Чтение онлайн

Дягилев не возобновил контракта с Фокиным. Тот сосредоточился на работе в Мариинском театре. Разрыв с дягилевской антрепризой и вынужденный союз с Кшесинской вызвали у него депрессию, немедленно проявившуюся в творческих неудачах. А война 1914 года окончательно привязала Фокина к Мариинке и упрочила его зависимость от Кшесинской, которая продолжала оставаться полновластной хозяйкой театра.

Кшесинская продолжала выступления с неизменным успехом, но она сама понимала, что возраст у нее уже не тот. Перед началом каждого сезона она звала на репетицию сестру и подруг по театру, чтобы они честно сказали ей, можно ли ей еще танцевать. Она не хотела показаться смешной в своих попытках не замечать времени. Но именно этот период стал одним из лучших в ее творчестве – с появлением у нее нового партнера, Петра Николаевича Владимирова, она словно обрела вторую молодость. Он окончил училище в 1911 году. Кшесинская влюбилась в него – может быть, это было одно из самых сильных ее увлечений за всю жизнь. Он был очень красив, элегантен, прекрасно танцевал и поначалу смотрел на Кшесинскую с почти щенячьим восторгом. Она была старше его на 21 год. Специально для того, чтобы танцевать с ним, Кшесинская решила выступить в «Жизели» – балете, в котором блистали Павлова и Карсавина. Для балерины в сорок четыре года это была совершенно неподходящая партия, к тому же Кшесинская не умела исполнять лирико-романтические роли.

Кшесинская с сыном Владимиром, 1916 г.

Кшесинская впервые потерпела неудачу. Чтобы подтвердить свою репутацию, Кшесинская тут же решила станцевать свой коронный балет – «Эсмеральду». Еще никогда она не танцевала с таким блеском…

Андрей Владимирович, узнав о страсти Матильды, вызвал Владимирова на дуэль. Они стрелялись в Париже, в Булонском лесу. Великий князь прострелил Владимирову нос. Тому пришлось делать пластическую операцию…

Последней заметной партией Кшесинской была заглавная роль немой девушки в опере «Фенелла, или Немая из Портичи».

Кшесинская могла бы танцевать еще долго, но революция 1917 года положила конец ее карьере придворной балерины. В июле 1917 года она покинула Петроград. Последним выступлением Кшесинской был номер «Русская», показанный на сцене Петроградской консерватории. Ее дворец на Кронверкском (теперь Каменноостровском) проспекте был занят различными комитетами. Кшесинская обратилась с личным письмом к Ленину с требованием прекратить разграбление ее дома. По его разрешению Кшесинская вывезла всю обстановку дома в специально предоставленном ей бронированном поезде, но самое ценное она сдала на хранение в банк – и в результате потеряла. Поначалу Кшесинская и Андрей вместе с сыном и близкими уехали в Кисловодск. Сергей Михайлович остался в Петрограде, затем был арестован вместе с другими членами царской семьи и погиб в шахте в Алапаевске в июне 1918 года, а через месяц Николай вместе с семьей был расстрелян в Екатеринбурге. Кшесинская тоже опасалась за свою жизнь – слишком тесной была ее связь с императорским домом. В феврале 1920 года она с семьей навсегда покинула Россию, отплыв из Новороссийска в Константинополь.

Брат Матильды Феликсовны Иосиф остался в России и долгие годы выступал в Мариинском театре. Его очень привечали – во многом в противовес сестре. Его жена и сын тоже были балетными танцовщиками. Умер Иосиф во время блокады Ленинграда в 1942 году.

Петр Владимиров пытался уехать через Финляндию, но не смог. Он попал во Францию только в 1921 году. Кшесинская очень переживала, когда в 1934-м Владимиров уехал в США. Там он стал одним из самых популярных русских педагогов.

Кшесинская вместе с сыном и Андреем Владимировичем обосновались во Франции, на вилле в городке Кап-д’Ай. Вскоре умерла мать Андрея, и по окончании траура Матильда и Андрей, получив позволение старших родственников, обвенчались в Каннах 30 января 1921 года. Матильде Феликсовне был присвоен титул Светлейшей княгини Романовской-Красинской, а ее сын Владимир был официально признан сыном Андрея Владимировича и тоже Светлейшим князем. В их доме бывали Тамара Карсавина, Сергей Дягилев, уехавшие за границу Великие князья. Хотя денег было мало – почти все ее драгоценности остались в России, у семьи Андрея средств тоже было немного, – Кшесинская отклоняла все предложения выступать на сцене. Но все-таки Матильде Феликсовне пришлось начать зарабатывать – и в 1929 году, в год смерти Дягилева, она открыла в Париже свою балетную студию. Преподавателем Кшесинская была неважным, но у нее было громкое имя, благодаря которому школа пользовалась неослабевающим успехом. Одними из первых ее учениц были две дочери Федора Шаляпина. Звезды английского и французского балета брали у нее уроки – Марго Фонтейн,

Иветт Шовире, Памелла Мей… И хотя во время войны, когда студия не отапливалась, Кшесинская заболела артритом и с тех пор двигалась с большим трудом, у нее никогда не было недостатка в учениках.

