Чтение онлайн

Нормальная еда, зелье и продолжительные водные процедуры сделали свое дело: теперь Алиса не выглядела тяжелобольной, скорее, уверенно идущей на поправку. Конечно, волосы ее так и остались седыми, и худоба никуда не делась, но появился живой блеск в глазах и уверенность в движениях. Я предполагала дать ей больше времени, чтобы прийти в себя, но тут уже она настояла -- узнав, что через пару дней вернется Невилл, Алиса захотела как можно скорее попытаться излечить Фрэнка.

У него явно не было такого якоря, как у Алисы -- у мужчин гораздо более слабый истинкт отцовства. Так что я решила делать ставку на его любовь к жене и матери, и уж потом -- к ребенку.

Я ввела в транс саму Алису и аккуратно направляла ее, помогая искать то, что осталось от личности Фрэнка. Больше всего это было похоже на собирание паззла -- и многих кусочков не хватало. Цветной калейдоскоп то и дело норовил закрутить меня или Алису, но я держалась со всех четырех лап и держала ее -- в буквальном смысле слова, сперва обхватив руками за пояс, а потом и уцепившись волчьими зубам за мантию. Думаю, после всего Алиса непременно поинтересуется, что это за анимагическая форма такая.

Хорошо, что я прибегла к помощи Алисы -- самой мне этот паззл было не сложить ни в жизнь. Но даже ей не удалось сделать это до конца: многие кусочки были попросту уничтожены.

Когда мы закончили, я была мокрой как мышь, и не держалась на ногах. С помощью Августы я доковыляла до кровати и провалилась в сон без сновидений, как в темный колодец. Мысль, с которой я засыпала, была "Все напрасно."

Проснулась я как-то рывком, резко сев на постели. Наверное, мне все же что-то приснилось, но я не помнила, что именно.

– - Гарри!
– - вскинулась Алиса. Она, оказывается, сидела рядом со мной, караулила.

– - Что с ним?
– - спросила я сходу. Женщина покачала головой:

– - Он умер. Не перенес вмешательства.

– - Это моя вина, -- я отвернулась к окну, будучи сейчас не в состоянии смотреть Алисе в глаза.

– - Глупости, -- заявила Августа, входя в комнату. За ней шествовала Винки, неся поднос с чаем и какими-то бутербродами.
– - Ты сделала ровно вполовину больше от того, на что я рассчитывала. Вернула Невиллу мать.

– - Но убила отца.

Знакомые шаги заставили меня съежиться, словно щенка в предвкушении выволочки. Но вместо обвинений и упреков в самонадеянности я услышала:

– - Глупая. До чего же ты у меня глупая.

Невилл крепко обнял меня, усевшись сзади, и заставил повернуться ко всем лицом.

– - Ты спасла маму. Ты рисковала собой, пытаясь спасти отца... Ты в курсе, что ты проспала почти пятнадцать часов кряду? Мы хотели вызывать колдомедиков, но мистер Снейп проверил тебя и сказал, что все будет хорошо.

– - Он был здесь? Он знает?

– - Да. И тебя еще ждет разговор с ним. Он не знает, что ему делать: то ли гордиться тобой, то ли отшлепать, как маленькую, и поставить в угол носом.

Почему-то от этого невинного замечания я разревелась, как маленький ребенок. Невилл молча гладил меня по спутанным после сна волосам, и мгновение спустя я поняла, что меня обнимает уже не только он, но и Алиса с Августой.

Я ошиблась, и цена моей ошибки -- жизнь человека.

Больше я ошибок не допущу.

ЧАСТЬ 6

Глава 1

Август ознаменовался несколькими событиями: я наконец-то перестала расти, перестав поставлять Сириусу поводы для шуточек, а Волдеморт, несомненно, в честь наступающего первого сентября, зачем-то обрушил Брокдейлский мост. Погибли двадцать три маггла, девять выжили, но получили тяжелые травмы. Дементоры оставили Азкабан, где, в общем-то, и охранять стало нечего, и теперь по всей Британии клубился густой туман -- неизменный свидетель их размножения. Магический мир был в состоянии тихой паники, министерские сбились с ног, устраняя и маскируя последствия деятельности Пожирателей. Стали пропадать люди, волдемортовские приспешники убили Эммелину Вэнс и Амелию Боунс, тем самым обезглавив отделы обеспечения магического правопорядка и (?). Наша преподавательница маггловедения Чарити Бэрбидж тоже исчезла, и почему-то никто не торопился занять ее место в Хогвартсе.

