Чтение онлайн

Глава 13

Вернувшсь домой, я сразу окунулась в водоворот событий. Сириус и Рита вовсю готовились к свадьбе, невеста довела до истерики мадам Малкин, требуя от нее какую-то совершенно уж невозможную мантию, а жених все никак не мог решить, где следует прощаться с холостяцкой жизнью -- на Гриммо или же в заказанном ресторане. Рита высказывалась в пользу Гриммо, Сириус же считал, что приглашать гостей сюда не стоит -- слишком уж орет портрет матушки при входе, еще испугает кого-то больно нервного. Так что нелегкое бремя выбора они по молчаливому согласию возложили на меня, и после недолгих раздумий я поручила близнецам Уизли утихомирить портрет миссис Блэк, а Риту повела к маггловскому портному. Результатом стали неотлипное заклятье на шторке, закрывающей портрет, и умопомрачительное платье-мини лимонного цвета с черной отделкой -- Рита решила отдать дань хогвартскому прошлому и нарядиться в цвета своего факультета. Впрочем, Сириус не отставал и, насколько мне было известно, выбрал костюм в гриффиндорском стиле -- ему помогали близнецы, так что я внутренне приготовилась к худшему. Папа отзывался обо всей этой катавасии исключительно неодобрительно, но на прощальную вечеринку перед свадьбой все-таки пошел. Подозреваю, для того, чтобы иметь потом удовольствие пересматривать воспоминания о ней в Омуте памяти -- Сириус забавно обнимал школьный кубок по квиддичу от тысяча девятьсот семьдесят восьмого года, выигранный Гриффиндором, почему-то называл Ремуса Сопливчиком, а папу -- Джеймсом, и клялся, что всегда будет их помнить. Потом увидел близнецов Уизли, попросил налить ему еще огневиски, чтобы "вон того веселого парня стало еще больше", и, вспомнив мародерское прошлое, предложил забраться на кухню и поменять местами соль и сахар. В ответ на резонное замечание Ремуса, что кухня его собственная, и пробираться нет никакой нужды, ответил, что вообще-то имел ввиду кухню Малфоя -- дескать, пусть гостящему у него Волдеморту будет невкусно. Откуда Сириус взял, что Риддл имено у Люциуса -- непонятно. Впрочем, вывихи пьяного мужского сознания вряд ли бывают логичными. Вообще судя по рассказам папы вечеринка была более чем веселой, но воспоминание он мне так и не показал, а Невилл, когда я его начала расспрашивать, помидорно покраснел и сказал, что пообещал Сириусу быть немым, как могила. "Для хорошего некроманта это не проблема," -- подумала я, но решила не акцентировать на этом внимания. Пусть у мальчиков будут свои маленькие тайны.

Мы же в тесной девичьей компании аппарировали в маггловский ночной клуб (Тонкс предлагала стрип-бар, но потом покосилась на меня и отчего-то умолкла). Рита не слишком умела просто дружить, все больше использовала людей для своих репортерских делишек, так что на девичник были приглашены только я, Тонкс, и пара сотруднц "Ежедневного Пророка". Они с явной завистью косились на ритино кольцо и вздыхали о том, что "потрясающе обходительный и галантный кавалер" вскоре будет потерян для общества.

На следующее утро я стала свидетельницей того, как Сириус с отпечатавшимся на щеке уголком подушки слезно выпрашивает у папы антипохмельное, а всклокоченный Ремус в почему-то волчьем обличии задом выползает из-под лестницы, таща за шкирку упирающуюся бабенку в алой мантии. Бабенка, малость обшарпанная и здорово обслюнявленная, оказалась журналисткой из конкурирующего с "Пророком" издания, решившей сделать эксклюзивный репортаж о мальчишнике. На ее беду, Сириус мигом вспомнил сказку о Красной шапочке, и уговорил Ремуса "слегка пошутить". Каким образом репортерша оказалась в доме на Гриммо, никто уже не помнил, но по степени ее пожеванности определили, что кто-то явно принес ее в зубах. Возможно, как потенциальную закусь -- больно уж она дрожала и заикалась.

Отправив бабенку восвояси, все стали дружно помогать Кикимеру наводить порядок, после восьмого разбитого бокала наконец позволили мне вызвать Добби, а Невиллу -- Винки, и отправились одеваться: через каких-нибудь четыре часа должны были прибыть гости.

Рита, прихорашиваясь перед зеркалом (желтая коротенькая фата выглядела поистине феерично!), вдруг вспомнила, что это же ее собственная свадьба, и она не сможет разорваться надвое, чтобы одновременно и с гостями любезничать, и диктовать Принципиарному перу, и впала в самое настоящее уныние. Видя, что дело пахнет керосином, и невеста почти готова отменить торжество, мы с Тонкс поднапряглись и выдали на-гора потрясающую в своей простоте и гениальности идею: пусть Рита воспользуется хроноворотом и поприсутствует на своей свадьбе в двух качествах. Обрадованная Рита немедленно ускакала с Скримджеру клянчить хроноворот (лично я полагаю, что скорее все-таки требовать, нежели просить), а мы вздохнули с облегчением и наконец смогли заняться собственным туалетом.

Рита решила одеть подружек невесты в цвета Хаффлпаффа, так что мы с Нимфадорой щеголяли светло-желтыми платьями с черными поясами, а Дора даже удосужилась сменить цвет волос на непроглядно-черный -- думаю, папа будет в восторге. Шафером Сириуса был Ремус, и он с самого утра радовал нас пунцовым костюмом и алым жилетом в веселенькую золотую полосочку, тогда как сам Сириус нарядился в слепящую взгляд золотую рубашку с золотым же кружевным жабо, и алый костюм, который прямо кричал о гриффиндористости своего владельца. Фред и Джордж были одеты дорого и со вкусом, как преуспевающие бизнесмены, и только их шевелюры яростно пламенели, портя имидж. Папа же, как всегда, не изменил излюбленному черному. Он полагал этот цвет исключительно подходящим для всех случаев жизни, от крестин до похорон, и был в чем-то прав... Хотя я, пожалуй, не смогла бы всю жизнь проходить только в черном.

