Чтение онлайн

При виде амулета свет озарения сошёл на меня, многие дремлющие воспоминания пробудились. Круглый и по-старинному причудливый, он был покрыт санскритскими письменами. Я понял, что он пришел от учителей из прошлых жизней, которые незримо направляли мои стопы. Действительно, в нём был некий отдалённый смысл, однако полную сущность амулета раскрыть невозможно».

В дальнейшем потеря Мукундой этого амулета и стала предвестницей его встречи с гуру.

Во время учёбы в школе Мукунда не отличался особой прилежностью, так как ум его был устремлён к поиску ответов на более глубокие вопросы, нежели те, которые изучала общеобразовательная программа. Вот какой суровый выговор однажды получил Мукунда от профессора кафедры философии Серампурского колледжа Д. Гхошала: «Вы игнорируете философские определения из учебника, несомненно, рассчитывая, что некая неутруждающая «интуиция» проведёт вас через все экзамены. Но если вы срочно не обратитесь к более научному методу, то мне придётся позаботиться о том, чтобы вы не закончили курс». Однако Мукунда пообещал своему отцу окончить школу, а встретив своего Учителя Шри Юктешвара, узнал о своей миссии в далёкой стране за океаном, где наличие образования – атрибут социального статуса и научного авторитета. Поэтому Мукунда, каким бы скучным ему это ни казалось, окончил Серампурский колледж, получив степень бакалавра Калькуттсского университета.

Вскоре после окончания учёбы Учитель Шри Юктешвар посвящает Мукунду в орден Свами и предлагает молодому монаху самому выбрать себе духовное имя. Таким образом, Мукунда становится Йоганандой, что в переводе с санскрита означает «Блаженство (ананда) через божественное единение (йога)». Так начиналась серьёзная просветительская деятельность Шри Йогананды по распространению духовного учения крийя-йоги.

«Крийя-йога – это инструмент, благодаря которому может быть ускорена эволюция человека, – объяснял своим ученикам Шри Юктешвар. – Йоги древности открыли, что секрет Космического Сознания тесно связан с господством над дыханием. Это уникальный и бессмертный вклад Индии в сокровищницу мирового знания. Жизненная сила, обычно занятая поддержанием деятельности сердца, может быть освобождена для более высоких видов деятельности методом успокоения и остановки непрестанной потребности в дыхании».

Шри Юктешвар настоял на том, чтобы кроме духовных исканий Йогананда занялся организационной работой, к которой молодой йог изначально питал отвращение, считая её неблагодарным трудом. Но в качестве подготовки своего ученика к выполнению миссии в Америке, Шри Юктешвар поручает Йогананде создать в городе Ранчи школу для мальчиков, которую тот называет «Йогода Сатсанга Брахмачарья Видьялая». В этой школе помимо общеобразовательных предметов юноши обучались еще и йоговской концентрации и медитации.

Когда пришло время, Шри Юктешвар отправил Йогананду в США для выполнения предназначения, в Бостоне молодому йогу предстояло выступить на Всемирном религиозном конгрессе. В «Автобиографии йога» Шри Йогананда так описывает свои переживания по поводу отъезда в далекую страну: «Собираясь покинуть учителя и родину ради незнакомых берегов Америки, я испытывал немалую тревогу, ибо приходилось много слышать о материалистической атмосфере Запада, весьма отличной от духовной почвы Индии, многие века проникнутой аурой святых.

«Восточный учитель, который решается на атмосферу Запада, – думал я, – должен быть смелее, чем решившийся на испытание лютых гималайских холодов!»

Однажды рано утром я начал молиться с твёрдым решением не останавливаться, пока не услышу голос Божий, даже если умру. Я жаждал Его благословения и уверенности, что не потеряюсь в тумане современного утилитаризма. Сердце моё готово было на поездку в Америку, но прежде ещё раз решило получить божественное соизволение.

Я молился, молился, заглушая вздохи. Ответа не было. Моя безмолвная просьба возрастала в мучительном крещендо, пока к полудню не достигла зенита, – голова больше не могла выдержать бремени мук. Если б я со всё возрастающей глубиной внутренней страсти воззвал ещё хоть раз, мне кажется, голова моя разлетелась бы вдребезги.

В этот момент из вестибюля, примыкающего к комнате на Гурпар Роуд, в которой я сидел, донесся стук. Отворилась дверь, и я увидел молодого человека в странном одеянии отречённого. Он вошёл, закрыв за собой дверь, и, отказавшись от моего приглашения сесть, показал жестом, что желает беседовать со мной стоя.

