Чтение онлайн

– Помнишь, ты сказал, что твои слова прозвучат глупо? Это касалось тоста.

– Помню.

– Так вот, настала очередь мне сказать такие же слова. – Признался следователь. – Хотя, то что скажу, прозвучит не как глупость, а как бред воспалённого воображения.

– Тем интереснее. Я же журналист.

Тем не менее, Марченко колебался.

– Сказал «а», говори «б», - сгорал от нетерпения Колганов.

– Ну хорошо. – Уступил полицейский. – Егор, ты веришь в теорию заговора?

– О нет. – Журналист не смог скрыть разочарования. – Только не это.

– Почему? – Крайне удивился следователь.

– Я сыт по горло этим дерьмом. – При воспоминании о прошлом у Колганова наворачивались слёзы от обиды и злости. – Бергер каждый день заставлял придумывать что-то по этой теме.

– Я читал твои статьи. – Признался полицейский. – Хочешь сказать, что это всё ты придумал?

– На 90%. Это несложно сделать. Особенно, когда занимаешься этим каждый день. Берешь в Википедии факт и начинаешь от него танцевать. И чем неправдоподобнее получается на выходе, тем сильнее оргазмируют читатели. Так что при словосочетании «заговор» мне хочется блевать. Извини.

– Давай изменим «заговор» на «командную тактику». – Предложил Марченко. Ты же не будешь отрицать существование сего феномена?

– Не буду.

– Командная тактика присутствует, например, в «Формуле 1».

– Да, знаю.

– Так вот, Лазаревский Ян Григорьевич – человек, входящий в некую команду. Эта команда называется Холодные. Её цель – захват власти в мире.

– Ты насмотрелся американских комиксов.

– Ты здоровался с ним?

– Да. Чересчур холодные руки. Просто особенность кровообращения.

– Ладно, не буду спорить. Мне продолжить?

– Да.

– Ты же журналист. – Невесело улыбнулся Марченко. – И твой профессиональный долг – выслушать меня до конца. Оппонент Холодных в глобальном масштабе – Солнечные. Это две могущественные команды, имеющие как сторонников, так и противников по всему миру.

– Добро и зло. Противостояние добра и зла. Я это проходил ещё в школе.

– Ирония в том, Егор, что ты попал в точку. Хотя сам не подозреваешь об этом.

– Ну ладно. Допустим, я тебе верю. Но причём здесь я? Чем я приглянулся Яну Григорьевичу?

– Ты приглянулся не ему, а Коле.

– Кому-кому? Кто этот Коля?

– Не Коля, а Кола. Старинное русское имя. Он был не просто Солнечным, но Ратником. Это особая каста. Это люди, которые служат свету… скажем так, с мечом в руке. Именно он выбрал тебя Хранителем карты. Вот поэтому Лазаревский подбивает к тебе клинья.

– Стоп-стоп. Какая карта? Лазаревскому нужна карта?

– У Солнечных есть священная реликвия – Костёр. Существует легенда, согласно которой Холодные, как бы не были они сильны, не одолеют Солнечных до тех пор, пока в руках последних Костёр.

– Красивая легенда. Могу в течение часа накатать статью объёмом в тысячу слов. Хочешь?

– Я хочу, чтобы ты заткнулся и дослушал до конца. – Прорычал полицейский. – А потом делай, что хочешь.

– Договорились, - поспешил ответить Колганов.

– Продолжаем разговор. Кола был Хранителем карты. Каким-то образом она оказалась в твоих руках и его незамедлительно убили.

– У меня нет никакой карты… - начал было испуганно Колганов, но, уперевшись в холодный взгляд следователя, заткнулся.

– Знаю, что у тебя этой карты теперь нет. – Процедил Марченко. – У тебя вообще ничего нет. Даже память отобрали.

– И каким образом карта попала ко мне в руки, ты, наверное, не знаешь?

– Нет. К сожалению. Этот вопрос к тебе.

– Ладно, попробую вспомнить. Что произошло дальше?

– Дальше произошло то, что я узнаю, что Лазаревский со своим кандидатом лезет в избирательную кампанию и что тебе готовит не последнюю роль.

– Я ему нужен как журналист. – Возразил Колганов. – Начинается предвыборная кампания и он хочет видеть меня в команде на должности пресс-секретаря.

– Егор, допустим, что всё, что я сейчас рассказал – это бред. Оставим только факты, известные тебе: Лазаревский хочет использовать твой журнал как платформу для собственных идей и заодно предлагает тебе должность пресс-секретаря. Ты отказываешься и через два часа теряешь журнал. Какой-то полоумный всё сжигает. Кто ты после этого? Правильный ответ: дырка от бублика. Таких Колгановых, как ты, пруд пруди. Один лучше другого. Но нет, твой благодетель начинает носится с тобой как курица с яйцом. Скажи мне, почему?

Колганов замялся.

– Я думал об этом. В общем, не знаю. Знаю только то, что он предложил хорошие деньги, и я согласился. Кстати, Ян Григорьевич и не скрывает, что собирается захватить власть. А ты, конечно, на стороне Солнечных?

Нотки вызова резанули слух полицейского.

– Я расследую это дело и мой долг сообщить информацию, которая, возможно, спасёт тебе жизнь.

– Мне что-то угрожает?

– Лазаревский – опасный человек. Ради достижения цели он, не раздумывая, пойдёт по головам.

– Только такие люди и добиваются успеха.

– Это он тебе сказал?

– Я не вчера родился, товарищ следователь.

– И на что ты готов пойти ради своей цели?

– Давайте по существу. – Огрызнулся Колганов. – У меня мало времени. Можно я сам определю, с кем дружить, а с кем нет?

Марченко упёрся в стену непонимания. Даже не непонимания, а нежелания понять. Он и сам это прекрасно осознаёт. Однако претензий к журналисту быть не может: любой на его месте отреагирует аналогично. Одно дело, когда добро и зло мифичны, и совсем другое, когда тебе говорят, что к ним можно прикоснуться.

– Ничего не имею против победы Иванова. – Колганов немного успокоился и продолжил мягче. – По-моему, он принял верное решение, когда пригласил в свою команду Яна Григорьевича.

– Ты сильно ошибаешься, Егор. – Мрачно заметил следователь. – Иванов лишь ширма, прикрытие. Лазаревский же – серый кардинал.

– Если бы я писал статью на эту тему, твоё предположение – не просто её лейтмотив, а золотая находка.

– Тем не менее, это правда.

– Окей.

– Пока не знаю, каким будет его следующий ход. В любом случае, будь с ним осторожным.