Чтение онлайн

После Невилла ко мне приходили поочередно раскаивающийся Драко, оптимистичный Диггори, возмущенный папа, перепуганный Люпин и, наконец, жизнерадостная Гермиона. Она притащила мне книгу о патронусах и порекомендовала изучать на досуге, поскольку "теория практике еще никогда не мешала".

С Люпином я беседовала дольше всего. Он понимающе вздыхал, но ничем помочь не мог в принципе - он ведь не виноват, что плохих воспоминаний у меня куда больше, чем хороших.

Сразу после того, как меня выписали, я пришла к нему и потребовала выпустить боггарта. Но чуда не случилось, и из палочки снова вылетели жалкие искры. Походы в Хогсмид отменили, и теперь на выходных я приходила снова и снова сражаться с собственным страхом.

– Гарри, не расстраивайся так, все у тебя получится, - утешал меня Ремус.
– Что за воспоминание ты выбрала? Может, оно просто недостаточно счастливое?

– Ремус, - рассмеялась я.
– Думаешь, у меня так уж много счастливых воспоминаний? Вряд ли посещение Диснейлэнда можно противопоставить дементорам, или воспоминание о первом купании в море...

Я видела, что Ремусу жаль меня до слез, но больше оборотень не решился ничего говорить. И правильно - мне его утешение было сейчас нужно меньше всего.

Наше занятие прервали самым возмутительнейшим образом.

– Люпин!
– папа ворвался в его кабинет без стука.
– Гарри, ты тут, слава Мерлину!

– Что случилось?

– Портреты клянутся, что видели в замке Грейбека, он подрал изображение Толстой Дамы, привратницы Гриффиндора!

– Грейбек?
– Ремус сидел, словно громом пораженный.

– Не тупи, Люпин! Как он мог пройти мимо дементоров? Кто еще знает о потайных ходах?

– Только я, ты, Сириус и Гарри. Кому ты рассказывала?
– обратился Ремус ко мне.

– Моим друзьям, - прошептала я. Неужели кто-то мог помочь Грейбеку проникнуть в замок? Но зачем? И... кто?

– Я ручаюсь за них головой, - заявила я.
– Никто из них не стал бы болтать с посторонними или помогать преступнику.

– Даже под страхом смерти?
– прищурился папа. Ремус одернул его:

– Северус, не мели чепуху! Как Грейбек мог проконтролировать выполнение приказа?

– Нерушимая клятва, - буркнул папа без особой уверенности. Оборотень вымученно рассмеялся:

– Ты прекрасно знаешь, что Нерушимую клятву невозможно дать магглу, а Грейбек - бывший маггл. Оттого, что его покусали, в нем не прибавилось ни капли магии.

– Хорошо, убедил. Но я не понимаю, как тогда он оказался здесь. Дамблдор рвет и мечет, всем студентам велено собраться в Большом зале, а преподавателям - обыскать школу.

– Ерунда какая, - заявила я.
– Грейбеку делать больше нечего - только прятаться в школе, где его легко можно обнаружить! Линни!

Эльф аппарировал в кабинет со звонким хлопком.

– Мисс Гарри! Линни приятно оказаться полезным!

– Это что, хогвартский эльф?
– недоуменно воззрился на меня папа. Я пожала плечами:

– Ну да. Мы еще на первом курсе познакомились. Линни, ты знаешь, кто такие оборотни?

Домовик кивнул:

– О, один совсем недавно ушел, а второй остался.

– Какой-такой второй?

Люпин фыркнул:

– Северус, ты сегодня явно не в форме. Я, конечно! Так, Линни?

– Именно, профессор Люпин, сэр! Второй, тот, что приходил, он был злой, он испортил портрет и ушел, очень недовольный.

– Ремус!
– из камина показалась голова Дамблдора.
– О, и Северус у тебя! Вы нужны мне, необходимо обыскать замок.

– Домовой эльф утверждает, что посторонних в замке нет, сэр, - я решила вмешаться.

– Гарри, ты должна спуститься в Большой зал, - Дамблдор пропустил мои слова мимо ушей.
– Проводите девочку и присоединяйтесь к нам, мальчики.

Едва его голова исчезла, папа скривился:

– Мальчики... Необходимо соблюдать хоть какую-то субординацию. Макгоннагал моложе его лет на пятьдесят, но он ведь не зовет ее девочкой.

– Полно, Северус, - вздохнул Люпин.
– Пойдем, нас ждет замечательная прогулка по темным коридорам Хогвартса. Совсем как в старые времена...

– Я не бродил по ночам, Люпин.

– Ну да, ну да... Это ты Гарри расскажи, а не мне. Помнится, однажды я едва успел увести парней от пустого класса, где ты целовался с Лили.

Большой зал был полон народу. Столов не наблюдалось, зато весь пол был устлан фиолетовыми спальными мешками, в которых или на которых сидели и лежали студенты.

– О, наконец-то!
– Драко уволок меня в уголок, где собралась вся компания.
– Что это за дурацкие слухи?

– Не знаю, что вам сказали, но факты таковы: Грейбек пробрался в Хогвартс и подрал холст Толстой Дамы. Сейчас его здесь нет, но директор приказал обыскать весь замок от подземелий до Астрономической башни.

– Откуда ты знаешь, что он ушел?
– поинтересовалась Гермиона.

– От домовика, конечно. Помните Линни?

Перси Уизли, который с назначением на пост старосты стал еще противнее и пытался выслужиться еще усерднее, приказал нам замолчать и ложиться спать. Не желая попусту пререкаться с ним, мы залезли в свои мешки. Вот логика: согнать всех сюда вместо того, чтобы развести по гостиным. Или директор подозревает, что Грейбек притаился в чьем-то сундуке? Он же не маг, и не мог взломать дверь, а привратники его ни за что не пропустили бы.

– Как занятие?
– шепотом спросил лежащий справа Невилл.

– Никак. У меня не получается. То ли воспоминания не подходят, то ли стимула не хватает.

Невилл только вздохнул. У него даже искр из палочки не сыпалось, и, попытавшись несколько раз, он отказался от занятий с Люпином, как и все остальные. На данный момент у меня были лучшие результаты, но сама я была недовольна. Перевернувшись на спину, я уставилась в темный потолок с едва заметными звездами, и в который раз принялась ворошить свою память в поисках счастливого воспоминания. Звезды прятались за облаками, я рассеянно искала среди созвездий Большую Медведицу и незаметно для себя уснула.

Глава 6

Видимо, Дамблдор здорово напугал дементоров - больше они не приближались ни к школе, ни к квиддичному полю. Седрик немного отпустил вожжи и не гонял команду до седьмого пота, как раньше, что не могло не радовать - появилось больше свободного времени. Папа по-прежнему исследовал яд василиска, буквально разложил на составные, но к разгадке противоядия не приблизился ни на йоту. Естественно, это не могло не сказаться на его настроении: он лютовал больше обычного и так придирался к студентам, что сам Дамблдор уже просил его быть помягче. Он совсем бросил нас учить чему-то сверх или вперед программы, но Люпин с удовольствием взял эту заботу на себя. Кажется, он оттаивал в обществе моих друзей, забывал о своей "мохнатой проблеме" и становился просто человеком. Чем дальше, тем больше я убеждалась, что эта самая проблема в большей степени надуманная, но так и не могла сообразить, что с этим делать. Из Северуса, само собой, помощник был никакой, а друзья могли только делать то, что и делали: зная о его оборотничестве, спокойно и дружелюбно с ним общаться.