Чтение онлайн

Шимазин понимающе усмехнулся. Он вообще в последнее время стал делать значительные успехи в области «постоянства» - менял девушек не раз в две недели, а раз в два месяца. А последняя так и вообще была у него уже почти полгода. И как подозревали сослуживцы, скоро вполне мог наступить прорыв «линии фронта» - и товарищ майор решит остепениться.

– Да ладно тебе, скучно будет - позвонишь. Или напишешь, - все же до «прорыва» было еще пока далеко.
– И чего ты в ней нашел? Дите еще, худая как не знаю что. Танцует она конечно уууу, - офицер поднял большой палец вверх, - эт да. Думаешь, станет звездой Голливуда?

– Дурак ты, Терентий, и шутки у тебя дурацкие, - Васильев неодобрительно покачал головой.

– Да ладно тебе, не кисни. Все будет хорошо. Хотя по виду твоему не скажешь. Ты чего такой помятый?

– А того, что подняли сегодня в четыре утра, пожрать ничего не успел, весь день бегаю как наскипидаренный. И только собрался чуток передохнуть - как тут ты еще.

– А, так ты кушать топал? Давай я с тобой. По дороге расскажу.

– Чего расскажешь-то?
– поинтересовался Леонид, уже возобновив свой путь к храму еды.

– Нам новые игрушки привезли.

– В смысле?

– Офицерам и всяким танкистам да летунам вместо ТТ теперь новые пушки выдают.

– Да? И как?

– «Оружие персональной обороны». Уж точно не ротной, ха-ха. А вообще - что-то среднее между пистолетом и автоматом. Нашему полку пока не выдали, на днях будут. На вид штука хорошая, хотя странновато выглядит, - ПП, внешне сильно напоминающие израильские «Узи» и чешские Sa 23, и вправду были не слишком обычны для советских офицеров, - только один фиг, если какая заварушка, мы с тобой опять за автоматы возьмемся. Но остальным может и пригодится, - Шимазин пожал плечами.

– Какая еще заварушка?
– Васильев насторожился.
– Японцы же капитулировали?

– А про Альянс ты не забыл?
– иронично посмотрел на сослуживца Шимазин.

– Да ладно. Там же не идиоты сидят. Они чего, не видят, что мы их уделаем? Они вон с япами боролись сколько, а мы их за неделю к ногтю прижали, - не согласился Леонид.

– Идиоты не идиоты, но ты последний месяц по Союзам да Арнемам гостил, а мы, неусыпно несущие свою службу здесь, на передовой самого передового строя на земле, - Терентий хохотнул получившемуся каламбуру, - должны видеть и понимать больше, чем простые советские люди.

После этой фразы, введшей Васильева в ступор, комбат заржал как лошадь, вызывая недоуменные взгляды проходящий мимо людей.

– Это сейчас что такое было? Кто вы такой и что сделали с майором Шимазиным?

– Ой, не могу, ты бы видел сейчас свою рожу - нет, правда. А всего-то и стоило, что немножко процитировать своего замполита.

– Хватит фигней страдать, Терентий. Правда. Тут что, какие-то слухи ходят?
– уже серьезно спросил Леонид.

Вечно зубоскалящий офицер убрал с лица улыбку и уже совсем другим тоном заметил:

– Если б только слухи. У нас же недалеко аэродром летунов. Ну вот, я там пару ребят знаю - совместный футбол, баскетбол - ну все такое, выпивали пару раз. Так вот, последнее время наши заморские друзья повадились постоянно нарушать воздушные границы.

– Чьи? Голландские?

– Если бы. Почти всех стран, входящих в этот наш Евразийский Союз. Просто Россия далеко, ее границы особо не понарушаешь, а тут - гуляй не хочу. И их газеты…Ты «ОбЗарПресс» читаешь?

– Ну да, временами.

– Заметил, последнее время они как с цепи сорвались? Нас таким дерьмом поливают, что есть у меня - и не только у меня, - сильное предчувствие, что все это неспроста.

– Думаешь, полезут?
– поинтересовался Васильев, заходя в помещение гарнизонной столовой.

– Ага. Ты вспомни, как немцы перед войной действовали. Точно так же. Да и с торговыми делами - позавчера англичане задержали наш корабль. Уж под каким предлогом не знаю, - но это ведь далеко не первый случай. Чувствуется проторенная дорожка.

– Неверной дорогой идут товарищи, - перефразировал классика Леонид.

– Вот-вот. Ладно, ты чего будешь? Я себе мясо по-царски возьму. Нам нового повара прислали - вот это мастер, - Шимазин с интересом уставился в меню, одновременно с удобством устраиваясь за накрытым белоснежной скатертью столом.

– Советуешь?

– Ага. Ты, кстати, его знаешь. Помнишь Ваську Терехина? Так это его брат. Готовит - пальчики оближешь.

Еще пятнадцать минут спустя два офицера с аппетитом уплетали обед, рассказывая друг другу о событиях прошедшего месяца. Отсчет последних мирных дней стартовал.

Генерал Альверде задумчиво рассматривал собравшуюся в порту толпу. Количество людей было просто огромно - казалось, что весь город отправился к берегу на встречу с возвращающимися из Азии войсками.

Из-за шума заготовленная речь так и норовила исчезнуть из головы президента, заставляя его вновь и вновь пробегать глазами по листку с основными тезисами.

Но, помимо гомона толпы, была еще одна причина, отвлекающая харизматичного лидера Федерации - шестое чувство и пятая точка одновременно чувствовали сгущающиеся над планетой свинцовые тучи очередного шторма войны. Еще недавно средний фон англо-американских газет, где встречались как положительные статьи о Советском Союзе, так и отрицательные постоянно темнел. А после речи Черчилля в Гарварде, являвшейся почти точной копией Фултонской (с поправками на изменение обстановки, конечно, но все же), эти изменения стали нарастать как снежный ком, превращая серые полутона в откровенно черные.

И это пугало, поскольку начинало казаться, что война уже на пороге. И будет не через год, а вот-вот, буквально сейчас. Что, конечно же, устраивать ЮАФ не могло.

Если честно, то Альверде вообще бы отказался от войны и попытался бы отсидеться в сторонке. Но это с некоторых пор невозможно. Вступления в очередную бойню потребуют обе стороны. И обе не потерпят отказа.

– Жозе, - голос друга отвлек президента от мрачных мыслей, вернув в реальность, - по-моему, тебе пора, - и Гаспар указал на выстроившихся на пирсе солдат прибывшей с далеких берегов Окинавы 7-ой Гвардейской Бронетанковой дивизии.

Благодарно кивнув своему вице-президенту, генерал одернул китель и, поправив берет, широкими шагами вышел на трибуну.

Толпа, увидев своего кумира, взвыла от восторга.

Дождавшись, пока страсти несколько утихнут, Альверде улыбнулся и громко сказал:

– Мои дорогие сограждане! Друзья! Я рад видеть вас всех здесь, сегодня, в этот прекрасный день!
– простые слова вызвали очередной всплеск народной радости.

– Но мы собрались чествовать не меня. Мы собрались, чтобы отдать дань уважения героям, вернувшимся с битвы за свободу. Храбрым воинам, сражавшимся вдали от дома за мир. Бившихся за него с отвагой и мужеством, достойным величайших!
– развернувшись, генерал указал на ровный строй солдат и офицеров.