А кто убил тебя?
Шрифт:
Виктория Линник держала руку Лиутбера Вольфа и что-то с увлечением рассказывала. Он же, не отрывая взгляд от её губ, кивал головой и улыбался. Его пальцы рук нежно поглаживали ладонь Вики. От нетерпения Лиу поцеловал девушку быстро и почти не касаясь губ. Но этого незначительного прикосновения было достаточно, чтобы разбить сердце восемнадцатилетней девочки.
Пальцы на руках Лины задрожали, губы стиснулись в тонкую линию, но она до последнего сдерживала слёзы, пока виновники её состояния не дошли до неё.
– Что случилось? – Виктория обняла девушку, – ты боишься? Посмотри сюда.
Лина посмотрела с равнодушием и неудержимой злостью на командира.
– Ты боишься? – повторила Линник.
– Идёмте, нам ещё сегодня надо поспать. Возиться с новобранцами не входило в мои планы, – фыркнул Вольф.
– Им нужно помочь, подбодрить, сказать, что они большие молодцы, – Линник улыбнулась, глядя на девушку и снова повторила, – ты боишься?
– Это был осмысленный выбор, – голос Алины дрогнул, когда в голове пронеслись мысли от бестолковости её мечты и совсем непродуманных планов. Девушке казалось, что Лиутбер ждёт её и тоже предвкушает появления в составе своих солдат той самой маленькой наивной девочки, которая смотрела на него из окна. Внутри Лины ломалось что-то важнее костей, ломалась вера в судьбу и в принципы, которые заставляли её в самые тяжёлые времена не сдаваться и продолжать следовать своей заветной мечте.
– Ты большая молодец, с твоим осмыслением ты сможешь достичь высот, – Виктория улыбнулась ещё сильнее.
– Ага, если тебя не отправят во внешний патруль, – Вольф закатил глаза, скрестив руки.
– Перестань, – Вика Линник умоляюще посмотрела на своего кавалера, – шанс совсем маленький, не пугай новобранцев.
– С их количеством шанс не такой уж и маленький. Вспомни, как ты тряслась, когда зачитывали приказ. Вспомни, как все твои друзья не вернулись обратно.
– Пойдёмте, – голос Виктории повысился, лицо стало каменным. Она сделала два шага вперёд, обернулась, чтобы позвать Лину, и продолжила идти.
Эфрон медленно шла за командиром, идя в одной линии с Лиутбером. Её дыхание никак не могло прийти в нормальный темп. Лина периодические поворачивала голову в его сторону и пыталась изучить эти неприкосновенные и долгожданные черты лица. Как бы больно ей не было, маленькая Лина была счастлива, снова видя командира рядом. Она словно окунулась в детство и в безобидные мечтания о счастливом будущем.
– Ещё раз посмотришь на меня, подумаю, что у тебя ко мне личная неприязнь, – произнёс Вольф.
– Извините, – девушка резко покраснела и направила свой взгляд прямо.
– Можешь посмотреть на меня ещё, если сильно хочется. Чувствую себя в этот момент симпатичным.
– Простите, но…
– У меня юмор такой, не обращай внимания. И не красней, я не хотел тебя смущать.
– Я не…
– Ладно. Смотри. Справа корпус командиров. У нас у каждого своя комната, в отличие от вас. Слева здание главнокомандующего, там бывают часто те, кто разрабатывает план и стратегию внешнего патруля. Чуть дальше идут девять корпусов. Самый первый будет ваш. Мы там целых девять лет жили.
– Вы скучаете?
– Нет, нет. Просто много чего было в тех стенах.
Лина остановилась, когда они дошли до толпы новобранцев. Все шутили и не могли наговориться.
– Тоже иди смейся, защитница, – Лиутбер подтолкнул Эфрон вперёд. Она на секунду повернула голову в его сторону, чтобы показать своё недовольство, но расплылась в улыбке, увидев на его лице мимолётное счастье и еле заметную ухмылку.
Рюу Като открыл двери в корпус новобранцев и позволил пройти всем, не отвечая на вопросы и медленно кивая каждому вздоху. Его пухлые губы превратились в тонкую ломаную линию, а круглые большие глаза сузились так сильно, что слились с верхним веком.
– Ты себя плохо чувствуешь? – Виктория наклонилась над невысоким командиром и потрогала его за плечо.
Она получила в ответ молчание, как и все прошедшие солдаты. Алина медленно шла за девятнадцатым человеком и не могла отвести взгляд от Линник. Высокая и очень тонкая девушка обладала материнским характером, её умение видеть настроение человека и желание помочь ему, иногда всё-таки мешали командиру думать разумно. Её любовь к окружающим была связана даже не с внутренней потребностью подарить счастье и покой человеку, сколько с мыслями по ночам, в которых она видела, как каждый её друг машет рукой и говорит: «До скорой встречи». До встречи, которую она ждёт уже 10 лет и, просыпаясь по ночам, задыхается от перебивания голосов в голове, которые так и заставляют чувствовать вину. «Ты не виновата», – каждый вечер, как молитву повторяла Линник себе под нос и через силу вставала на новую тренировку. Помощь другим – это больше способ выживание и заглаживание вины, чем внутреннее побуждение от всего сердца.
Алина Эфрон прошла старые коридоры за новобранцами. Стены казались настолько безжизненными, что даже красочные рисунки на них приобретали незримую тусклость. «Тут раньше ходил Лиутбер», – вздохнула девушка, заходя в спальню. Длинная комната, заставленная десятью кроватями слева и десятью справа. Огромных три шкафа у самой дальней стены и три стола по центру комнаты, возле каждого стояла по 4 стула.
– А зачем тут 12 стульев? – спросил парень с пигментными пятнами на лице и маленькими кудрями на голове, – мы же не собираемся делать уроки.
– Это отсылка к трудностям достижения своей цели, – глаза Като округлились от тяжёлых воспоминаний.
– О чём речь?
– При выходе из корпуса можете пройти в общую столовую. Но для начала оставьте все свои вещи на любых понравившихся или доставшихся кроватях.
Артём плюхнулся на самую дальнюю кровать, подзывая к себе Сашу. Та села на кровать рядом и провела ладонью по своей голове:
– Тут пыльно.
Шнайдер с любопытством навис над лысой головой подруги, разглядывая пылинки и показывая на них пальцем своему новому другу.
– Тут занято? – голос Алины на секунду заставил Артёма отвлечься и кинуть взгляд на кровать напротив.
– Занято, – буркнул Сигманд Бутби расправляя завёрнутый в рулет матрас.
Лина осмотрела ещё раз ближайшие кровати с новым спальным местом друга, но на всех стояли уже вещи и сидели люди. Она пробежала взглядом до самого начала и увидела у самой двери свободную кровать. Сигманд злобно усмехнулся, увидев разочарование на лице девушки, и помахал ей в спину, когда та уходила.
– Куда это она? – спросил Артём у Бутби.
– На свободную кровать.
– Но ведь я занял ей эту, даже положил туда свои вещи.
Саша развернулась к кровати напротив, приподнялась, чтобы осмотреть занятую кровать для Алины.
– Неплохая, надо позвать её.
– А тут занято? – к ним подошла миловидная девушка с белыми волосами. Она указала на то самое место.
– Нет, тут свободно, – Сигманд помог девушке расстелить матрас и переложить вещи Артёма к нему на кровать.
– Спасибо, – голос её казался зашуганным и немного писклявым.