Чтение онлайн

– Кого?!

– Лина, потерпи же. В январе 834 года в Константинополь пришло из Персии войско хуррамитов[17] под командованием Насра. Вы знаете, кто это?

– Нет. – Опять Лина. Самая нетерпеливая. Впрочем, судя по пустым взглядам, все остальные также не в курсе данного религиозного течения.

– Если коротко, то это персы, которые не приняли ислам.

– Они христиане? – Это, разумеется, наш рыцарь.

– Нет. Тут всё сложнее. Они верят, что есть добро и есть зло. Верят, что душа одного человека может переселиться в другого. Верят, что Бог может воплотиться в человеке…

– Это ересь!

– Возможно, да. Возможно, нет. Что мы знаем о мире? А тем более, что мы знаем о Боге? "Каждому воздастся по вере его", не так ли? Но свою веру, по-моему, каждый должен выбирать сам. Ведь Бог сам выбрал, каким будет создаваемый Им человек, ведь так? – Никто этого тезиса не оспорил. – А ведь человека Он создал по образу Своему и подобию, не правда ли? Именно поэтому и многие, в том числе и здешние жители, считали себя божьими внуками, а не его рабами.

Все промолчали. Философские и теологические споры никто из нас вести не готов, да и ни к чему. Но на пару минут задумались, и то хорошо.

– Вернёмся к хуррамитам. Они предложили императору взять их на военную службу. А воины из них были преизрядные, по всему Востоку славились. Но больше всего ценили в них их верность. Ещё ни разу эти воины не предали своего вождя или нанимателя. Разумеется, Феофил, царствование которого не блистало военными победами, сразу же нанял их, причём за хорошие деньги. Под командованием Насра они участвовали в походе к Запетре и в битве при Анземе, где он спас императора Феофила. Я не буду вам забивать голову про эти сражения, вам они не интересны. Но имейте ввиду, что там бились на полях от 10 000 до 70 000 человек, в разных битвах, конечно. Это вам не европейские королевские дружины, где 500 человек, уже армия. После падения Амория, халиф Аль-Мутасим, раздирая свою бороду, потребовал от императора выдачи Насра. Его можно понять. Наср, не смотря на свою молодость, ему тогда было 27 лет, был полководцем, не проигравшим ни одного сражения. И это ещё не всё. Он обладал весьма серьёзными династическими правами на персидский престол. Надо отдать должное императору, как он ни боялся воинов ислама, он не отдал на растерзание своего спасителя. Более того, он повысил его в звании, наградил земельными угодьями, присвоил ранг патрикия, а это одно из высших титулов в Византии. Ну и женил на своей сестре, моей будущей матушке.

– Интересно, а почему ты веришь, что этот хуррамит был представителем правящей персидской династии? – Было видно, что Адольф не пытался меня поймать на лжи, ему просто было интересно.

В это время верили клятвам, особенно тем, которые произносились именем Бога, своего, разумеется. Более того, считалось, что неприлично переспрашивать или требовать подтверждения заявленному статусу. Но всегда было желательно иметь некое материальное подтверждение. Ибо и в те далёкие времена серьёзные люди тоже не были особенно доверчивы. И если это необходимо, всегда находили возможность проверить всё тщательно. По счастью, мне было что сказать, да и показать можно будет. Через некоторое время.

– Вы считаете императора Византии благодушным и доверчивым мальчиком? – Все рьяно отрицательно помотали головами. – Разумеется, ему были необходимы более достоверные доказательства, чем просто слова. И он их получил. Наср, или Феофоб, как его назвали византийцы, ещё по приезде предоставил императору определённые документы, которые подтверждали его личность. Более того, при нём была золотая печать, на которой был изображён его профиль, имя и надпись: "Екзосиаст Персии", именно так иностранные правители называли себя по отношению к византийскому императору. Возможно, я когда-нибудь покажу её вам.

Да, информация, которую обрушила на моих нетренированных собеседников, сильно их напрягла. Поэтому решила взять небольшой тайм-аут. Диване принес ещё вина, немного выпили и основательно закусили. Потом предложила гостям попробовать чай, напиток китайских императоров. Диване заварил Фэнхуан Дань Цун, то есть "Одинокие кусты горы Феникса". Все удивились. Оказалось, что люди здесь собрались образованные, я бы даже сказала, культурные. Все трое пусть и краем уха, но слышали про огромную и богатую страну на восходе солнца. И про странную и чудную жизнь их императоров. Я, в своё время, Диване про Китай немного рассказала, кстати, по поводу знакомства с этим напитком. Так что он ощущал себя почти китайским мандарином. Разливал чай, как священнодействовал. Попробовали. Эта марка имеет небольшое свойство. Этот чай немного галлюциногенный. И налили-то почти ничего, но гостям хватило. Расслабились совершенно. Мало того, что без сахара и мёда, так ещё и пили из крохотных фарфоровых пиал, которые в руки-то взять страшно. Пьешь по глотку, а бьет по голове сильно. Себе мы налили Хэй Лун Чжу, "Черную жемчужину" по-нашему. Мы-то с Диване привыкли, а вот гости… Короче, не пошло. Мы с Диване не расстраивались, запасы не бесконечны, а этот тонизирующий напиток нам обоим нравился. Так что, было бы предложено.

– Свадьбу сыграли в 837 году, матушке тогда было 9 лет, так что, сами понимаете, наследника в ближайшее время не ждали. Летом 838 года произошла битва под Анзеном. Там было всё непросто. Стояние под городом затягивалось. Наср предложил императору предпринять ночную атаку, которую другие советники назвали опасной, и убедили императора, что Наср замышляет против него. Император отстранил отца от командования. Великие дворцовые стратеги решили, что битва должна состояться днём, мол, видно лучше. Правда, не уточнили кому, им или противнику. Оказалось – противнику. Складки местности и расположение на ней войск были выгодны отнюдь не византийцам, почему Наср и настаивал на ночной атаке, при которой его воины смогли бы нивелировать эти изъяны неожиданностью нападения. Не получилось. Итог был закономерен. Ну а после того, как началось бегство византийской армии, Наср с двумя тысячами персов прикрывал убегающего императора. Сами понимаете, такого не прощают. Поэтому Феофил, который бросил войска Насра в дурацкий бой, а потом обвинил то ли в предательстве, то ли в неумении воевать, естественно, обвинил во всем самого Насра. Его взяли под арест. Тотчас началось восстание хуррамитов против императора. Но восстание воинов, находившихся в разных местах и которое никто не возглавил, было подавлено. Персы были раскиданы по различным городам и весям, в каждую из которых было отправлено примерно, по 2000 воинов. Отношения с императором были испорчены полностью и персы воевать за него не хотели. Поэтому, когда сам халиф Мутасим осадил и разрушил в 839 г. византийскую твердыню город Аморий, родину императора, перебив и забрав в плен множество христиан, император, снова сбежавший с поля боя, заболел. Не знаю, чем он болел, но императорские врачи поставили диагноз "истечение желудка", как хотите, так и понимайте. Это истечение продолжалось 4 года и в 842 году, когда император Феофил почувствовал свою смерть, он постарался устранить всех возможных соперников на престол своего малолетнего сына Михаила. То ли по приказу императора, то ли по своему желанию, Насра казнил брат императрицы Петронас, хоть и не своими руками.

– Погоди, но ты родилась в 846 году, раз тебе сейчас 13 лет? Как же так? Ты что, бастард?!

Я думала, что это отметит Адольф, дворяне всегда внимательно отслеживают такие вещи. Ан нет, Гуннар засветился. Ох, не прост этот "Тайный волк", ох не прост!

