Чтение онлайн

— Тканями, аббат, тканями всех сортов. От самых простых и употребительных до самых драгоценных. Я принял дело от отца, который, увы, скончался несколько лет назад.

— Нет ли у вас образцов, чтобы я мог посмотреть? Может, вы держите их вот там?

Аббат указал на сумку, с которой Джованни никогда не расставался.

— Нет. Сожалею, но ткани едут вместе с моим слугой, отдельно. Со мной только счета и несколько личных вещей.

— Жаль. Вы хотите сказать, что сможете показать мне образцы вашего товара, когда мы приедем в Ночеру, да? Я стал бы хорошим клиентом.

— К сожалению, не получится. Исполнив обет, я встречусь в Ночере с другими торговцами и вместе с ними отправлюсь в Сант-Эльпидио, где мы будем дожидаться корабля до Венеции.

— Значит, я остаюсь ни с чем. Где же находится ваша лавка?

— В Ареццо, — не задумываясь, брякнул Джованни и тут же пожалел о своем ответе.

— На территории Флорентийской республики. Вы, должно быть, в хороших отношениях с епископом Джентиле де Бекки. Великий человек! Он отказался от дипломатической карьеры, чтобы служить Господу.

Джованни никогда не слышал такого имени. Что это — ловушка? Что он должен отвечать? Что знаком с епископом? А если такого вообще не существует?

— Так вы его знаете или нет? — не отставал аббат.

В этот момент человек, сидевший на козлах, ловким движением перелез в экипаж прямо на ходу. Джованни узнал его короткую остроконечную бородку. Это с ним он столкнулся у выхода из базилики, и это он спас его в церкви Святого Духа.

Узнал он и тяжелый меч-бастард, который, несмотря на размеры, ничуть не стеснял движений своего хозяина. Джованни не подал виду, что понял, кто перед ним.

— Добрый день, аббат, — улыбаясь, произнес гость.

Его темно-красный плащ сверху был стянут воротником кольчуги.

— Мы разве знакомы? — неуверенно ответил аббат.

— Вы со мной — нет, а вот я с вами — да. В наших кругах очень важно друг друга знать. Вы шпион и сикарий [29] его святейшества.

Аббат отбросил молитвенник, который держал в руках, и попытался вытащить из-под плаща стилет, но незнакомец навалился на него, одной рукой быстро вонзил ему кинжал в живот, а другой зажал рот, чтобы тот не закричал. Через несколько мгновений клирик затих. Он так и лежал на боку, с рукой под головой, как заснувший ребенок. Джованни остался бесстрастен.

— Я встречаю вас в третий раз, и уже второй раз вы, похоже, спасаете мне жизнь. Кто же вы? Как ваше имя?

— У меня их много, но вам я скажу настоящее. Ферруччо, к вашим услугам, граф делла Мирандола. Позвольте заметить, что если бы вы меня послушались в первый раз, то сейчас мы оказались бы в лучшей ситуации.

В его словах прозвучал легкий упрек, и Джованни почувствовал себя виноватым. Он подумал о том человеке, которого только что убили.

— Кто был этот лжеаббат?

— Он был настоящий служитель Господа. Просто он путал Бога любящего с воителем и пользовался Божьим мечом гораздо чаще, чем Божьим словом.

Джованни покачал головой. Чувство вины сменилось унынием. В его ушах все еще звучала ирония, с которой Ферруччо произнес «служитель Господа».

— Могу я спросить, кто вас послал? Кому я обязан такой поддержкой?

— А вы подумайте, граф. С вашей проницательностью догадаетесь быстро… Но прошу вас с сегодняшнего дня максимально ко мне прислушиваться. Думаю, у вас уже достаточно доказательств, чтобы доверять мне.

— Согласен с вами, Ферруччо. У меня нет другого выхода. Нет, не из-за вас, просто мне еще многое не ясно. Например, почему этот аббат не арестовал меня раньше, пока мы еще не отъехали от Рима?

— Насколько мне известно, Франческетто, желая найти вас, поднял на ноги всех своих людей и посадил по соглядатаю в каждый экипаж, покидавший Рим. Аббат Кавалли был одним из них и, конечно же, не знал, кто вы на самом деле. Наверное, он так и умер в сомнениях. Должен сказать, что для благородного синьора вы прекрасно выглядите в платье торговца.

— А вы-то как меня разыскали?

Под бородкой появились тонкие морщинки, и на лице Ферруччо наконец расцвела улыбка, которая раньше была едва обозначена.

— У меня тоже есть свои соглядатаи. Когда до меня дошла весть, что кто-то продает богатое платье, я подумал, что знатная персона попала в беду. Это вполне могли оказаться вы. Сказать по правде, я всем обязан некоей Леоноре, которая мне доверилась. На ваше счастье, граф.

Джованни помрачнел.

— Я надеюсь, вы не причинили вреда этой женщине?

— Нет, я предложил ей денег и был уверен, что она их примет, учитывая ее ремесло. Но Леонора рассказала мне все, что знала, а денег не взяла. Странная женщина, по-своему очаровательная. Она приняла деньги только тогда, когда я сказал, что они от вас. Вы ранили ее сердце.

Он улыбнулся широкой искренней улыбкой, и Джованни ответил тем же.

— Я обнаружил вас и стал приглядывать издалека, — продолжил Ферруччо. — А когда понял, что вам угрожает опасность, сел в ваш экипаж.

— Полагаю, вы имеете в виду разговор аббата с командиром отряда?

— Да, граф. Я понял, что вас либо разоблачили, либо заподозрили, будто вы не тот, за кого себя выдаете.

— Я вам очень признателен.

— Не сомневаюсь, — дерзко отозвался Ферруччо. — Но теперь ваша очередь мне помочь.

— Каким образом?

— Солдаты, сопровождающие экипаж, настороже и готовы вмешаться по первому знаку аббата.

— Который мертв.

— Который спит, граф. Разве вы не видите? Он просил его не тревожить.

Экипаж подпрыгнул на ухабе, и тело аббата сползло на пол. Ферруччо поднял его, положил на сиденье в прежней позе, потом отцепил кожаный ремень от запасной сбруи, висевшей внутри экипажа, провел аббату под живот, закрепил тело на скамье и укрыл плащом, чтобы было незаметно.

— Их четверо, граф. Отвязаться будет нелегко. Слава богу, солдаты пока не заметили, что произошло с аббатом. Они, видимо, считают вас важной персоной, за поимку которой дадут солидное вознаграждение, а потому будут вас оберегать. В нужный момент сделайте вид, что вам стало плохо, и попроситесь выйти из экипажа. Пусть эти люди помогут вам спуститься, а остальное я беру на себя.