувствуя изучающий взгляд мелкой. Она крутилась сзади, заворачиваясь в занавеску и напевая что-то по-принцесски. Глазищи у нее были такие же, как у Валечки, только не охуевшие.

— На вот, а то простудишься, — сказал Валик, уронив на пол резиновые шлепки-абибасы.

— У, какие мы заботливые, — хмыкнул Макар, просовывая в них ноги. — Дверь закрой, а то мелкая надышится. Слышь, мелочь, не дыши тут!

Макар открыл фрамугу и зажег сижку. Дымить ему сейчас особо не хотелось, но Валик стоял рядом, поэтому он решил покурить подольше. На улице уже почти стемнело — в декабре самые короткие световые дни. Сквозь окно комнаты на балкон проникал приглушенный занавеской свет, окрашивая эти сумерки в какой-то желто-фиолетовый, а обстановку превращая в пиздец романтичную. Макар выдул сизый дым в щель и покосился на Валю: тот явно его разглядывал украдкой, хотя делал вид, что ему совершенно похер. Ага, как же! Уши у него до сих пор красные, а кадык подрагивал каждый раз, как Макар делал затяжку. Тишина стояла такая, что было слышно, как с шипением прогорает табак.

Очень кстати Варю позвала мама — убирать разбросанные игрушки на кухне, и она, прекратив вымучивать занавеску, убежала. Дверь в комнате хлопнула, и из зала донеслось, как отец щелкает пультом, выбирая каналы, а мама бубнит на Варю и ее снеговика. Не зная, куда деть руки, Валик снял очки и, хмурясь, принялся протирать стекла краем майки.

— Посмотри на меня, — сказал Макар, и Валик поднял голову. — Ебать, ты без очков на человека похож даже, а не на портрет из лаборатории.

Без очков Валик, как и любой человек, их носящий, чувствовал себя беззащитным, потому поспешил протереть и второе стекло, но надеть их ему не дали: Макар, бросив окурок в первую попавшуюся пустую банку из-под кофе, которые Валик бережно мыл и сушил на застекленном балконе, используя потом в качестве тары, быстро оглянулся, ухватил его за плечи и шагнул за старый кухонный шкафчик, сосланный на балкон мамой.

— Да что ты, блядь, делаешь? — возмутился Валик, как никогда остро чувствуя сейчас, что он младше Макара.

— Тебе вот все надо знать? Заткнись и кайфуй.

По уверенным движениям, с какими Макар лез под пояс его джинсов, Валик понял, что настроен он решительно. В комнате пока было тихо, но это не означало, что там нет вездесущей Вари, поэтому руки Макара Валик отпихивал молча, но безуспешно, потому что горячие пальцы сжали обе его ягодицы под джинсой, а сердце у Валика, судя по ощущениям, тоже курлыкнуло, как тот ебучий влюбленный голубь у ларька.

Макар дернул его на себя и издал знакомый звук, примерно такой же, как издавали мужики в порнухе, когда отвешивали смачный шлепок ладонью по чьей-то заднице.

— Охуеть! — сказал Макар. — У тебя типа попа сердечком? Как у настоящих принцесс?

— Ты ебанулся? — спросил Валик, но, разумеется, риторически, потому что его собственная рука уже лежала у Макара на животе. Твердом и горячем, тоже под футболкой. Макар весь был горячий, стоять с ним рядом было жарко и дышать трудно, и, видимо, поэтому губы у Вали пересыхали, и он их облизывал чаще, чем мог бы.

И когда казалось, что Макар снова отключит его мозг одним касанием к ним, раздалось перхание и приглушенный мат соседа, выползающего на балкон. Очень вовремя, поскольку скрипнула дверь в комнату и Варя громко сообщила, что хочет собрать конструктор.

Из распотрошенной коробки на пол уже сыпались прозрачные пакетики с деталями и брошюры.

— Варя, я же просил не мешать, — сказал Валик, выходя в комнату. — Давай вечером соберем, хорошо?

— Не прессуй ребенка, — натягивая край футболки ниже, чтобы не было заметно, какой именно «химией» они занимались, буркнул Макар. — Давай соберем, тут на полчаса работы… Так. Электромеханический конструктор. Гоночный автомобиль, значит.