Чтение онлайн

Гермиона взмахнула палочкой и запахи, не относящиеся к нашему купе, вдруг исчезли.

– Как ты это сделала?

– Заклятье воздушного пузыря, - смущенно улыбнулась подруга.
– Так лучше?

– Намного. Надолго его хватает?

– На час точно хватит, потом можно обновить.

Дверь открылась, но запахов не прибавилось. Рыжая голова Рона просунулась в купе, но тут же втянулась обратно - у нас сидел Драко. Наверное, это карма: не успели ребята помириться, как тут же поссорились опять.

...После квиддичного матча, около десяти вечера, какие-то колдуны устроили непонятно что: то ли акцию устрашения, то ли демонстрацию собственного идиотизма. Напялив белые маски и знакомые всей Англии пожирательские мантии, они строем прошлись по палаточному городку, сея панику. Смотритель-маггл был напуган ими едва ли не до смерти, и, наверное, там все-таки был кто-то из бывших Пожирателей, поскольку над местом происшествия запустили Метку. Визитная карточка слуг Волдеморта - зеленый череп с языком-змеей - заставила авроров проверять всех, кто тринадцать лет назад был уличен или хотя бы заподозрен в принадлежности к армии Риддла. Не стал исключением и Малфой-старший. Авроры нагрянули к нему с утра, и папе пришлось под веритасерумом подтверждать, что Люциус до полуночи находился у нас в гостях. После этого они ретировались, но Артур Уизли почему-то считал, что папа соврал. Когда в этот же день мы оказались на Диагон-аллее, нелегкая принесла туда и рыжее семейство. Увидев давнего противника, Артур не сдержался и прямо с противоположной стороны улицы начал орать оскорбления, а потом перебежал к нам и с пеной у рта доказывал, что все равно добьется заключения Малфоя. Не понимаю, зачем во всеуслышание заявлять о своих намерениях? Хочешь - сделай тихонько...

Папа вмешался, попытавшись убедить Уизли в неправоте, но тот разозлился еще больше и обвинил его во вранье. Может, я бы и стерпела, но он произнес роковую фразу: "Наверное, и ты там был, предатель!" После этого я уже не сдерживалась и в самых резких выражениях высказала все, что думала. Кажется, Уизли был поражен - его куриные мозги не сообразили, что он только что обвинил отца Девочки-которая-выжила (ненавижу этот титул!) в верности идеалам Волдеморта. Сдувшись, как проколотый иголкой шарик, Уизли отступил, а Рон потом нагнал нас у мороженицы Фортескью и просил прощения вместо него. Я-то на самого Рона была не в обиде, а вот Драко, считавший, что сын за отца в ответе, даже не глянул на рыжего...

Гермиона только вздохнула, проводив взглядом Уизли, и уткнулась в какой-то фолиант. Невилл достал пирожки:

– Кто-то будет? Бабушка пекла.

– Я буду, спасибо, - у меня в последние два месяца чудовищно вырос аппетит, хотя внешне это на мне никак не отразилось. Я все еще была почти тощей - для того, чтобы называться стройной или тонкой, моей фигуре не хватало по парочке килограммов тут и там. Костлявые коленки, костлявые локти, ребра как стиральная доска, никаких вторичных половых признаков - хотя ими успели обзавестись большинство моих ровесниц. Не то, чтобы я очень переживала - скорее, недоумевала, как моему телу удается сжигать столько калорий. Что-то я не замечала, чтобы Люпин столько ел.

– Ум-м, как вкусно... Никогда бы не подумала, что твоя бабушка готовит, - единственный раз, когда я видела Августу Лонгботтом, запомнился мне надолго. Почтенная леди в шляпе с чучелом ястреба едва сдерживалась, чтобы не огреть лаковой алой сумочкой продавца во "Флориш и Блоттс", потерявшего ее заказ. Сильным, хорошо поставленным голосом она отчитала его, как ребенка, а потом обернулась к нам с таким грозным видом, что я лихорадочно начала припоминать, все ли домашнее задание выполнила.

