Чтение онлайн

На выходе из зала меня металлурги чуть не избили.

9. Разные истории

Кто говорит?

Кабинет директора некоторого завода. Звонок. Секретарь, скажем на обеде, директор снимает трубку. «Товарищ директор? » (голос незнакомый… ) «Да». «Товарищ директор, вы дурак». «Кто говорит?! » «Все говорят». Бумс - трубка на рычаг.

Руководство

Ленинградский завод «Электроаппарат» изготавливает уникальные высоковольтные воздушные выключатели ВВ-400 для строящихся линий передач от ГЭС и для кольца кругом Москвы и, к сожалению, срывает график их поставки. На завод выезжает зам. министра Антон Иосифович Товстопалов и берет меня с собой - возможно, будут ссылаться на технические вопросы, а я - нач. техотдела. Приезжаем, Антон Иосифович садится за стол директора и просит его (директора) вызвать руководителей завода. Перед столом выстраиваются директор, его замы, секретарь парткома, председатель завкома, начальник производства, главный диспетчер, ну, может быть, человек десять. Товстопалов задает вопрос - один и тот же, слева направо, начиная с директора. «Вас на заводе слушаются?» - «Да», «А Вас?» - «Да», «Вас на заводе слушаются?» - «Да», «А Вас?» - «Да». И так подряд звучит 10 «Да». Тогда Антон Иосифович спрашивает: «Если вас на заводе слушаются, то кто из вас разрешил не выполнять план и срывать поставки ВВ-400?»

До ВОВ на ХЭМЗ'е начальником производства был Александр Абрамович Неживенко. Диспетчерские Неживенко проводил по специальной сети, и у каждого начальника цеха и отдела был громкоговоритель и микрофон, и, если во время доклада какого-либо нач. цеха возникал вопрос к другому цеху или отделу, надо было сразу дать ответ, поэтому все громкоговорители во время диспетчерского были включены, и, занимаясь своей работой, ты слышал, нет ли к тебе вопроса?

Неживенко проводил диспетчерские четко, сразу принимал оперативные решения, в общем, они проводились спокойно. Единственное, что выводило Александра Абрамовича из равновесия - это когда докладывалось о невыполнении предыдущего решения. И тут следовал громогласный, на весь завод, вопрос с ударением на первое слово. «Кто вам позволил?»

В этих двух историях был четко поставлен вопрос (хотя ответом было молчание) о персональной ответственности, и я вспомнил, что 5000 лет тому назад богиня Иштар сказала: «Пусть каждый грешник сам ответит за свои грехи».

«Исправление» ошибки

Иной раз определение причин шероховатости поверхности не требует установления ее класса согласно ГОСТ2789-73, изучения материала, на котором эта шероховатость, и технологического процесса - причин, вызывающих шероховатость. На славном Харьковском электромеханическом заводе изготавливались до ВОВ, да, вероятно, и сейчас (если есть заказы) шкафы управления. Каркас шкафа сваривается из уголкового железа, и к нему болтами крепятся панели из изоляционного материала, а для болтов в каркасе до их сварки сверлятся отверстия.

Слесарь после сверловки отверстий не с того конца сделал скос под 45 и заметил это перед передачей стоек на сварку. Что делать? Отверстия получаются не на месте. Предъявить ОТК? Выпишут карточку брака - плати за металл, или, может быть, решат отверстия заварить, запилить, но это еще дороже. И он перемечает центры отверстий, сверлит, а ненужные отверстия заполняет мякишем из черного хлеба и передает стойки на сварку.

Ведь уголок после проката черный и ничего не заметно. Каркасы сварили и окрасили черной эмалью. На монтажном участке привинтили панели с аппаратурой, и шкафы предъявили приемке. Приемщик, проходя мимо шкафов, обращает внимание, что поверхность окраски в каком-то месте матовая (шероховатая).

Сначала ногтем, а потом отверткой пытается определить, что это такое? Дефект окраски? Нет - отвертка ковыряет металл! Дефект металла? Вытаскивается кусок включения и отправляется в лабораторию на исследование. Не знаю, какое заключение дала лаборатория, это не так просто: определить хим. состав хлеба, тем более для лаборатории, занимающейся анализом металлов; и пока лаборатория думала, какое написать заключение, обнаружили на этой же стойке еще «шероховатости», нашли автора исправления дефекта и «вправили ему мозги».