«Должно быть, это Бабаджи!» – подумал я, изумлённый, ибо у этого человека были черты молодого Лахири Махасая. Он ответил на мою мысль.

– Да, я – Бабаджи, – мелодично сказал он на хинди. – Отец наш Небесный услышал твои молитвы. Он велел мне сказать тебе: последуй веленью гуру и поезжай в Америку. Не бойся, ты будешь под защитой.

После волнующей паузы Бабаджи снова обратился ко мне:

– Ты тот, кого я избрал для распространения провозвестия крия-йоги на Западе. Когда-то много лет назад на кумбха-мела я встретился с твоим гуру Юктешваром, тогда я сказал, что пошлю тебя ему для обучения».

Когда Шри Йоганада отправился в Америку, его английский язык оставлял желать лучшего и за время путешествия молодой йог должен был его отшлифовать. Как-то один из пассажиров судна, на котором плыл Йогонанда, попросил его прочитать лекцию о «Битве Жизни». Не зная, как связать и двух слов, Шри Йогананда стоял перед аудиторией, которая не могла уже сдерживаться от смеха. Вот как этот эпизод описывает Йогонанда в «Автобиографии йога»: «Мне же тогда было не до смеха, призывно я послал учителю безмолвную мольбу.

– Ты можешь! Говори! – в тот же миг прозвучал его голос в моём сознании.

Мысли сразу вошли в дружескую связь с английским языком. Спустя сорок пять минут публика все ещё сохраняла внимание. Эта беседа принесла в дальнейшем множество приглашений на лекции перед различными собраниями в Америке.

Впоследствии мне никогда не удавалось вспомнить ни слова из того, что я говорил. Благодаря осторожным расспросам множества пассажиров, я услышал:»Вы прочитали вдохновляющую лекцию на динамичном и корректном английском языке». При этом вдохновляющем известии я скромно поблагодарил гуру за его своевременную помощь, вновь осознав, что он всегда со мной, пренебрегая всеми барьерами времени и пространства.

Время от времени в остаток океанского путешествия я испытывал мучительные предчувствия от предстоящего испытания – лекции по-английски на бостонском конгрессе.

– Господи, – молил я, – да будешь Ты, а не новые взрывы смеха в аудитории моим вдохновением!»

Шестого октября 1920 года в Бостоне Шри Йогананда обратился к конгрессу со своей первой лекцией, которая была хорошо принята и получила массу положительных отзывов. Так началась миссия молодого йога в западном мире. С тех пор Шри Йогананда выступал перед тысячами людей во многих крупных городах не только Америки, но и Европы. В 1925 году при помощи своих великодушных учеников Йогонанда основывает в Лос-Анджелесе американский центр общества «Самореализации».

В декабре 1935 года Шри Юктешвар незадолго до своего ухода в мир иной присваивает Йогананде монашеский титул Парамаханса, что в переводе с санскрита означает «Высочайший (парама) лебедь (ханса)». В индийской мифологии Брахма, Создатель Вселенной, использует лебедя как свое средство передвижения. Парамаханса – это аскеты-мудрецы самого высокого уровня, ищущие только освобождение, они не ощущают ни счастья, ни несчастья, они постоянно умиротворены и пребывают в непоколебимой медитации, концентрируясь только на Боге. В древнем трактате «Джабала Упанишада» образ парамаханса описан так: «…находящийся за пределами пар противоположностей (радости и горя и т. д.), без имущества, всецело предавшийся пути истины, Брахману (высшему первоисточнику бытия), с чистым сердцем, свободный от чувства «моё», предающийся чистой медитации, твёрдо укоренившийся во всевышней Сущности, уничтоживший все плохие деяния, ставший свободным от тела посредством отречённости – он называется Парамахансой».

За свою жизнь Йогананда встречался и дружил с целым рядом ярких и выдающихся личностей, таких, например, как Рабиндранат Тагор, Лютер Бербанк, Тереза Ньюмен, Махатма Ганди, Ананда Мои Ма.

Уход из жизни Парамахансы Йогананды был ещё более необычным, чем его удивительная жизнь. Седьмого марта 1952 года в Лос-Анджелесе, после окончания своей речи на банкете в честь индийского посла, Йогананда вошёл в махасамадхи (окончательный сознательный выход йога из тела). Директор лос-анджелесского морга, куда временно было помещено тело йогина, мистер Гари Роу, отправил Товариществу Самопознания нотариально заверенное письмо. Вот выдержки из этого письма: