Чтение онлайн

К тому времени Грозный уже давно ведет дружественную переписку с Елизаветой I Тюдор о сотрудничестве России с Англией. Еще в 1566 году он испросил у Елизаветы разрешения в случае мятежа бежать в Англию. Для укрепления отношений между Россией и Англией Иван, несмотря на то что у него на тот момент была жена, Мария Нагая, решает жениться на англичанке. По некоторым сведениям, даже обсуждался брак с самой королевой Елизаветой. И это вполне возможно. Ведение брачных переговоров для королевы-девственницы (такое прозвище получила Елизавета) было стандартным способом поддержания дружеских отношений со многими дворами Европы.

Елизавета отправляет Ивану своего лейб-медика Роберта Якоби. Королева пишет:

«Мужа искуснейшего в целении болезней уступаю тебе, моему брату кровному, не для того, чтобы он был не нужен мне, но для того, что тебе нужен. Можешь смело вверить ему свое здравие. Посылаю с ним, в угодность твою, аптекарей и цирюльников, волею и неволею, хотя мы сами имеем недостаток в таких людях».

Иван много беседовал с Якоби и в частности расспрашивал его, нет ли среди англичаноквысокого происхождения невесты, «достойной Венценосца». Вполне возможно, что Якоби был заранее настроен на подобное развитие беседы. Он ответил, что подходящая кандидатура имеется. Это тридцатилетняя племянница королевы по материнской линии Мария Гастингс. После чего лейб-медик щедро расписал Ивану достоинства предполагаемой невесты.

В августе 1582 года Грозный отправляет в Англию посла, некоего Писемского. Перед ним Иван поставил такие задачи:

«1) Условиться о тесном государственном союзе между Англиею и Россиею.

2) Быть наедине у Королевы и за тайну открыть ей мысль Государеву в рассуждении женитьбы, если Мария Гастингс имеет качества, нужные для Царской невесты: для чего требовать свидания с нею и живописного образа ее (на доске или бумаге).

3) Заметить, высока ли она, дородна ли, бела ли, и каких лет?

4) Узнать сродство ее с Королевою и сан отца; имеет ли братьев, сестер? Разведать о ней все, что можно. Буде Королева скажет, что у Государя есть супруга, то ответствовать: правда; но она не Царевна, не Княжна Владетельная, не угодна ему и будет оставлена для племянницы Королевиной.

5) Объявить, что Мария должна принять Веру Греческую, равно как и люди ее, которые захотят жить при дворе Московском; что наследником Государства будет Царевич Феодор, а сыновьям Княжны Английской дадутся особенные частные владения, или Уделы, как издревле водилось в России; что сии условия непременны, и что в случае Королевина несогласия тебе велено требовать отпуска».

Что касается первого пункта — договоренности вроде бы были достигнуты достаточно легко. По всем же остальным — вышла заминка. При этом вряд ли Елизавету смущало то, что у Ивана уже есть жена. Она была дочерью Генриха VIII, большое количество жен которого стало притчей во языцех. По всей видимости, Елизавета колебалась.

19 октября 1582 года Мария Нагая произвела на свет сына. Это нисколько не повлияло на решение Ивана избавиться от жены и вступить в брак с англичанкой. Посол в Англии никаких новых распоряжений не получил. Поэтому, когда до Англии дошли сведения о рождении ребенка, он заявил английским министрам: «Злые люди выдумали сию новость, чтобы препятствовать Государеву сватовству, благословенному для вашего и моего отечества. Королева должна верить единственно грамоте царя и мне, послу его».

И Елизавета, и сама Мария Гастингс поначалу склонялись к тому, чтобы дать согласие на предложение Ивана, но потом невеста все же испугалась вполне оправданных слухов о неуравновешенности Ивана и его злобном характере. Впрочем, послу об этом никто не сказал. Иван же полагал, что вопрос о его женитьбе практически решен.

В конце 1583 года Писемский вернулся в Россию вместе с английским послом. Неожиданно выяснилось, что по первому пункту поручений Писемскому возникали некоторые затруднения. Англия отказывалась «дружить против» Речи Посполитой и не поддерживала мысли Ивана возобновить против последней совместную войну. Кроме того, посол требовал серьезных торговых привилегий, а именно — чтобы только английские купцы могли входить в северные гавани России. Обсуждение этих противоречий заняло почти полтора месяца и не принесло результатов.

