Чтение онлайн

То есть отцы уже воспринимали дочерей как женщин. Которые где-то там ходят и с кем-то там по вечерам гуляют. С какими-то, видите ли, парнями. Отцы никогда себе, конечно, не признаются в этом, но их реакция ударить дочь была больше из ревности, чем из переживаний за неё.

Если у человека стоит запрет на возбуждение, то он будет ненавидеть того, кто его возбуждает.

Лучше я тебя ударю, чем признаюсь, что хочу тебя.

Возникает цепочка чувств: возбуждение – страх – стыд – злость.

С матерями ситуация схожа. Они чрезвычайно часто повторяют сыновьям, что и эта девушка тебе не подходит, а вот та ещё хуже. И вообще, жена твоя готовит плохо и пол мыть не умеет, и ребёнка вашего не так воспитывает.

Чистая женская конкуренция за титул «кто здесь самая главная женщина в твоей жизни, мой сыночка?!».

Какой же выход?

А выход есть.

ЧУВСТВОВАТЬ и ДЕЛАТЬ – это два РАЗНЫХ глагола.

Мы имеем право на ЛЮБЫЕ ЧУВСТВА, но НЕ НА ЛЮБЫЕ ДЕЙСТВИЯ.

Можно замечать своё возбуждение, но реализовывать его с законным партнером. Можно возбуждаться на каждый второй движущийся объект противоположного пола, но возвращаться к жене или мужу и радоваться жизни с ним.

Самая тяжелая и важная часть – это не пытаться спрятать своё возбуждение. Да, оно есть. Значит, мое тело здорово.

Биология, ничего личного.

По статистике, 80 % женщин никогда не испытывают оргазм. И причина в первую очередь в нашем воспитании. Да и во взрослом возрасте нам непонятно, как относиться к своему и чужому возбуждению. С детства мы запомнили все только одно: тема сексуального возбуждения – запретная и очень стыдная.

И все!

Нет, не все.

Давайте разбираться.

Самое первое сексуальное возбуждение каждый ребёнок испытывает с рождения. Фрейд назвал его словом либидо (это сексуальная энергия, она же жизненная энергия). Только у малыша, в отличие от взрослого, возбуждение не локализовано в гениталиях, а распределено по всему телу. Ребёнок испытает точно такое же приятное ощущение, когда вы гладите его по спинке, почёсываете затылок.

Лишь к подростковому возрасту участки тела становятся более четко распределены по зонам реагирования. А малышу везде примерно одинаково приятно.

Важно понять и принять сам факт: что сексуальное возбуждение дети испытывают впервые в самом раннем возрасте. И, соответственно, рядом со своими ближайшими родственниками.

Здоровое тело, которое ещё не нахлобучили стыдными запретами, будет сексуально реагировать, даже если об косяк двери спиной почешетесь. Телу вообще безразлично, обо что или об кого возбуждаться. Это просто реакция на прикосновение.

Итак, как же научиться обращаться со своим возбуждением?

Давайте разбираться по пунктам.

Аналогично у мужчин.

Вернёмся к Тамаре.

Тамара: Я всегда очень нервничаю, когда мне нужно куда-то ко времени. Если я старшего сына должна привезти на футбол четко по расписанию, то я с самого утра сильно нервничаю. Я себя извожу и всех вокруг, дергаюсь, психую.

В такие дни я стараюсь, чтобы нас с детьми муж отвозил в город. Я боюсь, что если я сама сяду за руль, то я обязательно проеду нужный поворот, что-нибудь напутаю или застряну в пробке.

Но даже если отвозит супруг, я издергаю детей и мужа. Причём мы всегда приезжаем вовремя. Муж мне это постоянно повторяет, что времени ещё полно, что мы ещё ждать будем, но я не могу справиться со своим состоянием.

Валентина: А если не ко времени, ты садишься за руль? Навигатором умеешь пользоваться?

Тамара: Да, конечно. Если мы едем с детьми просто в парк погулять, то я без проблем сама сяду за руль, правильно проеду все повороты. И навигатором я прекрасно пользуюсь. Это что-то в моей голове. Я понимаю, что мои реакции неадекватны, но справиться с этим не могу.

Валентина: Хорошо. А с чем в твоей жизни связана тема опозданий? Опаздывала ли ты когда-нибудь в школу? Может, на экзамены или соревнования? На работу?

Тамара: Нет вроде. Я всегда везде прихожу вовремя и даже раньше. Я вообще опозданий не могу вспомнить.

Валентина: Может, на твоих глазах без твоего участия были какие-то яркие опоздания? Например, в классе кто-нибудь опаздывал и его публично стыдили? Опаздывала ли твоя мама и папа куда-нибудь?

Тамара: На моих глазах никого не стыдили в классе. Про опоздания родителей я ничего такого не помню.

Валентина: А что родители тебе говорили об опозданиях? Как ты собиралась в садик, в школу? Торопили ли тебя?

Тамара: Что-то смутное начинаю припоминать… Да, мать сильно нервничала, когда я собиралась в школу. Это был прям ритуал – с бешеными глазами бегать утром по дому. Неприятное воспоминание. Но я толком-то и не помню, что там вообще было.

Валентина: Убирать сегодня будем это воспоминание?

Тамара: Да, давайте.

Тамара выбрала игрушку, нашла подходящее расстояние до пустого стула, представила, что там сидит мама, и погрузилась в возраст, когда она собирается в школу.

Валентина: Сколько тебе сейчас лет, в какой возраст ты попадаешь?

Тамара: Я в первый класс хожу. Мне 7 лет. Мне страшно туда идти. Мать кричит сейчас, что я точно опоздаю. Что надо срочно бежать, чтобы не опоздать. Она орет всегда: быстрее, быстрее, быстрее. У меня звон в ушах от ее постоянного крика. Такой мерзкий и страшный звук. Мне хочется закрыть уши руками и забиться куда-то в угол, спрятаться. У меня ощущение, что она как огромная чёрная туча нависла надо мной. И орет, орет без перерыва.