Съели собаку

А эта история произошла в солнечном Азербайджане, городе Баку. Завод «Электроцентролит». В Баку вообще часто жарко и около вагранок тем более, а тут еще пыль от формовочных машин, грохот при обрубке литья! Завод большой, несколько зданий, во дворе почва светло-желто-серая и такая же, естественно, пыль. Живет семейство собак, поразительно - весь выводок, начиная от деда с бабкой и кончая внуками и внучками, цвета почвы, но защитная окраска не спасла от гибели одного из этого многочисленного семейства.

Плавка ведется круглые сутки, и поздно вечером начальник цеха звонит директору. «Срочно прошу в цех, тут драка, могут двоих убить, а я разнять не могу». А директора на заводе все уважали, намного больше, чем, скажем, боялись. Прибежал директор в группу дерущихся, разнял.

«В чем дело?» «А вот эти двое поймали Тузика, убили и на выпущенном из вагранки чугуне зажарили себе мясо, и за этого пса убить их мало!» Из этих двух один - молодой парень, а второй уже отбыл 10 лет в колонии строгого режима.

Усаковский (директор) и говорит молодому: «Ну ты же знаешь, что это бандит, зачем же ты с ним связался, ты же не сумасшедший?!» А молодой отвечает: «Ну, как сказать, все-таки я, наверно, сумасшедший». «Тогда тебе надо лечиться в больнице, а не работать на заводе». «А кто на этом заводе, кроме сумасшедших, работает?» Тут даже Усаковский растерялся.

«Будь осторожен, когда врешь, но еще больше остерегайся, когда говоришь правду».

Путаница

Конец сороковых - начало пятидесятых годов. Зам. министра Товстопалов вызывает своего помощника Уколова и говорит: «Позвоните на «Электроизолит» и узнайте, прибыл ли поллак». На этом московском заводе «Электроизолит» организовывалось производство деталей из алюминия и его сплавов под давлением, и была заказана в Чехословакии машина литья под давлением (presgusmaschina) «Поллак». Помощник звонит на завод и спрашивает: «Поллак прибыл? » В ответ: «Нет еще - ожидаем дней через десять». Уколов докладывает замминистра: «Поллак еще не приехал, его ожидают дней через десять». Замминистра и ухом не повел и поручает проследить. Дней через десять Уколов докладывает: «Поллак приехал вчера вечером». «Очень хорошо - поехали на завод». Приезжают, идут в цех - стоит большая машина и работяги отбивают оставшиеся доски от упаковки. Зам говорит Уколову: «Познакомьтесь, это товарищ Поллак».

Директора завода «Электросила» Николая Ивановича Шевченко неожиданно вызывают в Обком КПСС, буквально надо прибыть через 15 минут. Он звонит в гараж и кричит диспетчеру: срочно к подъезду машину, и пусть шофер захватит Презента. А Презент был начальник производства завода, знал на память состояние производства и отгрузки всех крупных машин, и Шевченко, не зная, зачем вызывают в Обком, решил на всякий случай захватить Презента.

Вылетает из подъезда, вскакивает на сидение рядом с шофером - «давай быстро в обком». Подъезжают, выходит. «А где Презент?» «А на втором сидении, я взял брезентовую палатку, так было срочно, другого брезента не нашел».

Первая реакция

Этот случай имел место, когда автор работал в Министерстве электротехнической промышленности, а оно находилось на тогдашнем Проспекте Калинина (позже Новоарбатский проспект). Сидел автор за столом в своем кабинете и работал, а в какой-то момент посмотрел в окно и увидел, что за окном пролетает сверху вниз, то есть падает, человек. Суицид.

Теперь вопрос - что сделал автор первым делом? Предупреждаю - первые ДВА ваши ответа будут неверными.

Первый ответ у всех - подбежал к окну и посмотрел вниз. Неверно.

Второй ответ обычно - позвонил. Это верно, но куда, кому? Никто не отвечает правильно. А правильный ответ - первому секретарю парткома.

Крыша съехала в три приема

Один сотрудник сошел с ума. Выглядело это так. Сначала он начал перед тем, как сесть на стул, проверять - устойчиво ли стоит и осматривать - не подпилены ли ножки. Потом он постирал на работе свой пиджак - в раковине. А потом написал «куда следует», что трамваи на улице ездят слева - направо и справа - налево - чтобы его задавить. После этого письма его забрали на лечение и через некоторое время выпустили подлечившегося.