В конце сороковых годов она отдалась новой страсти – рулетке. В казино ее называли «мадам Семнадцать» – именно на это число она предпочитала ставить. Страсть к игре довольно скоро разорила ее, и доходы от школы остались единственным источником существования.

В 1958 году впервые на гастролях в Париже был Большой театр. К тому времени Кшесинская уже похоронила мужа и почти никуда не выезжала. Но на спектакль русского театра она не смогла не прийти. Она сидела в ложе – и плакала от счастья, что русский классический балет, которому она отдала всю жизнь, продолжает жить…

Матильда Феликсовна не дожила лишь девяти месяцев до своего столетнего юбилея. Она умерла 6 декабря 1971 года. Похоронена Кшесинская на русском кладбище Сен-Женевьев-де-Буа в одной могиле с мужем и сыном. На ней значится: Светлейшая княгиня Мария Феликсовна Романовская-Красинская, заслуженная артистка императорских театров Кшесинская.

НЕУМИРАЮЩИЙ ЛЕБЕДЬ

Гениальная русская балерина стала легендой еще при жизни. Легенды окутывают имя Анны Павловой до сих пор. В этом есть и ее вина. Она никогда не рассказывала о своей личной жизни, а про свое детство говорила крайне мало. Дату ее рождения удалось установить только в архивах, ее отчество до сих пор пишется по-разному. Не имея достаточно информации, журналисты всего мира соревновались друг с другом в сочинении историй о великой балерине. Она читала в газетах о своей несуществующей жизни – и смеялась. А потом шла танцевать. Ибо в танце была вся ее жизнь – жизнь истинная, настоящая, известная и открытая каждому.

Анна Павлова родилась 31 января 1881 года: ее мать, Любовь Федоровна, была прачкой, а отцом был записан Матвей Федорович Павлов, рядовой из тверских крестьян. Правда, по другим документам, дочь Анна была от первого брака Любови Федоровны – это дало впоследствии возможность много говорить о внебрачном происхождении балерины. Наиболее часто в качестве ее биологического отца называют богатого петербургского банкира Лазаря Полякова, в чьем доме Любовь Федоровна служила за несколько месяцев до рождения дочери. Как бы то ни было, Матвей Павлов с женой вместе не жил. Анна всю жизнь предпочитала своему официальному отчеству производное от фамилии – Анна Павловна.

Родилась Анна – или, как ее звали, Нюра – семимесячной и в детстве отличалась очень слабым здоровьем. Жили Павловы очень бедно, но по большим праздникам Любовь Федоровна всегда старалась порадовать любимую дочь. Когда ей было восемь лет, мать привела ее в Мариинский театр на балет «Спящая красавица».

Спектакль стал настоящим потрясением для чувствительной девочки. Особенно ей понравилась Аврора, главная героиня балета. Нюра загорелась желанием научиться танцевать так же, как она.

Измученная настойчивостью дочери, Любовь Федоровна привела Нюру в балетное училище. Но принять ее отказались: восьмилетняя девочка была слишком мала и слаба для балерины. Велели подождать.

Через два года Нюра снова поступала в училище. Экзаменаторы единодушно признали музыкальность и грациозность девочки, но ее физические данные вызвали немалые сомнения: тоненькое, почти прозрачное тело казалось слишком слабым для тяжелых нагрузок, которые неизбежны при серьезных занятиях танцем. Спас Нюру Павел Андреевич Гердт, известный танцовщик и педагог: он смог разглядеть в девочке способность к балету и непреодолимое желание танцевать. Именно по его настоянию Нюра Павлова вместе с десятью другими девочками была принята в 1891 году на балетное отделение Петербургского театрального училища.

Училище по порядкам напоминало монастырь: такой же строгий устав, железная дисциплина и отрезанность от внешнего мира. Нюру старались не нагружать занятиями – опасались за ее хрупкое здоровье, да и она сама была довольно ленива, особенно сначала, очень капризна и своевольна. Однако основы балетной техники схватывала на лету. От Александра Облакова Нюра перешла в класс к Екатерине Вазем, известной балерине и прекрасному педагогу, а затем – к Павлу Гердту. Педагоги, отмечавшие успехи Павловой в танце, беспокоились лишь о том, что ее сложение не соответствует тогдашним канонам сценической красоты. В то время были в моде балерины с хорошо выраженными формами (недаром говорили: «Балет существует для возбуждения потухших страстей у сановных старцев»), с развитой мускулатурой, позволявшей выполнять самые виртуозные элементы, с недлинными ногами, придающими балерине устойчивость в танце на пальцах. А Павлова была худенькая, миниатюрная, тонконогая, с маленькой головой, хрупким торсом и удлиненными пропорциями тела. Ее «воздушность» казалась недостатком и самой Нюре. Она старательно принимала рыбий жир, усиленно питалась, пыталась нарастить мускулатуру, но все было напрасно. За худобу подруги по училищу прозвали ее Швабра.