– Молодец, заметил-таки. Да, там интрига такая была, закачаешься. Дело было тут не в том, что Елена была слишком молода. Тут совершенно другая история. Когда началось восстание хуррамитов против императора, то близкие соратники Насра смогли освободить моего отца. Более того, матушка знала со слов бабушки, что должно было случится. Рассказала давно мужу, а тот не тем был человеком, чтоб от судьбы зависеть. Он давно начал готовиться к неприятностям. Долго искали, но нашли человека, на него похожего, как брат-близнец. Такое случается. Редко, но случается. Этот двойник и оказался в тюрьме, причем под началом людей Насра. Правда, жил как император. В том смысле, что под охраной, но пить-есть, что душенька пожелает, да и женским полом не обижен. Что его ждёт, он знал. Он рабом был, его могли и не спрашивать. Но отец честно рассказал то, что с ним будет. Вера у него такая. Честная. Короче, он сказал этому человеку, что ему нужен наследник династии, не важно, девочка или мальчик. Что не известно, когда это случится. Поэтому умирать ему нельзя, но враги будут добиваться его смерти во что бы то ни стало. Так что раба он не отпустит, но выполнит его желание, если это в его силах. Раб согласился и попросил в оставшиеся дни хорошо есть, пить, гулять и выкупить его детей из рабства. Отец всё сделал, детям его с матерью купил дом и землю, еврейским менялам отдал на хранение деньги, которые пойдут дочерям на приданное. Отец всё время отслеживал действия своих врагов и когда ему донесли, что в эту ночь его казнят, он дал рабу траву, навевающую прекрасные грёзы и тот умер без боли и страха.

– Но как же враги его не узнали? – хлюпая носом, спросила Лина.

– Отец говорил, что по приказу императора его должен был казнить брат императрицы Петронас, который боялся Насра, любимца армии и народа, больше чем сам Феофил. Всё говорило за то, что после смерти Феофила народ выберет императором Насра, а не больного двухлетнего младенца. Мало того, Наср принадлежал к царскому роду, жена его прямая наследница последнего настоящего императора. Их ребёнок по крови настоящий правитель, а не потомок варваров. Никто не хотел пачкать руки царской кровью. Петронас тогда направил к отцу своего палача, который вообще воспринимал мир как-то по-другому, чем нормальные люди.

– Что было потом? – Лина, вся наполнена любопытством.

– Матушку отправили в монастырь, постригли в монахини. Только обряд проводила мать-настоятельница, подруга бабушки. Уже давно была готова девушка, тоже Елена, желавшая уйти от мира. Её и постригли. Под покрывалом плохо видно, да и гости, которые должны были следить за этим таинством, были далековато от алтаря, монастырь был со строгим уставом. Там отшельницы живут. Так что видели эти люди маловато, а смену имени Елены на Марию услышали, это действо не подделаешь. Девушка там и сейчас, наверное, проживает, если со здоровьем всё в порядке. А матушку отец из монастыря забрал. Отвёз в Египет, никому бы даже в голову не пришло искать его у своего главного врага. Внешность немного изменил, матушка вообще всё время под покрывалом, так что спокойно жили. У отца была мечта. Он хотел создать для себя и своих людей своё государство, чтобы жить там по их законам и обычаям. Так что он пошёл по стопам бабушки. Искал знания. В 846 году я родилась, и местный больной, умирающий кадий оформил все документы, как положено, с настоящими именами. Он знал, что после этой церемонии умрёт, но он и так стоял перед вечностью из-за сильной болезни. К тому же, его сыну передали огромные деньги. Отец всегда держал своё слово. Года через два смогли добраться до этого мыса, который нашла ещё бабушка. Продолжили строительство усадьбы.

– Почему выбрали этот мыс? – Первый вопрос, который задал Диване. Я смотрела на него и размышляла – сказать или не сказать?

Дело в том, что если говорить, то только правду. Такими вещами не шутят. Давно уже поняла, почему меня перенесли на такое вроде как неудобное место. Сначала, по наивности, думала, что заботились о моей безопасности. А после встречи с волками, пришла мысль, что опасность подстерегает нас везде, даже в тёплой постели, за закрытыми дверями и высокими стенами. Вдруг, уткнусь в подушку и задохнусь? А потерпев кораблекрушение в бушующем море, вдруг меня, плывущую на бревне, может быть, подберёт проходящая мимо подводная лодка. Возможно такое? Возможно. Тут как мойры и норны, богини фортуны или кто-то ещё, сплетут нити моей и чьей-то судьбы. Правда я верю, что и мы сами можем вплести туда несколько ниточек. Если хватит сил и желания. И воли. Возможно я ошибаюсь, но интуиция подсказывает сейчас не врать. Поэтому и говорю: