Чтение онлайн

По поручению моргановской группы Э. Т. Стотсбэри, компаньон Моргана, собрал 146 759 долл, в Филадельфии, С. Т. Уэйнрайт (угольная компания "Уэйнрайт коул компани") собрал 101 700 долл, в Питтсбурге, сенатор Джон Ф. Драйден из Нью-Джерси, основатель и президент страховой компании "Прюденшиэл иншуренс компани" (первоначально названной "Дружеское общество вдов и сирот"), собрал 70 тыс. долл., специальный комитет под руководством Перкинса собрал 100 тыс. долл., большей частью от страховых компаний; Георг Л. фон Мейер из "Олд колони траст компани оф Бостон", ставший впоследствии членом второго кабинета Рузвельта и кабинета Тафта, собрал в Новой Англии 105 727 долл. "Комитет Мейера,— сообщал в 1913 г. К. С. Меллен К. У. Бэррону,— был организован в интересах "Дж. П. Моргана и К°" и с самого начала вплоть до настоящего времени находится под контролем этой фирмы"[1 С. W. Barron, More They Told Barron, p. 166.]. В состав комитета Мейера входили Меллен, сенатор Лодж и Т. Джефферсон Кулидж старший, президент железнодорожной компании "Берлингтон рейлрод" и бывший посол США во Франции.

Гарриман внес на предвыборную кампанию Рузвельта 250 тыс. долл, из фондов своих железных дорог. Но крупнейший индивидуальный взнос стал известен только в 1922 г., когда во время тяжбы из-за, имущества Джорджа Дж, Гульда, сотрудничавшего с Гарриманом и Стиллменом, обнаружилось, что в 1904 г. семейство Гульд дало республиканцам 500 тыс. долл.[2 Джордж Харви в своей биографии Генри Клея Фрика (стр. 298) говорит, что Фрик дал в 1904 г. республиканцам более 100 тыс. долл.]. Гульд в это время руководил многими железнодорожными махинациями и имел основание опасаться как законодательства, относящегося к железным дорогам, так и действий, предпринятых по инициативе Белого Дома. Комиссия сената в 1912 г. нашла, что он пожертвовал в об щей сложности 100 тыс. долл., и расхождение между этой цифрой и суммой, которую он внес в действительности, наводит на мысль, что подобное же расхождение было допущено в оценке других взносов.

Помимо взноса Гульда, долго сохранявшегося в тайне, были обнаружены следующие крупные индивидуальные пожертвования [3 О. С. Seitz, Joseph Pulitzer, р. 269.]: 150 тыс. долл. — "Дж. П. Морган и К°", "Метрополитэн лайф иншуренс компани", "Мючюэл лайф иишуренс компани" и "Нью-Йорк лайф иншуренс компани"[4 Clapp Committee, op. cit., pp. 1073—"1090.]; 100 тыс. долл.— Джон Д. Рокфеллер и Генри X. Роджерс. Э. X. Гарриман и Чонси М. Дипью; 50 тыс. долл.— К. С. Медлен, Джейкоб X. Скифф, Перси Рокфеллер, Генри Клей Фрик *, Джеймс Хэйзен Хайд; от 25 тыс. до 50 тыс. долл. — Джеймс Спейер, частный банкир, Роберт Мадзер; Уайтлоу Рид, зять Миллса, магната горнорудной промышленности и издателя газеты "Нью-Йорк трибюн", Р. К. Лейк из штата Миссури; от 5 тыс. до 25 тыс. долл. — Джеймс Стиллмен, Н. У. Кендэлл, Клэренс X. Маккей, М. А. Ханна, Симон и Мэри Гуггенхейм, Адольф Люисон, Эндрью Карнеги, А. Д. Джюллиард, Айзак Н. Зелигман, Фрэнк Мэнси. Д. О. Миллс, X. Мак-Туомбли, Роберт Бэйкон, Джон Джейкоб Астор, Джон Хей, Т. Кольман Дюпон, Уильям Нельсон Кромуэл, Николас Мэрри Батлер, "Америкен кен компани", "Интернэйшнл харвестер компани", "Куба мэйл стимшип компани", "Хавайян шугар плэнтерс ассошиейшн", "Чикаго. Мнльвоки энд Сент Поль рейлуэй", "Бетлехем стил корпорейшн", "Юнайтед Стейтс стил корпорейшн" и т. д.; от 1 до 5 тыс. долл. — Джозеф X. Чоут, К. У. Пост, О. К- Барбер. Корнелиус Вандербильт, "Интернэйшнл никел компани", "Ремингтон тайпрайтер компани", "Сент Джозеф лэд компани", "Дженерал электрик компани", "Америкен локомотив компани" и сотни других подобных лиц и корпораций.

Подробные сведения о суммах, затраченных на предвыборную кампанию 1904 г. демократами, кандидатом которых был судья Олтон Б. Паркер, были уничтожены. Но интересные отрывки из этих материалов были сохранены сенатской комиссией по привилегиям и выборам. Огюст Бельмонт, банкир, владелец не входящего ни в какие объединения банка, внес 250 тыс. долл.[1 Clapp Committee, op. cit., p. 454.] [2 Там же, стр. 59.]. Томас Форчюп Райан, чьими агентами кишел составленный впоследствии Рузвельтом кабинет, дал 450 тыс. долл.[3 Там же, стр. 1102.]. Райан, между прочим, был единственной грозной персоной, которую никогда не задевал "огнедышащий" Рузвельт. Генри Хэвмейер дал 10 тыс долл., но его компания вносила деньги республиканцам.

Бельмонт и Райан уговорили Паркера высказаться в пользу золотого стандарта, что произвело сенсацию, гак как платформа демократов не включала требования золотого стандарта. Заявление Паркера равнялось официальному отказу от брайанизма и одобрению демократами проведенного правительством Мак-Кинли закона о золотом стандарте.

На Уолл-стрит прекрасно понимали, что Паркер был выдвинут по распоряжению РокфешДера, с которым Райан был тесно связан по "Метрополитэн секьюритис". С другой стороны, Оливер X. Пэйн пытался убедить Ханна выступить в качестве противника Рузвельта на выборах кандидата от республиканской партии, напугав президента и еще больше озлобив его против "Стандард ойл"; но Ханна был неспособен на это, так как после гибели Мак-Кинли он был совершенно разбит и физически и душевно. Против выдвижения кандидатуры Паркера неистово возражал Уильям Рэндольф Херст, который сам мечтал занять пост президента и для этого готов был пустить в ход все имеющиеся в его распоряжении средства. Поддержка, оказанная его сопернику, возбудила в Херсте такую злобу, что толкнула его в дальнейшем на ряд разоблачений в печати рокфеллеровских грехов. Именно агенты Херста украли переписку Арчболда, обнародование которой оправдало скептическое отношение обществен ности к прославленным добродетелям Рокфеллера.

Роль рокфеллеровской клики в выдвижении кандидатуры никому доселе не известного Паркера на пост президента была освещена превосходно осведомленным Томасом У. Лоусоном, бостонским финансистом и биржевым дельцом, который в 1912 г. под присягой заявил сенату, что X. X. Роджерс из "Стандард ойл" "фактически дал их агентам право использовать любые средства, чтобы провести кандидатуру Паркера" [1 Clapp Committee, op. cit., pp. 1038—1039.].

Лоусону вместе с Роджерсом и Арчболдом не повезло в их совместных спекуляциях с компанией "Амальгамейтед коппер компани". Дополнительные показания были сделаны Джеймсом Р. Филиппсом младшим, который, не преследуя никаких личных целей, 7 апреля 1904 г. по секрету сообщил К. У. Бэррону, владельцу газеты "Уолл-стрит джорнал", что "Стандард ойл" будет поддерживать Паркера, как кандидата демократов [1 С. W. Barront More They Told Barron, p. 51.]. Но исчезновение протоколов демократической партии делает невозможным установить сумму, внесенную "Стандард ойл". Возможно, что часть колоссального взноса Бельмонта — Райана исходила от Рокфеллера.

После своего переизбрания Рузвельт начал более свободно высказываться по социальным вопросам; но в то же время усиливалось и возмущение против него, особенно на западе, где губернатор штата Висконсин Роберт М. Лафоллет заканчивал первую фазу своей длительной тяжелой борьбы против привилегий. Нельзя переоценить значение появления Лафоллета в сенате в 1905 г., так как именно с этого времени началась критика с парламентской трибуны махинаций антиобщественных сил капитала. "Президента, так часто испытывавшего страх за будущее, привлекло к радикализму желание сохранить существующий порядок"[2 H. Pringle, Theodore Roosevelt, p. 368.]. Во всяком случае он был радикалом лишь на словах, и его самый проницательный биограф[3 Уолтер Ф. Мак-Калеб, бывший одно время профессором- истории в Чикагском университете.] дает понять, что он лицемерил. Было замечено, что Рузвельт "до известных пределов шел в своей программе вперед, чтобы удовлетворить социалистов и недовольных, а затем делал энергичные усилия, чтобы задобрить правое крыло". Он находился в безбожном союзе с "преступно богатыми", даже’когда бичевал их в своих выступлениях.

Президент имел все основания подхватить лозунги брайанизма и популизма, так как после гражданской войны в стране с нарастающей силой выявлялось парадоксальное противоречие между глубокой, несомненно усиливающейся бедностью масс и все увеличивающимися доходами верхних слоев общества.

Ко времени второго избрания Рузвельта президентом, когда большая часть общественных владений была уже захвачена, социальный предохранительный клапан открытых окраин [1 Речь идет об открытой западной границе США в период, когда происходило ее освоение американскими колонистами, искателями золота и просто любителями легкой наживы. (Прим, перге.)], который держали полузакрытым, был окончательно захлопнут. Этот клапан в течение десятилетий разряжал медленно нараставшее давление социального беспокойства и недовольства, которое в конце XIX в. нашло свое отражение в книгах Генри Джорджа "Прогресс и бедность" и Эдуарда Беллами "Оглядываясь назад", в борьбе "рыцарей труда" и движении популистов, в забастовке рабочих на предприятиях Пульмана, стачках фермеров и других многочисленных симптомах глубокого экономического неблагополучия.

Кроме того, бронированный кулак правительства, занесенный над народом, привыкшим к известной степени свободы, стал, как это ни парадоксально, еще тяжелее с тех пор, как был отменен рабский труд и расширены избирательные права населения. При последовавшем за гражданской войной промышленном подъеме, широко распространившем систему найма рабочей силы, власть президента постепенно росла, что нашло свое выражение в значительно участившемся применении права вето; функции Верховного суда, все члены которого назначались президентом, тоже постепенно расширялись, чтобы дать ему превосходство над развращенным конгрессом, который не боролся за свои права, как это делал свободный английский парламент, когда он встретил противодействие трона. До гражданской войны Верховный суд аннулировал всего один закон из числа принятых конгрессом. Между тем с 1860 по 1930 г. он отменил не менее 58 таких законов и к десятилетию 1930—1940 гг. достиг высшей точки своей деятельности в качестве "саботажника законодательства".

Теодор Рузвельт, применивший право вето 40 раз, был сильно обеспокоен происходящими в Соединенных Штатах событиями. В 1906 г. он с тревогой писал сенатору Лоджу: "Настроение рабочих весьма опасно, и никто не может сказать, как далеко зайдет их недовольство".

Выразителем общественного недовольства стала группа журналов, получивших большое распространение вследствие того, что они разоблачали всевозможные социальные пороки, о которых газеты, за исключением пулитцеровской "Уорлд", почтительнейше молчали. Президент в гневе прозвал сотрудников этих дерзких изданий "разгребателями грязи". Со временем это прозвище стало почетным, так как к числу прогневавших президента журналистов принадлежали все самые способные честные и бесстрашные журналисты того времени.

Несмотря на смятение, поднятое "разгребателями грязи", законодательный отклик на него во время вторичного пребывания Рузвельта у власти был весьма слаб. Хотя Рузвельт имел в своем распоряжении республиканский конгресс и обеспеченную поддержку, президент, умевший так бойко говорить, был, повидимому неспособен провести какие-либо мероприятия, кроме тех, что были угодны на Уолл-стрит. Был принят закон Хэпберна, давший комиссии по торговле между штатами право устанавливать расценки проезда по железным дорогам; но против него вели борьбу сенатор Лодж, ближайший друг президента, и сенатор Олдрич. Лафоллет считал закон Хэпберна слишком мягким, но он выступал против Лоджа. Когда сенаторы Олдрич, Спунер, Лодж и Нокс, заменивший умершего Куэя, не смогли добиться отмены закона, они смягчили его, обеспечив возможность судебного пересмотра расценок. Это. сохраняло прежнее положение вещей. Между прочим, новый пост Нокса в сенате стоил 500 тыс. долл [1 500 тыс. долл., на которые было куплено место Нокса в сенате, были обеспечены А. Дж. Кассатом, президентом ж.-д. компании "Пенснльваниа рейлрод", Джоном Д. Арчболдом, вице-президентом "Стандард ойл" и Генри Клеем Фриком,, директором "Юнайтед Стейтс стил корпорейшн" (О. G. Vitlard, Prophets true and false, p, 251).].