Чтение онлайн

Главным было то, что Миланский эдикт провозглашал веротерпимость, свободу вероисповедания, т. е. равноправие религий, отменял предыдущие дискриминативные распоряжения. Он был направлен на стабилизацию обстановки, умиротворение империи. Не вызывает сомнения, что религиозный мир в империи Константин и Лициний считали одним из непременных условий мира гражданского. Что же касается христиан, то эдикт, конечно, открыл перед ними широкие возможности, но пока лишь уравнивал их в правах с другими верующими. В нем опять было подтверждено прекращение гонений. Христианам было предоставлено право распространять свое учение. Им немедленно должны были быть возвращены церкви, кладбища и вообще все, что у них было отнято. Эдикт обещал возмещение ущерба из государственной казны через суд, если места собраний были уже куплены частными лицами.

Следует отметить, что впервые в эдикте был опущен термин «государственные боги». Авторы постоянно обращались к некоему абстрактному небесному божеству, что уже говорило о сочувствии христианству.

В дальнейшем Константин внимательно следил за тем, чтобы христианская церковь обладала всеми привилегиями, которыми пользовались и языческие жрецы. Эта политика в большей степени «открывала дорогу христианству», чем конкретные меры, прописанные в Миланском эдикте и осуществленные сразу после его опубликования.

Константин планомерно выдвигал христианство на первое место среди всех культов. Были отменены языческие игры, а частным лицам было запрещено приносить жертвы идолам на дому. Христианское духовенство было освобождено от гражданских повинностей, а церковные земли от общих налогов, рабы при церквях могли освобождаться без обычных формальностей. В 321 г. Константин повелел по всей империи праздновать воскресный день. Церкви было дано право получать имущества по завещаниям, христиане были допущены к занятию высших государственных должностей, строились христианские храмы, в которые было запрещено вносить императорские статуи и изображения. При этом Константин лично принимал самое активное участие в разрешении церковных споров, выделял войска для подавления сопротивления «еретиков» (донатистов, к примеру), инициировал созыв церковных соборов (на которых сам и председательствовал) и унификацию канонических установлений.

Вряд ли стоит сомневаться в том, что Константин Великий видел в монотеистическом христианстве с его сложившейся прочной церковной организацией прообраз необходимой для поддержки сильной центральной государственной власти государственной религии. И хотя официально таковой христианство стало лишь в конце IV в., уже Константин показал, что включает его в структуру государственного управления. Он активно вмешивался в церковные дела, лично руководил многими процессами. Так, именно он собрал и провел Первый Вселенский церковный собор в городе Никее, который стал важнейшим этапом в развитии христианского учения.

Целью собора, в первую очередь, было решение сугубо богословского, казалось бы, спора между сторонниками египетского священника Ария и его противниками. Арий был пресвитером одной из церквей в Александрии и авторитетным теологом. Он, как и многие восточные духовники, был прекрасно знаком с логикой и философией, столь почитаемыми и культивируемыми веками в эллинистическом мире. Александрия была крупнейшим центром гуманитарной науки того времени. Здесь всегда было достаточно интеллигенции, среди представителей которой находили отклик самые замысловатые философские теории, совершенно недоступные большинству населения империи. Так что и проповеди Ария отличались остроумными логическими построениями, не всегда совпадающими с догматами, которых придерживалось большинство христиан. И все бы ничего, да только пресвитер начал конфликтовать с местным епископом Александром. В свое время тот победил Ария на выборах, и теперь «строгий старик» (так описывают Ария источники) использовал любой повод, чтобы перечить начальнику даже в мелочах. Тот отвечал взаимностью.

Одной из таких мелочей стал вопрос о сущности Иисуса Христа. Арий утверждал, что Христос не существовал изначально, как его всемогущий Отец, а был сотворен последним как человек и только через свою правильно выбранную линию поведения получил божественный статус. Вопрос о характере и природе членов Троицы не в первый раз становился предметом дискуссий в христианской церкви, но теперь он стал причиной настоящей войны, охватившей весь христианский мир, и в первую очередь Восток. Александр собрал Поместный собор, который осудил учение Ария. Его участники утверждали, что Христос существовал и до рождения, что он так же божественен и тождественен Отцу. Арий не сдался, а обратился за поддержкой к влиятельным епископам Востока, в том числе и за пределами Египта. Например, к авторитетному Евсевию Никомедийскому, который полностью поддержал его. На адрес Александра посыпались письма в поддержку его противника, в Александрии начались стычки между сторонниками епископа и пресвитера. Вероятно, Евсевий, организуя сторонников Ария, имел в виду и общее ослабление Александрийской епархии, претендовавшей на лидерство в регионе.

Волнения среди христиан Востока искренне огорчили Константина. Раздоры в поддерживаемой им церкви ему были не нужны. При этом его очень мало интересовала сущность спора. Он так и писал в письмах, отправленных лидерам обеих группировок, что те занимаются пустяками. Помирить соперников был призван близкий Константину кордовский епископ Осия. Он прибыл в Александрию, где через некоторое время стал на сторону Александра. Вместе с ним Осия разработал идеологическую основу борьбы с арианством, краеугольным камнем которой стал термин «единосущность» (homoousios). Именно единосущным своему Отцу был, по их мнению, Христос. Вероятно, поддержка была оказана епископу, во-первых, поскольку он все-таки представлял местную церковную власть, а среди сторонников Ария оказалось много ненадежных, радикальных элементов. Во-вторых, Осия правильно понимал, что изучение основ христианского вероучения с помощью рациональной логики греческого образца — это не совсем то, что требуется церкви для полного контроля над паствой.

На этом борьба, естественно, не закончилась. Константин с Осией решили провести Вселенский собор, чтобы покончить с разногласиями и унифицировать вероучение. Для императора важно было также продемонстрировать собственную власть над церковью. Первый Вселенский собор прошел в городе Никее в Вифинии (Малая Азия, сейчас турецкий город Изник) в 325 г. На него собралось около 300 епископов, преимущественно из восточных епархий. Многие из «делегатов» хранили на себе очевидные следы пыток, которым они подвергались в период гонений Диоклетианом, Максимином Дазой и Лицинием (после Миланского эдикта соправитель Константина в своей части империи возобновил антихристианские репрессии). Государство предоставило подводы и другой транспорт едущим в Никею духовникам, в городе они жили также за казенный счет. Собор проходил, вероятно, с мая по август, но основные решения были приняты на заседаниях в июне. Председательствовали Константин и Осия. Партию ариан представляли Евсевий Кесарийский (кстати, личный биограф и доверенное лицо императора), его тезка из Никомедии, двое наиболее верных соратников Ария (египтяне по происхождению) Секунд и Феона, местный епископ Никеи и ряд других. Лидерами антиарианской партии были Осия, молодой диакон Афанасий (будущий Афанасий Великий), который произнес пламенную программную обвинительную речь, Александр Александрийский. Константин старался быть нейтральным, пытался увещевать особенно горячих спорщиков. Но именно его кроткое замечание о необходимости признания термина «единосущность» решило дело. Так было показано, какое влияние имеет государь на церковь. На соборе был выработан антиарианский по духу знаменитый Символ веры: «Веруем во Единого Бога Отца, Вседержителя, Творца всего видимого и невидимого. И во Единого Господа Иисуса Христа, Сына Божия, рожденного от Отца, Единородного, т. е. из сущности Отца, Бога от Бога, Света от Света, Бога истинного от Бога истинного, рожденного, несотворенного, единосущного Отцу, через Которого все произошло как на небе, так и на земле. Нас ради человеков и нашего ради спасения сошедшего и воплотившегося, вочеловечившегося, страдавшего и воскресшего в третий день, восшедшего на небеса и грядущего судить живых и мертвых. И в Святого Духа». Далее были преданы анафеме сторонники арианства. Большинство тех, кто представлял на соборе партию Ария, подписали этот документ. Арий, а также Секунд и Феона, отказавшиеся подписать Символ, были сосланы в Иллирию. Кроме того, на соборе был принят ряд других, менее важных постановлений. Например, было решено отмечать Пасху согласно александрийскому календарю.

Постановления собора были объявлены церквям в двух указах: от лица собора и от лица императора. Личное участие Константина делало отступников от принятого Символа веры государственными преступниками. Впрочем, уже очень скоро сам же Константин перевернул все с ног на голову, начав покровительствовать арианам, оперировавшим теперь термином «подобосущный» [37] . Им же благоволил и его сын Констанций. Окончательная победа над этими еретиками была одержана гораздо позже. Никейский же Символ веры был дополнен на соборе в Константинополе через 56 лет, после чего остается общепринятым и у православных, и у католиков.

Наверное, ни одному городу в мире не суждено стать тем, чем был Рим на протяжении нескольких веков. История покорения гражданами Рима огромных территорий в Европе, Азии и Африке полна величия. Но, в конце концов, подчиненные области и города победили свою столицу, сделать это изнутри оказалось проще, чем извне. В правление Диоклетиана и его соправителей уже никто из них не выбрал Рим в качестве своей резиденции. Некоторое время здесь правил Максенций, но победивший его Константин не желал оставаться в Вечном городе с его устаревшими традициями и духом прошлого. Доминус видел империю в целом, он чувствовал наступление новой эры и хотел приблизить ее.

Союз между Лицинием и Константином продержался недолго. Уже в 314 г. августы поссорились из-за границ своих владений и начали войну. Однако она не привела к решительным результатам. Соперники заключили мир, по которому за Лицинием остались Фракия, Египет и азиатские провинции. Все остальное должно было находиться под властью Константина. После небольшого перерыва начался новый конфликт, связанный, в частности, с тем, что Константин перенес свою ставку в Сердику, т. е. к границе между восточной и западной частями империи. Лициний воспринял это как вызов. Очередная вспышка столкновений состоялась в 323 г. Константин разбил противника в ряде крупных сражений на суше и на море: под Адрианополем и Хрисополем, а также у входа в Геллеспонт. Лициний сдался, получив клятвенное обещание Константина, что его жизнь будет сохранена. Но уже в следующем году Лициний, отправленный в Фессалонику, был убит. Константин стал единственным императором.