Затем посол был приглашен для тайного и более деликатного разговора о сватовстве Ивана к Марии Гастингс. Но и здесь царя ждало разочарование. Вот как передает этот разговор Карамзин:

«Дав знак рукою, чтобы Баус с толмачом своим, Юрьев, Вельский, Андрей Щелкалов к нему приближились, Иоанн рассказал всю историю английского сватовства, все слышанное им от медика Роберта и Писемского; изъявил добрую волю жениться на Марии Гастингс; хотел знать, желает ли Королева сего брака и согласна ли, чтобы невеста приняла нашу Веру? Баус ответствовал, что Христианство везде одно; что Мария едва ли решится переменить Закон; что она слабого здоровья и не хороша лицом; что у Королевы есть другие ближайшие и прелестнейшие свойственницы, хотя он, без ее ведома, и не смеет назвать их; что Царь может свататься за любую».

Таким образом, Иван не оставил своих надежд найти английскую невесту. Неудачу же первой части переговоров он приписывал упрямству английского посла. Для достижения своих целей Иван собирался отправить в Англию новое посольство, но его надеждам не суждено было сбыться. В феврале 1584 года царь тяжело заболел, а 18 марта — скончался. По свидетельству некоторых современников, он был отравлен. Недостоверность и бездоказательность этих свидетельств не позволила нам сделать Ивана IV Васильевича (Грозного) непосредственным героем нашей книги. Но обойти в ней фигуру человека, с которым связано такое количество кровавых преступлений, мы не могли.

Царевич Дмитрий родился и провел первые два года своей жизни не в самой благоприятной обстановке. Но после смерти отца все только ухудшилось. В ночь с 18 на 19 февраля на российский престол вступил старший сын Ивана Федор. Как и предполагал Грозный, Федор оказался человеком не очень приспособленным к управлению Россией. По крайней мере, не к такому управлению, к какому страна привыкла за годы правления Ивана. Федор был человеком мягким, незлобивым, чрезвычайно набожным. Многие также говорят о некотором слабоумии нового государя. Оставляя государство Федору, Иван велел принимать государственные решения своим приближенным боярам. Среди них были князь Иван Петрович Шуйский и Борис Годунов, на сестре которого, Ирине, был женат новый царь.

Сразу же после смерти Ивана Грозного Мария Нагая, царевич Дмитрий и их родственники были удалены в Углич. Приближенные царя опасались, что родственники царской вдовы поднимут мятеж с целью посадить на престол малолетнего Дмитрия. Вскоре приближенные царя разбились на две враждующие партии. Одну возглавлял Борис Годунов, другую — Иван Шуйский. Начались всевозможные интриги. Борьба за власть долго протекала при небольшом преимуществе Годунова. В 1587 году Шуйский и его сторонники решили сыграть ва-банк и проиграли. Они, заручившись поддержкой митрополита Дионисия, подали Федору челобитную, в которой просили развестись с Ириной, сестрой Годунова, и вступить в новый брак. Мотивировали это тем, что Ирина якобы бесплодна и этого требует необходимость продолжения царского рода. Федор очень любил Ирину и отказался с ней развестись. Шуйские были сосланы, Дионисий лишен сана, а другие их сторонники попали в опалу. С этого момента царский шурин Борис Годунов, пользуясь мягкостью Федора и его равнодушием к государственным делам, стал безраздельно править страной.

На этом поприще Борис проявил себя как талантливый и мудрый правитель. Об этом говорят многие предложенные и проведенные им в жизнь государственные изменения, предпринятые как до, так и после смерти царевича Дмитрия.

Казалось бы, теперь ничто уже не могло поколебать могущества Бориса Годунова. Но, победив противников и утвердив свою власть в Москве, он стал задумываться о будущем. А будущее было, по меньшей мере, туманно. Наследника у царя Федора не было. Не было и гарантий, что он когда-нибудь появится. Сам Федор отличался плохим здоровьем, и на то, что он будет царствовать еще многие годы, рассчитывать не приходилось. После него на престол взойдет царевич Дмитрий, воспитываемый в данный момент своими родственниками в Угличе. Родственники эти к Годунову относятся крайне враждебно, и вряд ли в этом отношении что-то изменится — ссылку в Углич они не простят. Наверняка они смогут привить подобные чувства и царевичу. К тому же, говорили, что малолетний Дмитрий унаследовал многие черты характера от отца. Следовательно, лучшее, что ожидает Бориса, после того как на царский трон сядет Дмитрий, — опала. Но и этот вариант кажется вполне привлекательным по сравнению с другими, более вероятными: ссылка, пытки, казнь. Если руководствоваться знаменитым принципом криминалистики «ищи, кому выгодно», Борис Годунов явно имел все причины желать смерти Дмитрия. При этом даже не обязательно, что организация смерти царевича могла быть способом сохранить за собой власть. Речь для Годунова уже шла о жизни и смерти.