Чтение онлайн

Первые несколько секунд Элиот молча смотрел на меня, а затем кивнул.

– Отлично. Тогда, если ты готова, то можешь начинать оформляться.

В смысле? И это всё? Так просто?

Я даже сморгнула от неожиданности.

– То есть… я принята?

– Да, если хочешь.

Хочу ли я? Хочу ли?

– Да, но… Это ведь не потому, что ты въехал в мой зад?

Зад. Молодец, Саманта, ничего лучше не придумала?

Могла бы сказать - бампер. Бампер. Это было бы не так двусмысленно.

Была просто уверена, что Элиот сочтет меня похабной идиоткой, но вместо этого он лишь рассмеялся.

– Нет, Саманта, вовсе не поэтому. Мне понравилось твоё резюме. К тому же, я вижу, что ты честная, ответственная и готова работать. Как раз такой специалист мне и нужен.

К чему лукавить - комплимент подействовал.

И его оказалось достаточно, чтобы ухватиться за возможность.

– Когда я могу приступить?

Элиот улыбнулся шире.

– Прямо с завтрашнего дня. Если, конечно, у тебя нет других планов.

– Да.
–  Затем осеклась.
–  То есть, планы есть. Но я с ними разберусь.

Мужчина поднялся, и я следом за ним.

– Тогда буду ждать тебя завтра в 9.

Я кивнула, а затем подалась чуть вперед, чтобы пожать протянутую мне руку.

– Завтра в 9.

Элиот позвал Дебору и попросил её проводить меня в отдел кадров. Пока меня оформляли, я разглядывала офис, слушала рабочие разговоры, понемногу вникала в процесс. Была и счастлива, и сбита с толку одновременно. Обстоятельства вновь свели меня с Элиотом. Он взял меня на работу. Более того - мне показалось, что он сделал бы это даже, если бы моё резюме не было таким впечатляющим. Другие ведь не брали. Значит, было то, что их смущало. Почти четыре месяца я пыталась найти хоть что-то, но все попытки оборачивались очередной неудачей.

До сегодняшнего дня.

Моё собеседование продлилось от силы пять минут. Меня не спросили ни о чём, о чём, казалось бы, спросить были должны. И причин на то могло быть только две - либо компании срочно нужен был юрист, либо Элиот таким образом подбивал ко мне клинья.

Я тряхнула головой, решив пока об этом не думать.

Может быть, я вообще преувеличиваю и ничего такого нет?

Ещё перед тем, как двери лифта открылись, я уже чувствовала, что вот-вот столкнусь с НИМ. Точнее, знала. Идиотский женский хохот был слышен, наверное, во всём доме. Но, признаться, я уже начинала понемногу к нему привыкать. Это как будильник. И бесит, и приходится мириться.

Бросив случайный взгляд на Терренса, прижимающего к стенке какую-то полуголую девицу, я закатила глаза и направилась к своей двери. Хардинг перестал бы быть собой, если бы вскоре не притащил в свою квартиру очередную длинноногую блондинку с опилками вместо мозгов.

Достала ключи, чтобы открыть свою дверь. Надеялась, что мой сосед увлечен достаточно сильно для того, чтобы меня не заметить. Ошиблась. Он заметил меня. Более того - кажется, собирался подойти.

Увидев, как он практически впихивает блондинку в свою квартиру, а затем прикрывает снаружи дверь, резко отвернулась, чтобы он не подумал, что я за ним слежу. Я ведь не слежу. Вот ещё.

– Эй, есть минутка? Я заходил утром, но тебя не было.

Очень хотелось послать Терренса куда подальше, но вместо этого я медленно повернулась, встретив его натянуто холодной улыбкой.

– Прости, наверное, я должна была отчитаться?
–  Театрально изобразила сожаление.
–  Все девушки после случайного секса с тобой превращаются в твоих вечных рабынь, или это только мне так повезло?

Уголки его губ приподнялись в усмешке.

– Только тебе. Вот, ты забыла вчера, когда в спешке уносила ноги.

Вытащив что-то из кармана своих джинсов, он протянул это мне.

Нужно было быть круглой идиоткой, чтобы не узнать собственные трусики.

Мои глаза расширились, а затем, отойдя от ступора, я резко выхватила ткань из его рук.

– Ты что, положил мои трусики к себе в карман?!
–  Прошипела, сделав к нему шаг.

Нет, ну мало ли кто услышит.

– А ты хотела, чтобы я оставил их в своей квартире? Что бы кто-нибудь их там нашел?

– Конечно! В твоём кармане ведь самое безопасное место!
–  С сарказмом прошипела я.

– Безопаснее, чем в моём шкафу.
–  Пояснил он, а я убить его была готова.

– Больше никогда так не делай!

– Больше?
–  Усмехнулся Терренс.
–  А ты хочешь снова оставить у меня свои трусики?

– Вот ещё! Я скорее песка наемся!

Он усмехнулся сильнее.

– Расслабься, Барнс. Я просто хотел вернуть твою вещицу.
–  Указал он на скомканную ткань в моей руке. Я тут же сунула трусики в сумочку.
–  Забудем, ладно?

Вначале я засомневалась, но затем кивнула.

Стало спокойнее. Вроде бы. А, может быть, я чувствовала что-то другое.

Не важно. Плевать.

– Если опять устроите оргию, я вновь вызову копов.
–  Предупредила, вызывая на губах Терренса очередную усмешку.
–  Я не шучу.

– Хорошо, я понял. Мы не доставим тебе неудобств.
–  А затем добавил.
–  Синтия не любит громкую музыку. И вообще она самая спокойная из всех, с кем мне доводилось встречаться.

Встречаться. Какое громкое слово.

– Синтия?
–  Заметила я, а затем усмехнулась.
–  Надо же, ты и имя её запомнил.

И зафига я сказала это вслух?

– К твоему сведению, я помню имя каждой девушки, с которой сплю.

Я собиралась съязвить, но довольно быстро передумала. Настроения ввязываться в очередную склоку с Терренсом не было. Необъяснимо, но факт.

– Не важно.
–  Ответила, отворачиваясь к своей двери.
–  Это их проблемы.

Он усмехнулся, но отвечать ничего не стал.

Войдя в квартиру, я ощутила абсолютно несвойственное мне опустошение. Думала, что смогу забыться, отвлечься, переключиться, но, услышав покатистый смех той самой Синтии, а затем и невольно представив, как с минуты на минуту она начнет ублажать распаленного Хардинга, поняла, что нет.

Бросив сумочку на диван, скинула туфли, а затем направилась к холодильнику. Открыла и очень скоро закрыла, осознав, что аппетита совсем нет. Решила посмотреть телевизор, но уже через минуту поняла, что всё равно неосознанно прислушиваюсь к голосам за стенкой. Раздраженно закатила глаза. А затем взяла со столика наушники и включила музыку на максимальную громкость. Сказав, что это не помогло не слышать совершающуюся в соседней квартире оргию, я бы слукавила. Помогло. И даже очень. Но вот от дурацких мыслей всё равно не избавило.