Чтение онлайн

4 августа, находясь в штабе группы армий «Центр», Гитлер разъяснил, почему нужно разделаться с Ленинградом. «Для принятия решений о продолжении операции, — заявил он, — определяющей является задача лишить противника жизненно важных районов. Первой достижимой целью является Ленинград и русское побережье Балтийского моря в связи с тем, что в этом районе имеется большое число промышленных предприятий, а в самом Ленинграде находится единственный завод по производству сверхтяжелых танков, а также в связи с необходимостью устранения русского флота на Балтийском море». [52]

Имея на юго-западных подступах к Ленинграду превосходство в полтора раза по пехоте и артиллерии, по танкам в два раза, немецкое командование перед наступлением перегруппировало свои силы и создало три ударные группировки — северную, лужскую и южную. Северную группировку составляли 41-й моторизованный и 38-й армейский корпуса 4-й танковой группы, лужскую — три дивизии 56-го моторизованного корпуса 4-й танковой группы, южную — 28-й и 1-й армейские корпуса 16-й армии. [53]

Гитлеровское командование не сомневалось в успехе наступления. Гитлер, даже считая, что Ленинград будет взят к 20 августа, планировал передачу значительных сил группы армий «Север» в распоряжение группы армий «Центр». [54]

В августе бои под Ленинградом развернулись почти одновременно на всех направлениях. 31 июля в наступление на Карельском перешейке перешли финские войска. Оборонявшаяся здесь 23-я армия не могла сдержать превосходящие силы противника и была вынуждена отступать. Из-за неудовлетворительного управления отступление проходило неорганизованно, что привело к большим потерям людей и почти всей техники и оружия. Ввиду этого Военный совет Северо-Западного направления принял решение об отводе войск 23-й армии на рубеж Карельского укрепленного района, проходившего по линии государственной границы 1939 г. [55] К 1 сентября наступление финнов на этом рубеже было остановлено, и фронт здесь стабилизировался вплоть до лета 1944 г.

19 августа финские войска перешли в наступление и на Свирско-Петрозаводском направлении. Два месяца вела тяжелые бои оборонявшаяся здесь 7-я армия (командующий генерал Ф. Д. Гореленко, с 24 сентября — генерал К. А. Мерецков). Однако финские войска, имея тройное превосходство в силах, к 10 сентября вышли к р. Свирь, а 2 октября захватили Петрозаводск.

Финское руководство считало, что судьба Ленинграда уже решена, и, ожидая захвата города немецкими войсками, заготовило на этот случай специальную речь, которую по радио должен был произнести известный финский политический деятель Ю. Паасикиви. В ней говорилось: «Пришло известие, что мощные германские военные силы заняли Петербург. Впервые в своей истории пала блестящая русская столица, основанная у наших границ. Эта новость, хотя и ожидавшаяся, всколыхнула чувства каждого финна». Далее в речи утверждалось, что еще со времен Петра Великого с Петербургом была связана политика России на расширение своих границ, и это вызывало у финнов неприятные воспоминания. [56]

Однако никому произнести эту речь не удалось. Ленинград остался неприступным.

8 августа с захваченных плацдармов на правом берегу р. Луги в 20–35 км юго-восточнее Кингисеппа перешли в наступление на Красногвардейском направлении немецкие войска. Противник имел на этом участке пятнадцатикратное превосходство в танках, более чем полуторное в артиллерии и полное господство в воздухе. [57]

Временный путевой лист для проезда в Ленинград, заготовленный немецким командованием.

Любанская наступательная операция 7 января — 30 апреля 1942 г..

Оборонявшиеся здесь части, в том числе 2-я дивизия народного ополчения и 90-я стрелковая дивизия (командир генерал И. М. Любовцев), оказывали упорное сопротивление, переходили в контратаки, но сдержать натиск врага не смогли. Как доносил в Генеральный штаб начальник штаба Ленинградского фронта генерал Д. Н. Никишев, «трудность в создавшейся обстановке состоит в том, что ни командиры дивизий, ни командармы, ни командующий фронтом не имеют совершенно резервов. Всякий самый маленький прорыв затыкается наспех импровизированным подразделением или частью». [58]

13 августа противник захватил станцию Молосковицы и перерезал железную дорогу Ленинград — Кингисепп.

В связи с критическим положением на южных подступах к Ленинграду Военный совет Северо-Западного направления 14 августа предложил Военному совету Северного фронта разработать план приведения в боевое состояние Красногвардейского укрепленного района. В приказе предусматривалось много разных мероприятий, в том числе мобилизация 120 тыс. человек на оборонительные работы в укрепленном районе и на берегу р. Невы, установка 100 станковых пулеметов, снятых с Карельского укрепленного района, отработка схемы артиллерийского и пулеметного огня по противнику, создание плана использования зенитной артиллерии и морских орудий для борьбы с танками. [59]

Меры важные и нужные. Но времени для их осуществления оставалось крайне мало. Слишком поздно был отдан приказ! Уже 16 августа был оставлен Кингисепп, а 19 августа начались бои на переднем рубеже Красногвардейского укрепленного района. Однако прорвать здесь оборону советских войск с ходу противнику все же не удалось. Все его атаки были отражены.

Решающую роль здесь сыграла 1-я танковая дивизия под командованием генерала В. И. Баранова. Особенно отличился 1-й батальон тяжелых танков КВ (командир капитан И. Б. Шпиллер). Одна из рот этого батальона под командованием капитана З. Г. Колобанова в бою под Войсковицами 19 августа совершила подвиг, не имевший себе равных в истории. Действуя из засад, она уничтожила 43 танка противника. Из них 22 танка поджег экипаж танка командира роты. Командир орудия танка А. М. Усов был награжден орденом Ленина, а командир роты З. Г. Колобанов — орденом Красного Знамени. [60]

10 августа немецкие войска начали наступление на Лужском и Новгородско-Чудовском направлениях. Стойкая оборона советских войск не позволила противнику прорваться к Ленинграду через Лугу. Но на левом фланге Лужской оборонительной полосы, на Новгородско-Чудовском направлении, немецкие войска, превосходившие почти в три раза сформированную 7 августа 48-ю армию (командующий генерал С. Д. Акимов) и имевшие полное господство в воздухе, 12 августа прорвались в район Шимска.

В этой трудной обстановке по указанию Ставки Северо-Западный фронт нанес по противнику контрудар под Старой Руссой. Перешедшие в наступление 12 августа войска 34-й армии (командующий генерал К. М. Качанов) [61] и 11-й армии (командующий генерал В. И. Морозов) при поддержке фронтовой и дальнебомбардировочной авиации к 14 августа продвинулись на 60 км и создали угрозу тылу группировки противника, наступавшей на Новгород. Это заставило командование группы армий «Север» перебросить в район Старой Руссы две моторизованные дивизии из-под Новгорода и Луги, 39-й моторизованный корпус со Смоленского направления и сосредоточить здесь усилия 8-го авиационного корпуса.

Ответный удар противника вынудил наши войска к 25 августа отойти на р. Ловать, причем 34-я армия, отступавшая неорганизованно, понесла большие потери.

Но в боях под Старой Руссой немецко-фашистские войска также понесли большие потери. «Бои под Старой Руссой, — написано в истории 126-й пехотной дивизии 16-й армии, изданной в 1957 г. в ФРГ, — поставили немецкое командование перед задачами, которые два месяца назад показались бы фантастическими. В этих боях наступление, оборона и контрнаступление чередовались. Немецкая армия сражалась на пределе человеческих возможностей. Возник вопрос, хватит ли резервов, если такие бои повторятся? Немецкие войска понесли тяжелые потери. Некоторые роты насчитывали приблизительно по 50 человек». [62]