Чтение онлайн

Другой поворотный пункт в жизни Юнга следует отнести к концу Второй мировой войны. В начале 1944 года, пишет Юнг, он сломал ногу, а также у него приключился инфаркт, во время которого он потерял сознание и почувствовал, что умирает. У него возникло космическое видение, в котором он рассматривал нашу планету со стороны, а самого себя не более чем сумму того, что он когда-то сказал и сделал в течение всей своей жизни…

Он неизбежно односторонен, поскольку такова его сущность. Увеличение объема одновременного содержания сознания приводит к его немедленному затуманиванию и спутанности вплоть до полной деформации. Сознание не просто требует ограничений, но по своей сути оно само есть самое строгое ограничение. Суть сознания – расщепление на отдельности, фрагменты…

Сотрудничество Юнга в последние годы жизни с физиком Вольфгангом Паули привело обоих к убеждению, что изучение физиками глубин материи, а психологами – глубин психического, могут быть лишь разными способами подхода к единой, скрытой реальности. Ни психология, ни физика не может быть в этом случае достаточно «объективной», поскольку наблюдатель неизбежно влияет на наблюдаемый эффект, а само разделение субъекта и объекта наблюдения сменяется неким их синтезом…

В возрасте 83 лет на исходе своих дней Юнг заключает: «Даже сегодня я продолжаю оставаться одиноким, так как вынужден узнавать и постигать предметы, которые недоступны другим, да большей частью люди вообще не желают о них знать».

Умер Юнг в своем доме в Кюснахте 6 июня 1961 года. Местный пастор в погребальной речи назвал покойного «пророком, сумевшим сдержать всеохватывающий натиск рационализма и давшим человеку мужество вновь обрести свою душу».

В детские годы он считался вундеркиндом. Став взрослым, Спейр ударился в магию и оккультизм, а талант художника и стихотворца позволил отразить ему спонтанно возникающие запредельные образы на холсте и бумаге. Имея резон называть себя основателем нового направления в магии, он, тем не менее, не сумел распространить свое учение, которое сохранилось только благодаря узкому кругу его приверженцев. Причиной явилось отсутствие у него организаторского таланта, чтобы стать лидером, а также неспособность изложить свои замысловатые рассуждения более популярно.

Остин Осман Спейр (Austin Osman Spare) родился 30 мая 1886 года в селении Сноу Хилл вблизи Лондона пятым по счету ребенком в семье отставного полицейского. Почти единственным его развлечением в ранние детские годы было рисование. Не имея других игрушек, уже с четырех лет он постоянно сжимал в руке карандаш, изображая на клочках бумаги, оставшихся от школьных тетрадей его старших братьев и сестер все, что находилось перед его глазами. Родители первыми оценили незаурядный талант своего отпрыска и в 12-летнем возрасте отдали его в художественную школу. Примечательно, что и в обычной школе Остин учился очень хорошо, увлекался чтением художественной литературы, в особенности стихами Гомера и Омара Хайяма, которые привлекали его экзотичностью и скрытым подтекстом. А будучи подростком, он неожиданно для всех проявил способности и в стереометрии, получив за одну из своих работ, представленных на конкурс, престижную математическую премию. Все эти увлечения не прошли даром и в дальнейшем отразились на его основном творчестве…

После окончания школы Остин поступает в Королевский колледж искусств и в том же году выставляет свою первую картину в Королевской Академии. Именно тогда в прессе появились восторженные заметки о том, что в Англии появилось новое художественное дарование.

Однако вскоре Остин забросил учебу в колледже изящных искусств, найдя обучение в этом престижном заведении слишком скучным, и уже в 1905 году издал свой первый альбом художественных работ на инфернальную тему под названием «Ад земной». Как указывал позднее сам Спейр, большинство его рисунков исполнены методом автоматического письма. Эту методику, хорошо известную среди оккультистов и медиумов, Спейр в последующем применял и при создании своих философских работ. Он был убежден, что некий таинственный разум водил его рукой, когда он писал картины или книги.

В других случаях Спейру достаточно было резко мотнуть назад головой, чтобы увидеть и других духов, прячущихся у него за спиной, которые также являлись иногда источником его вдохновения…

В последующие годы, используя свой метод, он иллюстрировал художественные книги, что давало ему средства для существования, а через два года издал еще один альбом фантасмагорических рисунков под названием «Книга сатиров». Именно с этого времени Спейр начал всерьез интересоваться духовными вопросами, а также пользоваться протекцией со стороны богемы. В 1907 году его работы высоко оценил небезызвестный Алистер Кроули, найдя в Спейре своего единомышленника. Однако далеко не всем его работы были по душе. Критики находили его рисунки извращенными либо ущербными, поскольку они вызывали у них неприятные ассоциации. Устав выслушивать обидную критику в свой адрес, Спейр решил писать в реалистической манере, изменив модернизму, однако эти его рисунки и картины почти не пользовались спросом. В результате ему пришлось расстаться с изысканными апартаментами, к которым он уже успел привыкнуть, и поселиться в Ист-Энде – самом бедном и неспокойном районе Лондона с высоким уровнем преступности.

Спейр снял убогую квартиру по соседству с таинственной миссис Петерсон, которая выглядела как ведьма в каноническом понимании и, действительно, являлась таковой. Это была жутковатого вида старушонка с клочковатыми седыми волосами, воспаленными веками, постоянно что-то бормочущая про себя. Однажды в коридоре она остановила соседа, схватив его за рукав, и скрипучим голосом произнесла: «Послезавтра, парень, ты сломаешь палец, да ты и сам это, наверное, знаешь…» Весь следующий день Спейр испытывал непонятное беспокойство, а еще через день внезапно потерял равновесие и загремел с лестницы, сломав себе мизинец. С этого самого момента между соседями началась странная дружба. Загадочная Миссис Петерсон поведала юному соседу, что она является незаконнорожденной дочерью какого-то лорда и в юности жила в хорошем доме. А в качестве доказательства ведьма прямо на глазах Остина на мгновение обернулась привлекательной и богато одетой дамой. Кроме того, старуха утверждала, что среди ее предков имеются и знаменитые салемские ведьмы, избежавшие наказания во время шумных процессов 1692 года. В результате Спейр, жалеючи, а, может, и в знак уважения, начал делиться с каргой своими скудными средствами, полученными от продажи картин. Ведьма в благодарность начала обучать молодого художника приемам магии, в которой, как сказала старуха, у Остина был нераскрытый талант. В результате тот очень скоро овладел искусством предсказывать ближайшие события. А однажды старуха привела его и на колдовской шабаш, где прошел обряд посвящения Остина Спейра в маги…

В 1909 году Остин Спейр вступил в тайное оккультное сообщество «Аргентум Аструм» небезызвестного Алистера Кроули. Поначалу партнеры ладили, но Спейр привык все делать по-своему, впрочем, как и Кроули, а поэтому их пути скоро разошлись. После этого Спейр открыл свой магический салон, куда приглашал людей, озабоченных проблемами будущего. Однако дело не приносило большой доход, но не из-за того, что его пророчества оказались ложными, а только лишь потому, что район Ист-Энда населяли одни бедняки. Сам Остин в то время занимал каморку в цокольном этаже старого здания. Однажды туда заглянул его приятель по фамилии Джилс, который так описал это жилище: «Мне показалось, что я попал в келью Фауста. Здесь царил полумрак, который придавал обстановке таинственность. На столе стояли различные колбы и реторты, над которыми клубился дымок. На стенах были развешаны магические пентаграммы и символы, а под потолком висели пучки пахучих трав…». Спейр неоднократно признавался своему другу, что им овладел демон Асмодеус, который и наделил его пророческим даром…

Спейр показал Джилсу свое искусство аппортации, заключающееся в материализации предметов «из ничего». Этой способностью обладали многие медиумы, которые во время спиритического сеанса создавали из эктоплазмы, вытекающей из их собственного тела, самые разные вещи. Остин объяснил приятелю, что сейчас он материализует свежие, только что срезанные розы. Он открыл какую-то очень древнюю книгу, погрузился в ее чтение, а потом еще несколько минут с ужимками размахивал руками. Закончив странную «гимнастику», Остин отчетливо произнес слово «розы», после чего в помещении послышался запах роз, словно приятели попали в оранжерею. Тем не менее самих роз нигде не было видно… Остин же сразу же, как только это закончилось, сжался в комок, словно от колик в животе и, с трудом добравшись до дивана, немедленно уснул – магический ритуал забрал у него слишком много сил.