Чтение онлайн

Мы, конечно, созданы «по образу и подобию божьему», но кое-чем похожи на мышей. Или ГБ сам из этих?

В моей России 52 % всех смертей среди трудоспособного населения связана с водкой. Алкогольная зависимость, алкогольная предрасположенность, отягчённая наследственность… Что хорошо с пьющими мышками — они практически не размножаются. Не успевают.

Если всё это… предрасположенное к чрезмерному… вымрет на четыре века раньше… — моей России будет легче? Не будет в российской истории десятков миллионов людей, мучающихся всю жизнь от алкоголизма, сотен миллионов — мучающихся вместе и рядом с ними. Не будет «пьющей семьи» из поэмы Некрасова. А на её месте, на той же земле — будет вторая «непьющая семья».

Это ж какая могучая бифуркация получится! Отсечь всех алкашей ещё до татаро-монгол…

Странно, что ни один попаданец об этом не задумывался. Улучшить качество собственного народа, сделать его здоровее и умнее, избавить его от массы несчастий… Селективный геноцид предков для грядущего счастья потомков… Это ж фундаментально!

Как известно: «У России тяжёлое, мрачное прошлое. И прекрасное, светлое будущее. И так будет всегда!».

Интересно: если «прошлое» сделать ещё чуть «мрачнее», то «будущее» будет «светлее»?

«Вот помру я, помру, похоронят меня…». И тут наступит на Руси очередное «светлое будущее»:

Теперь по делу. Масса народу рассуждает о самогоне. И я их понимаю. Все народы мира гонят самогон. Все коньяки, виски, кавальдосы, ромы, самбуки и саке — родственники нашему буряковому. Аналогично ведут себя и попаданцы. В русле, так сказать, мирового дистилляционного процесса. Я бы тоже не стал ничего выдумывать, нагнал бы первача, но… личный, знаете ли, опыт.

Отношения между «самогонщиками» и «спиртогонами» в моей России… напряжённые. Адепты каждого техпроцесса резко и нелицеприятно выражают свой антагонизм. Мой любимый «Хеннеси» французы гонят в медных самогонных аппаратах, и оно — вполне. Но мне нужен именно спирт, вещество. А не только способ «потравить народ русский».

Так сложилось, что, перепробовав множество разных продуктов и подделок под них, я, в зрелом уже возрасте, нарвался на спиртогона. Который использовал меня в качестве бесплатного дегустатора. Развлекая рассказами о своём техпроцессе, знакомя с популярной литературой и тут же её наглядно проверяя.

Поэтому в Пердуновке мы начали с гречки.

Как известно «всему совейскому народу»:

В своей гениально-актуально-народной песне Владимир Семёнович отмечает один из двух качественных скачков в отечественном спиртопроизводстве. Но гидролиз древесных опилок требует серной кислоты и высоких давлений — я здесь такое не потяну.

Предыдущий скачок: 80-е годы 19 века — эта та грань, после которой производство картофельного спирта превзошло производство зернового. Достигнута благодаря очень активной государственной политике в этой части. Оперируя акцизами и технологическими нормами, царское правительство заставило владельцев нескольких тысяч винокуренных заводов Империи добровольно перейти на картошку. Сохранив огромное количество зерна. Которое успешно продавалось в Европу по новым, как раз отстроенным, железным дорогам.

До этого на Руси традиционно гнали и пили «хлебное вино», преимущественно из ржи:

«Слеза» — исконно-посконное народное название качественного продукта этого семейства. Но из своего «дегустаторского» опыта помню: выход из гречки раза в полтора выше, чем из ржи или пшеницы. Хотя, конечно, до виноградного сахара не дотягивает. И по вкусу… Но только виноградный! Свекловичный или, там, тростниковый… Мда… «Святая Русь» — сахара нет вообще. Из наличного выбираем лучшее.

Домна сильно ругалась — она бражку из ржи делает, мои «гречишные» эксперименты посчитала детством. Потом самой интересно стало, притащила мне несколько вёдер солода. Солод — это проросшее зерно. Длина зелёного отростка должна быть 2–3 длины зёрнышка. Солодом здесь постоянно расплачиваются. В «Русской Правде» в «Поконе вирном» сказано: «вирнику взяти 7 ведеръ солоду на неделю». Понятно: воды сыскари в командировках не пили.

Размалываем сухое зерно, добавляем втрое воды, варим до состояния хорошо разваренной каши. Я кашу гречневую люблю есть, но тут пришлось потерпеть — процесс же! Охлаждаем до температуры борща, добавляем измельчённый солод (этот — вирникам уже не достанется!), помешиваем час с сохранением температуры. Теперь оставляем в тихом, тёплом, тёмном месте на три дня.

Мои-то сразу хотели бадейку на печку поставить — не надо. «Слишком хорошо — тоже нехорошо» — русская оптимизационная мудрость. Оптимум — 20–22 градуса. Нормальная комнатная температура. Тут Домна со мной полностью согласилась и всех добровольных помощников — мокрым полотенцем… разогнала.

Три дня я терпел. Даже не подглядывал. Запах, конечно… Что процесс идёт — ни у кого вопросов не возникает.

За это время обустроили саму установку. Я, опять же, дико извиняюсь перед поклонниками «табуретовок» разных видов и производителей, но вместо самогонного аппарата мы с Прокуем построили ректификационную колонну.

Тут некоторые разницу не понимают, так всё просто: «Многие ошибочно считают, что ректификация это повторная перегонка. Поэтому хочу заострить ваше внимание на том, что ректификация — это совершенно иной по природе процесс. Процесс ректификации основан на взаимодействии потоков жидкости и пара».

Внизу — кипит, пар идёт вверх, наверху колонны в блямбе (классное название — «дефлегматор», ближайшая ассоциация — «шило в заду») — конденсируется. Конденсат капельками стекает вниз, встречается с подымающимся паром… И тут они устраивают «тепломассообмен». Что-то из бородатых анекдотов вспоминается:

«Идёт коньяк по пищеводу. А ему навстречу портвейн:

– А ты тут что делаешь?! А ну пойдём-выйдем!».

Мне в школе не повезло — химичка была истеричной дурой. Так я мимо всех этих наук и проскочил. Позже, при моей склонности к дискретным моделям и цифровой технике, химия, с её непрерывными процессами и вероятностным поведением молекул, меня как-то не очень…

Итого: науки этой я не знаю, теорией не владею, работаем по-средневековому — не по проекту, а по известному образцу. По матерным комментариям моего приятеля из 21 века. Но без его электронных термометров и электрических ТЭНов.

Самое главное — организовать достаточно просторное место для встречи пара и конденсатом. Много-много площадочек, где эти фракции будут встречаться. Вполне такая… демократическая дискуссия. В форме тепломассообмена. «Пятнистый президент» так и говорил:

– Давайте обменяемся!

Тут есть варианты.

Для колонн маленьких диаметров, до 50 мм, рекомендованы насадки. Спирально-пирамидальные из Московского Химико-Технологического — хорошо работают. Но я же по образцу делаю. Диаметр — 120 мм, медь. Нержавейки у меня тут… Средневековье, однако. Для таких объёмов уже нужны тарелки. На тарелки — наполнитель. Нам с приятелем до тех пирамидок московских тоже было… несколько не с руки. Поэтому мы сами нашли: берётся ёршик для чистки посуды шведского производства, мелко нарубается кусачиками… не хуже фирменных получается…. Факеншит! Швеция пока ещё ничего приличного не производит! Даже из ёршиков.