Чтение онлайн

Когда впоследствии "Форчюн" воспользовался капитуляцией "Юнайтед Стейтс стал корпорейшн" перед Конгрессом производственных профсоюзов, чтобы снова изобразить Тэйлора великим деятелем промышленности, Макдональд заметил: "Не продал ли г-н Ламонт редакторам г-на Люса еще одну свою стряпню?"

Ламонт привык к подобным успехам; повидимому, он бывает удивлен лишь в тех редких случаях, когда ему не удается заставить какого-нибудь редактора "понять" его точку зрения.

Принадлежащий Ламонту "Сатердэй ревью оф литерачюр" напечатал рецензию на книгу профессора Джерома Дэвиса "Капитализм и его культура", в которой упоминаются неприятные для "Дж. П. Моргана и К°" факты. Кэнби, бывший тогда ответственным редактором, нашел, что семьдесят шесть строк этой рецензии занимают слишком много места. Позднее он признал, что выпустил хвалебные отзывы о книге из этой короткой заметки, написанной видным специалистом по политическим вопросам, профессором Гарольдом Дж. Ласки. Кстати, сотрудников "Сатердэй ревью" просили вычеркивать резкие замечания о "Дж. П. Моргане и К°" и о Томасе У. Ламонте из обзоров трудов по истории железнодорожных и промышленных корпораций.

Нью-йоркская "Уорлд телеграм" сообщила в номере от 7 апреля 1936 г. о полученном от Кэнби признании в том, что он показывал Ламонту корректуру книги Роз М. Стейн "День мобилизации". В книге обсуждались приготовления к войне в прошлом и настоящем и подвергались критике "Дж. П. Морган и К°". Кэнби заявил, что он показал гранки Ламонту только для того, чтобы тот порекомендовал ему компетентного рецензента. Ламонт посоветовал обратиться к Чарлзу Сеймуру, профессору йэльского университета, который впоследствии стал президентом этого университета. Сеймур сблизился с Ламонтом на Версальской мирной конференции и с тех пор широко распространял повсюду теорию Моргана, что Соединенные Штаты были втянуты в войну в результате деятельности германских подводных лодок. Сеймур раскритиковал книгу Стейн.

Однако на самом деле Кэнби, которому не удалось получить эту книгу в обычном порядке, приложил все усилия, чтобы достать корректуру ее у издателей "Харг курт, Брэйс и К°". "Уорлд телеграм" заинтересовалась этим делом после любопытного обмена письмами на страницах журнала "Нэйшн" между г-жей Стейн и Уолтером X. Миллисом, одним из редакторов "Геральд трибюн", автором книги "Дорога к войне", написавшим рецензию на "День мобилизации" для "Нэйшн". Г-жа Стейн утверждала, что возражения Миллиса против ее книги полностью совпадали с критическими замечаниями Ламонта, который, по ее заявлению, безуспешно пытался заставить "Харкурт, Брэйс и К°" изменить те части книги, против которых он возражал. Ламонт получил эту предварительную информацию о книге из корректуры, которую достал для него Кэнби.

В своем ответе г-же Стейн Миллис утверждал, что его критические замечания не имели никакого отношения к Ламонту. Однако эпизод с г-жей Стейн напомнил другим обозревателям, что книга Миллиса "Дорога к войне" была раскритикована К. Хартли Грэттэном в "Нью рипаблик" за то, что в ней не было упомянуто о знаменитой телеграмме, посланной Пэйджем Вильсону в 1917 г.

Эта телеграмма была больным местом "Дж. Моргана и К°". Как мы видели, проморгановские газеты обошли ее молчанием, когда на нее сослался сенатор Най. Но ни Грэттэн, ни г-жа Стейн не знали, что Ламонт заранее, возможно через "Сатердэй ревью", получил сведения о предстоящем выходе в свет книги Миллиса о войне и постарался встретиться с Миллисом.

На вопрос Ламонта о причинах непонятного отсутствия в книге телеграммы Пэйджа Миллис ответил, что она сперва была включена, но затем выпущена еще в рукописи, при сокращении текста. Однако книга "Дорога к войне" содержит и менее важный материал. Изъятие разоблачительной телеграммы Пэйджа испортило этот труд, содержательный в других отношениях.

Бернард де Вото, беллетрист и критик, сменил Кэнби на посту редактора "Сатердэй ревью". Хотя де Вото обладает более независимым образом мыслей, чем Кэнби, однако, следует еще посмотреть, какова будет его позиция по социальным и экономическим вопросам.

Ламонт фактически вездесущая фигура в американской прессе. Обычно, когда газеты в своих передовых или в последних известиях целомудренно намекают на "мнение видных банкиров", "впечатление в финансовых кругах" и "единодушие среди банкиров", они ссылаются только на Ламонта. Затем эти отчеты, переписанные "Ассошиэйтед пресс" и "Юнайтед пресс", наводняют страну. Но когда газеты ссылаются на "разногласия в мнениях банкиров" или на "противоположные взгляды, высказываемые другими видными финансистами", это означает лишь, что Уинтроп У. Олдрич из "Чейз бэнк" вступил в спор с Ламонтом.

Журналисты, дающие отчеты о делах Уолл-стрит, поддерживают постоянную связь с Ламонтом, так как, во-первых, они получают от своих редакций инструкции регулярно посещать Ламонта, а во-вторых — их направляют к Ламонту или Олдричу, другие банкиры, остерегающиеся высказываться об общем положении вещей даже анонимно.

Есть, однако, некоторые вопросы, в которых Ламонт не может положиться на перо финансовых репортеров, как бы выдрессированы они ни были. Известно, что в таких случаях после ухода журналистов он звонит редакторам и невинным тоном спрашивает, не звонил ли ему кто-нибудь из редакции. Думая, что кто-то из сотрудников финансового отдела действительно звонил Лаг монту по важному делу, редактор жадно слушает ясные ответы Ламонта на предполагаемые вопросы неизвестного журналиста. На следующий день редактор спешно помещает в печати ламонтовскую версию без упоминания имени Ламонта. Такие случаи имели место неоднократно.

Среди многочисленных тезисов Ламонта, просочившихся в прессу страны через посредничество финансовых репортеров Уолл-стрит, интересны следующие: 1) "Внезапное снижение цен на бирже носит чисто местный характер и не имеет никакого отношения к общему экономическому и финансовому положению" (1929 г.);

2) "Мы вполне овладели положением. Теперь оно будет улучшаться" (1930 г.); 3) "Депрессия должна итти своим ходом" (1931 г.); 4) "Япония сохранит золотой стандарт" (1931 г.); 5) "Германии не угрожает опасность краха" (1931 г.) и 6) "Банковская система совершенно прочна" (1932 г.).

Автор этой книги, невольно участвовавший в распространении этих лживых утверждений среди широкой публики, пользуется случаем раскрыть их источник.

Позднее Ламонт способствовал созданию мнения, что "обильные траты" "нового курса" разорят страну и что в Европе нет военной опасности. Последнее утверждение было опубликовано немедленно после возвращения Ламонта из Европы в 1936 г.; как это ни поразительно, Ламонт его подписал. Вскоре после этого многие из связанных с Ламонтом журналистов избрали новую тему, начав трезвонить в своих статьях и книгах, что опасения насчет войны преувеличены, разоружая тем самым общественное мнение.

Общие результаты деятельности Ламонта имеют гораздо большее значение и размах, чем что-либо предпринятое покойным Айви Ли в интересах Рокфеллеров. Повидимому, лишь правительственное расследование в состоянии установить, где начинается и где кончается темная власть Ламонта над прессой. Роль самого значительного редакционного рупора Ламонта принадлежит, конечно, Уолтеру Липпману, хотя последний пополняет свои идеи и из другого источника, а именно — от Рассэла К. Леффингуэлла, также представителя Моргана.

Область современной филантропии, или капиталовложений некоммерческого характера, представляет собой хаотическое сочетание вспыхивающих огней, причудливых теней и всепроникающей рекламы. Трудно быть в чем-либо уверенным в этом лабиринте, где то, что на первый взгляд кажется ясным, на самом деле оказывается лишь бесконечным рядом иллюзий.