Вернулась Рита, но не наша, а другая, из будущего, одетая в кислотно-салатовую длинную мантию и вооруженная пергаментом с пером. Она гордо продемонстрировала нам обручальное кольцо с огромным, на весь сустав, ярким сапфиром (точь-в-точь как глаза дорогого Сири!) и заняла наблюдательный пост на лестнице, на площадке между первым и вторым этажами.

Впорхнула вторая Рита, еще незамужняя, о чем-то возбужденно затрещала сама с собой и унеслась проверять, готов ли зал для приема гостей. Еще вчера при помощи пятого измерения мы расширили гостиную до невообразимых размеров и именно в ней собирались принимать гостей. Слава Мерлину, Рита не капризничала по поводу не того оттенка бежевого или чересчур узких/широких/длинных/коротких лент, украшавших стены. Розы, фрезии и хризантемы тоже вполне устроили ее и цветом, и количеством, пристальное внимание привлекли только карточки с именами гостей. Поменяв местами несколько штук, она ускакала довольная донельзя, а я, подойдя к столу, убедилась, что по гениальному ритиному замыслу предполагалось посадить рядом особ, относящихся друг к дружке сс максимальной неприязнью. Видимо, журналистская душонка Скитер жаждала сенсаций.

Наконец часы пробили полдень, и первые гости появились на пороге. Самыми пунктуальными оказались Малфои -- жаль, что под оборотным. Нарцисса во что бы то ни стало желала присутствовать на свадьбе новообретенного кузена, и Люциусу пришлось идти к папе на поклон -- узнай Риддл, что он пришел в гости к предателю крови и бывшему фениксовцу, одной авадой Малфой не отделался бы. Так что Люциус и Нарцисса изображали пожилую супружескую пару, родственников со стороны ритиной тетушки, а Драко досталось обличье ее троюродного племянника. Почему-то со спины племянник был здорово похож на Невилла, хорошо, что мантии были разного цвета -- я как пить дать ошиблась бы.

А дальше гость пошел косяками: от сотрудников до всяческих важных министерских шишек и фениксовцев. Компания подобралась разношерстная, гости в ожидании церемонии разбрелись по залу и Принципиарному перу нашлось достаточно работы. Интересно, Рита возьмет интервью у себя? А у Сириуса? "Мистер Блэк, как вы чувствуете себя в роли мужа?" -- "Превосходно, миссис Блэк-Скитер, лучше не бывает..."

Накладывать брачные узы должна была Августа Лонгботтом как старейшая ритина родственница, поскольку у Сириуса кроме двоюродных сестер родни не было. Вообще церемония бракосочетания в магическом мире очень напоминала процесс заключения Нерушимой клятвы (по сути, являясь одной из ее разновидностей) и требовала присутствия уважаемого в обеих собравшихся породниться семьях колдуна или колдуньи. Это по традиции, а по закону скрепить такую клятву мог любой совершеннолетний маг, так что молодые парочки вовсю пользовались этим, если их семьи были против.

Наконец Августа взошла на специально возведенный для этой цели помост и взмахом палочки добилась тишины. Сказав приличествующие случаю слова ("Мы собрались здесь, дабы проводить в последний путь," и далее по тексту), она попросила Сириуса и Риту подняться к ней и взяться за руки. В отличие от Нерушимой клятвы брачная связывала обе руки пары, уж не знаю, почему... Поклявшись любить и хранить верность друг дружке вечно, брачующиеся с удивительно поглупевшими от умиления лицами поцеловались, а Сириус надел на пальчик Риты то самое сапфировое колечко. Рита-два немедленно толкнула локтем фотографа, чтобы тот не забыл запечатлеть столь знаменательный момент.

Когда с официальной частью было покончено, гости со вздохом облегчения устремились к накрытому столу и дружно зачавкали. После какого-то там по счету выпитого бокала тут и там начали вспыхивать ссоры, и Рита-два металась от одного гостя к другому, пользуясь моментом, чтобы записать выданные спьяну и со зла секреты. В следующую минуту я поймала себя на мысли, что мантия-то у Риты была салатовая, а не индиговая, и поняла, что Рит у нас уже целых три -- видимо, одна с таким количеством гостей не справлялась, а вторая не собиралась жертвовать возможностью и привилегией принять поздравления и полюбезничать с новеньким мужем.

Ближе к вечеру Фред и Джордж с загадочными лицами притащили несколько огромных коробок, в одной из которых оказались шарахнутые Конфундусом садовые гномы, поющие серенады хриплыми голосами, а в остальных -- всевозможная продукция из магазина ""ВВВ". Наверное, они решили таким образом убить двух зайцев: и праздник оживить, и волшебные вредилки разрекламировать. Благо фотограф не преминул запечатлеть меняющиеся после употребления Забастовочных завтраков лица и тела гостей.

А ближе к полуночи, когда большинство гостей разошлись и остались только самые близкие, мы портключом переместились на северное побережье Ирландии, ритину родину, и битый час упражнялись в пускании фейерверков над морем. Особенно хорош был Китайский огненный шар близнецов, пролетевший совсем низко над нашими головами, и невиллов подсолнух(как доложила разведка, любимый ритин цветок), за несколько минут прошедший путь от крохотного мерцающего зернышка до огромного яркого цветка и, впоследствии, снова россыпи мерцающих зерен.