Люциус довольно неаккуратно поставлял мне сведения о деятельности Риддла -- он все еще был под подозрением, как запятнавший себя дружбой с предателем. Обычно он присылал патронуса, красивого пушистого лиса, и тот в двух словах рассказывал о текущем положении дел. Новости были неутешительными: на стороне Риддла собиралсь выступить великаны, и оборотни обдумывали его предложение. Люциус не уточнял, с какой стаей имел дело Риддл, но Маркус наверняка получил его предложение и теперь мне только оставалось надеяться, что он решит вопрос в мою пользу. Наверняка Риддл предложил ему нечто вроде легализации оборотничества и свободной охоты на магглов...

Также, по сведениям, полученным от патронуса, несколько выпускников Хогвартса приняли Метки, а ближе к Рождеству планировалось еще одно посвящение, на этот раз для старшекурсников Слизерина. Думаю, Паркинсон будет в первых рядах -- сейчас ее отец занимал видное положение при Риддле, в частности, принимал его у себя в гостях. Узнав, что резиденция Волдеморта не в Малфой-мэноре, я испытала какое-то иррациональное чувство облегчения, и даже не оттого, что так Драко и Нарцисса были в большей безопасности. Я просто не могла представить, как Риддл живет в одной из красивых гостевых комнат мэнора, гуляет (чем Салазар не шутит!) в оранжерее и нюхает нарциссины розы. Это казалось кощунством...

После скромных, тихих похорон Фрэнка Алиса почти до конца августа уехала на Ривьеру. Августа и Невилл, конечно, присоединились к ней, звали и меня, но я решила отказаться. Я все еще остро чувствовала свою вину за смерть Лонгботтома-старшего, к тому же считала, что семье нужно побыть вместе. Я, конечно, тоже была почти частью их семьи, но все же, все же...

К тому же мне было чем заняться: одни папины исследования чего стоят! Ему никак не давалось противоядие от яда василиска, и Северус подключил меня к своей работе, рассудив, что одна голова -- хорошо, а две еще лучше, особенно если вторая смотрит свежим взглядом. Тонкс, как оказалось, тоже порой предлагала довольно любопытные идеи, но она сейчас была загружена работой выше головы и не могла принимать участия в работе. Авроры работали на износ, приходя домой только для того, чтобы отоспаться -- и в связи с этим Нимфадора как-то незаметно переселилась к нам в Спиннерс-энд. Она сперва заходила после работы, чтобы увидеть папу, оставалась на чай и в большинстве случаев попросту засыпала в мягком кресле с недоеденным бутербродом в руке. Тогда папа брал ее на руки и, шепотом ругаясь, нес в спальню, а наутро Тонкс смешно суетилась и оправдывалась перед матерью, пылающей праведным гневом. Гнев миссис Тонкс отсвечивал зеленым, изливаясь на дочь из камина, а главной претензией было то, что скоро она забудет, как выглядят родители, и вообще, с какой стати она ночует не дома? Пресекая утренние скандалы, папа предложил Доре переехать, и самолично трансфигурировал для нее шкаф из табуретки. В своей, между прочим, комнате.

В общем, невзирая на повисшее в воздухе ощущение надвигающейся опасности, в нашем доме были свои маленькие радости; я даже успела успокоиться и морально подготовиться к шестому курсу.

А вечером тридцать первого августа к нам в дверь постучали.

– - Нарцисса?
– - я поднялась из подвала, чтобы встретить гостя, поскольку папа был слишком увлечен работой. Дора же сегодня заступила в ночное дежурство.

– - Добрый вечер, Гарриэт.

Женщина была непривычно бледна и сжимала руки до хруста в суставах. Я взяла у нее мокрый плащ и поспешно проводила в гостиную, попросив Добби сделать чаю.