– Она у меня крайне противоречивая натура, - согласился Невилл.
– Между прочим, не знаешь, кого взяли вместо профессора Люпина?

Ремус уволился, чтобы, как он выразился, "привести в порядок собственные дела". Формулировка расплывчатая, но посвященные знали, что за ней скрывается: Люпин хотел как можно скорее достигнуть взаимопонимания со своим волком. У него перед глазами была я - яркий пример того, как все могло бы быть, если бы он с самого начала проявил к зверю хоть каплю доверия и уважения. Относясь к волку, как к врагу, двадцать с лишним лет, он сам стал для него врагом, и теперь ему предстояло приручать самого себя - да, вот такая вот лента Мёбиуса.

– Не знаю. По крайней мере, двадцать седьмого августа, когда папа бывал в Хогвартсе, никто назначен не был.

– Мы что, останемся без преподавателя?
– не понял Драко.
– Почему крестный больше не подавал заявление? Папа говорит, раньше он каждый год просил назначить его вести ЗОТИ.

– Думаю, сейчас ему не до этого - там, в его новой лаборатории, еще столько материала...
– протянула Гермиона.

– Ну да, - согласилась я.
– Не волнуйтесь, Дамблдор в самый последний момент назначит кого-нибудь... занятного. Скучать не придется.

– Это точно, - проворчал Драко. В купе заглянул Крэбб, за ним маячил Гойл.

– О, пирожки!
– обрадовались они. Невилл широким жестом предложил:

– Угощайтесь.

Ребята сели, немного потеснив Драко, и синхронным движением протянули руки к выпечке. Сопя и жуя, Гойл сообщил:

– Мы решили в этом году пробоваться на отбивал.

– Угу, - подтвердил Винсент.
– Как считаете, у нас хорошие шансы?

Я прикинула: так, бывшие слизеринские отбивалы окончили школу, а кроме Винса и Грэга на их факультете нет никого такого рослого и мускулистого. Уже сейчас четырнадцатилетние парни могли сойти за семнадцати - восемнадцатилетних. Что будет дальше - я боялась представить. Два Хагрида, не иначе.

– Я бы на вас поставила, - признала я. Винс просиял:

– Спасибо! Кстати, о квиддиче: вы были на Кубке мира?

Разговор окончательно и бесповоротно перешел на тему квиддича, и я была рада, что так случилось: так было гораздо проще заглушать в себе плохие предчувствия.

А они у меня были - шрам странно вел себя в последнюю неделю, не болел, но ныл, как разболевшийся зуб. Это могло значить только одно: где бы он ни был, Волдеморт активизировался. Похоже, в этом году меня ждет сюрприз...

Сидя за пиршественным столом, мы наблюдали за распределением.

– Неужели мы когда-то были такими же маленькими?
– пробормотал Невилл. Я подавила смешок: мой друг здорово вытянулся этим летом, догнал в росте меня, но был намного крепче и мощнее. Куда только девалась детская пухлость... Вот разве что только щеки остались круглыми.

– Я тебе больше скажу: Грэг и Винс когда-то были такими!

Мы дружно захихикали.

Дамблдор постучал ложечкой по кубку, вставая.

– О, сейчас будет Речь, - толкнул меня в бок Невилл. Я послушно замолчала.

– А преподавателей все еще на одного меньше, чем следует, - хмыкнул он.

– Я рад видеть вас снова в школе чародейства и волшебства Хогвартс! И у меня есть для вас два объявления прежде, чем вы начнете набивать свои желудки. Во-первых, профессор Люпин не будет вести ЗОТИ в этом году, - возмущенный ропот показал, насколько студенты любили оборотня. Черт, ему было бы приятно...

Дверь Большого зала отворилась со страшным скрипом, совпавшим с особенно сильным раскатом грома за окном. Все потрясенно замолчали, а я удивилась: когда это двери Большого зала скрипели?